Братва

Широко улыбающийся специалист по оформлению займов вновь приветствует тебя — его предложение всё еще в силе.

Где-то внутри щелкает, и мир замедляется.

Она поворачивается к тебе с поднятой рукой.

Краем глаза ты замечаешь движение.

«С возвращением на "Реальность как она есть", лейтенант-пророк Уилк». — Он поднимает руки и медленно хлопает на камеру.

Ты приходишь в себя. Глаза не могут сфокусироваться, в ушах стучит кровь. В районе копчика тупая боль.

«Может, кому-то стоит спуститься и проверить, как там Борис и Ирина?»

Ты вновь подходишь к стеллажам.

«Пожалуй, тебе стоит найти коллегу».

Две девочки упорно избегают твоего взгляда.

«Прошу, прошу».

Лусианское устройство плавно открывается, его идентичные лицевые пластины отворачиваются друг от друга.

Ты возвращаешься к стойке.

Твой взгляд в очередной раз останавливается на манекене.

«Херш».

У тебя в руках еще один пластиковый стакан с волком. Так же, как и у остальных, на жестком донышке напечатано «1/6».

Убитый диван с грустной историей.

Ты не слышишь ответа, только звук собственного дыхания, греющего холодный пластик.

В лавке привычный беспорядок, и коробка для денег практически пуста.

«Верится с трудом, но пробел постоянно растет, даже сейчас, пока мы говорим!»

В этот раз яркие цвета напитков кажутся тебе еще более кричащими.

Никого. Действуй.

На крышке пластикового стакана томно лежит Безмятежный волк.

Стол главного редактора выглядит аккуратно. Несколько блокнотов и гранок, терминал и разложенная в ряд коллекция ручек.

«Исполнитель… не отвлекаю?»

На экране телевизора живо жестикулирует Подпакетный. Это реклама «Реальности как она есть», которую ты уже видела.

Нет ответа.

«Ну что? Узнала что-нибудь о пробеле?»

«Йоу, habibti». — Козоглаз стряхивает пепел с сигареты.

Вернуться к отверстию.

Туалет всё еще висит на своем почетном месте, на стене над барной стойкой. Напоминание о Панике керамики восемьдесят третьего.

«И снова здравствуйте».

Ты делаешь шаг к башне плюшевых игрушек.

«Плати или проваливай!»

«Этот воздушный извращенец всё еще там, наверху, menina. Подглядывает».

«Сейчас будут волков показывать!» — Дети смотрят на тебя, а затем снова поворачиваются к телевизору.

«Шифр… Любопытно. Видимо, прогресс пошел».

Из мансардного окна соседнего здания на тебя глядит твое тусклое отражение.

«Итак. Приобщимся к сверчку». — Рамзес начинает сеанс, взяв быстрый аккорд на трех кнопках и щелкнув переключателем.

Ты вновь подходишь к детским фигуркам.

Ты подходишь к дому Эсти.

«Дело сделано, КАСКАД, мы ждем результата».

«Никаких флаеров, буклетов и жвачки!»

Когда ты возвращаешься, троица умолкает.

Столешница забрызгана подсохшей кровью твоего давнего друга.

«Я скоро закрываюсь, так что выбирайте поскорее».

Вода тихо плещется о корпус плавучего дома. Дверь заперта наглухо.

Низкая полка под наклоном, на которой крупными печатными буквами написано: «ПРЕЗРЕННЫЕ ПОДЖАНРЫ».

Бабуин по-прежнему прячется в тенях.

Ты возвращаешься к стене с граффити.