«Прошу, прошу».
Отдать ему открытку с извинениями.
«Прошу, прошу».Как актер перед дублем: «Мы снимаем?»«О. — Он смотрит на открытку и снова улыбается. — Благодарю. Разумеется, я принимаю извинения. Всё в порядке».Это всё граммаж ваш, чтоб ему пусто было!Она это серьезно. Бред.Возможно, маленькая невинная ложь обратит ее внимание на мрачную правду, лежащую в основе этих отношений.«Ну если только из-за тебя».«Если бы безумец оказался прав, то перестал бы быть безумцем и стал бы пророком. Где все наши пророки,…«Потянешь свои поганые ручонки к моему мужу — в шприце в следующий раз будет кое-что похуже пентатола натрия».«У моего мужа в жизни всё отлично».«Я на этот вопрос отвечать не буду, а ты не смей даже пытаться выяснить. Я за тобой слежу».«Раньше я любила повеселиться. Но тебя это не касается, Хершел».«Он не выносит шума, предпочитает тишину. Да и ты ничего особо интересного не рассказываешь».По безучастному лицу Паскаля скользят блики от экрана телевизора.Он улыбается, но отрицательно качает головой.«Ладно. Берите. Вам он нужен больше, чем мне».«Я сказала ему, что ты его одолжишь. — Она вздыхает. — Ну ты и сука, Хершел».НЕПОДЧИНЕНИЕ.«Ради всего святого, Хершел. Не позорься».Некоторое время вы сидите молча, уставившись в яркий экран телевизора.«Пора вам поболтать о своем, о девичьем». — Он снова выключает слуховой аппарат.«Благодарю!»«Все хорошо, милая, с вами все будет в порядке».«Я верю, что вы поправитесь».«Конечно, конечно».Он поднимает большой палец вверх в ответ.ТЕБЯ ПОДВЕРГЛИ ЦЕНЗУРЕ.
Ты протягиваешь руку и машешь перед ним открыткой с извинениями. Он вежливо улыбается и принимает ее.
«О. — Он смотрит на открытку и снова улыбается. — Благодарю. Разумеется, я принимаю извинения. Всё в порядке».
«Надо же… спасибо».
Он смотрит на открытку и его лицо вытягивается.
Может быть, ты перестаралась?
«Что ж… Благодарю».
«Не за что».
Он бросает взгляд на Эсти, затем складывает и убирает открытку.
Это всё граммаж ваш, чтоб ему пусто было!
«Мир?»
«Поняла, вам не понравилось».
«Что ты ему сказала?» (Обращаясь к Эсти.)
«Прошу, прошу».Как актер перед дублем: «Мы снимаем?»«О. — Он смотрит на открытку и снова улыбается. — Благодарю. Разумеется, я принимаю извинения. Всё в порядке».Это всё граммаж ваш, чтоб ему пусто было!Она это серьезно. Бред.Возможно, маленькая невинная ложь обратит ее внимание на мрачную правду, лежащую в основе этих отношений.«Ну если только из-за тебя».«Если бы безумец оказался прав, то перестал бы быть безумцем и стал бы пророком. Где все наши пророки,…«Потянешь свои поганые ручонки к моему мужу — в шприце в следующий раз будет кое-что похуже пентатола натрия».«У моего мужа в жизни всё отлично».«Я на этот вопрос отвечать не буду, а ты не смей даже пытаться выяснить. Я за тобой слежу».«Раньше я любила повеселиться. Но тебя это не касается, Хершел».«Он не выносит шума, предпочитает тишину. Да и ты ничего особо интересного не рассказываешь».По безучастному лицу Паскаля скользят блики от экрана телевизора.Он улыбается, но отрицательно качает головой.«Ладно. Берите. Вам он нужен больше, чем мне».«Я сказала ему, что ты его одолжишь. — Она вздыхает. — Ну ты и сука, Хершел».НЕПОДЧИНЕНИЕ.«Ради всего святого, Хершел. Не позорься».Некоторое время вы сидите молча, уставившись в яркий экран телевизора.«Пора вам поболтать о своем, о девичьем». — Он снова выключает слуховой аппарат.«Благодарю!»«Все хорошо, милая, с вами все будет в порядке».«Я верю, что вы поправитесь».«Конечно, конечно».Он поднимает большой палец вверх в ответ.ТЕБЯ ПОДВЕРГЛИ ЦЕНЗУРЕ.
«Напомнила ему про твою травму головы».
«Какую еще травму головы?»
«Ту самую, из-за которой ты так отвратительно ведешь себя на моей кухоньке».
«Я не люблю, когда приходится ему врать, Хершел».
Она это серьезно. Бред.
Возможно, маленькая невинная ложь обратит ее внимание на мрачную правду, лежащую в основе этих отношений.
«Ты ничего не знаешь о моих страданиях».
«Мне это и не нужно. Он уверен, что у тебя серьезное повреждение мозга».
«То есть… ты намекаешь, что у меня сотрясение?»
«Не намекаю, а утверждаю. Повреждение мозга».
«Паскаль, у меня все в порядке с головой!»
«Прошу, прошу».Как актер перед дублем: «Мы снимаем?»«О. — Он смотрит на открытку и снова улыбается. — Благодарю. Разумеется, я принимаю извинения. Всё в порядке».Это всё граммаж ваш, чтоб ему пусто было!Она это серьезно. Бред.Возможно, маленькая невинная ложь обратит ее внимание на мрачную правду, лежащую в основе этих отношений.«Ну если только из-за тебя».«Если бы безумец оказался прав, то перестал бы быть безумцем и стал бы пророком. Где все наши пророки,…«Потянешь свои поганые ручонки к моему мужу — в шприце в следующий раз будет кое-что похуже пентатола натрия».«У моего мужа в жизни всё отлично».«Я на этот вопрос отвечать не буду, а ты не смей даже пытаться выяснить. Я за тобой слежу».«Раньше я любила повеселиться. Но тебя это не касается, Хершел».«Он не выносит шума, предпочитает тишину. Да и ты ничего особо интересного не рассказываешь».По безучастному лицу Паскаля скользят блики от экрана телевизора.Он улыбается, но отрицательно качает головой.«Ладно. Берите. Вам он нужен больше, чем мне».«Я сказала ему, что ты его одолжишь. — Она вздыхает. — Ну ты и сука, Хершел».НЕПОДЧИНЕНИЕ.«Ради всего святого, Хершел. Не позорься».Некоторое время вы сидите молча, уставившись в яркий экран телевизора.«Пора вам поболтать о своем, о девичьем». — Он снова выключает слуховой аппарат.«Благодарю!»«Все хорошо, милая, с вами все будет в порядке».«Я верю, что вы поправитесь».«Конечно, конечно».Он поднимает большой палец вверх в ответ.ТЕБЯ ПОДВЕРГЛИ ЦЕНЗУРЕ.
Он не отрывает взгляда от телевизора.
«Он глухой, Хершел. Глухой».
«Возможно, это раннее проявление СОСКи. Ты водила его к доктору Гонсе?»
«Доктор Гонса — полоумный маньяк, который считает, что все болезни в той или иной степени вызваны существованием женщин».
«Ты не веришь в наши силы. Печально».
«Ну если только из-за тебя».
«Ты руками-то работаешь вообще? От этого может зависеть жизнь твоего мужа».
«О чем… ты? Это неприлично».
«Сейчас он пока что способен двигаться. Возможно, ему нужно лишь протянуть руку помощи».
«Потянешь свои поганые ручонки к моему мужу — в шприце в следующий раз будет кое-что похуже пентатола натрия».
«Игнорировать потребности мужчины — вот что неприлично».
«У моего мужа в жизни всё отлично».
«Там… ну… живое или нет?» (Показать на его пах.)
«Я на этот вопрос отвечать не буду, а ты не смей даже пытаться выяснить. Я за тобой слежу».
«Ты слишком сильно сопротивляешься, Эсти. Я ведь вижу, какая ты. Львица».
«Раньше я любила повеселиться. Но тебя это не касается, Хершел».
«Он немного чокнутый, но иногда безумцы бывают правы».
«Если бы безумец оказался прав, то перестал бы быть безумцем и стал бы пророком. Где все наши пророки, Хершел?»
«Почему он выключил свою фигню?»
«Он не выносит шума, предпочитает тишину. Да и ты ничего особо интересного не рассказываешь».
(Громче.) «У меня все в порядке с головой!»
По безучастному лицу Паскаля скользят блики от экрана телевизора.
Забыть об этом.
«Этот стакан… он ваш?» (Указать.)
«Прошу, прошу».Как актер перед дублем: «Мы снимаем?»«О. — Он смотрит на открытку и снова улыбается. — Благодарю. Разумеется, я принимаю извинения. Всё в порядке».Это всё граммаж ваш, чтоб ему пусто было!Она это серьезно. Бред.Возможно, маленькая невинная ложь обратит ее внимание на мрачную правду, лежащую в основе этих отношений.«Ну если только из-за тебя».«Если бы безумец оказался прав, то перестал бы быть безумцем и стал бы пророком. Где все наши пророки,…«Потянешь свои поганые ручонки к моему мужу — в шприце в следующий раз будет кое-что похуже пентатола натрия».«У моего мужа в жизни всё отлично».«Я на этот вопрос отвечать не буду, а ты не смей даже пытаться выяснить. Я за тобой слежу».«Раньше я любила повеселиться. Но тебя это не касается, Хершел».«Он не выносит шума, предпочитает тишину. Да и ты ничего особо интересного не рассказываешь».По безучастному лицу Паскаля скользят блики от экрана телевизора.Он улыбается, но отрицательно качает головой.«Ладно. Берите. Вам он нужен больше, чем мне».«Я сказала ему, что ты его одолжишь. — Она вздыхает. — Ну ты и сука, Хершел».НЕПОДЧИНЕНИЕ.«Ради всего святого, Хершел. Не позорься».Некоторое время вы сидите молча, уставившись в яркий экран телевизора.«Пора вам поболтать о своем, о девичьем». — Он снова выключает слуховой аппарат.«Благодарю!»«Все хорошо, милая, с вами все будет в порядке».«Я верю, что вы поправитесь».«Конечно, конечно».Он поднимает большой палец вверх в ответ.ТЕБЯ ПОДВЕРГЛИ ЦЕНЗУРЕ.
Он следит за твоим взглядом, видит коллекционный пластиковый стаканчик, затем включает свой аппарат.
«Ага, да! Безмятежный волк. Очень редкий».
Ужасно редкий.
Он знает, какая это ценная вещь… жаль.
«Откуда он у вас?»
«Ага, да! Безмятежный волк. Очень редкий».Ужасно редкий.Он знает, какая это ценная вещь… жаль.«Выиграл в конкурсе. Они отправляют по почте».«Никогда не видел. Просто стакан понравился».«Ха-ха-ха, нет, нет! Это большая редкость».«Хм, не думаю. А, постойте-ка… остались. Но сейчас в качестве приза дают тостер».
Он достает журнал с кроссвордами. В выражении его лица смешиваются гордость и раскаяние.
«Выиграл в конкурсе. Они отправляют по почте».
«Любите "66 волков"?»
«Ага, да! Безмятежный волк. Очень редкий».Ужасно редкий.Он знает, какая это ценная вещь… жаль.«Выиграл в конкурсе. Они отправляют по почте».«Никогда не видел. Просто стакан понравился».«Ха-ха-ха, нет, нет! Это большая редкость».«Хм, не думаю. А, постойте-ка… остались. Но сейчас в качестве приза дают тостер».
«Никогда не видел. Просто стакан понравился».
«Да нет, это вообще не эксклюзив. Стоит, наверное, один соль». (Солгать.)
«Ага, да! Безмятежный волк. Очень редкий».Ужасно редкий.Он знает, какая это ценная вещь… жаль.«Выиграл в конкурсе. Они отправляют по почте».«Никогда не видел. Просто стакан понравился».«Ха-ха-ха, нет, нет! Это большая редкость».«Хм, не думаю. А, постойте-ка… остались. Но сейчас в качестве приза дают тостер».
«Ха-ха-ха, нет, нет! Это большая редкость».
«А эти кроссворды у вас еще остались? Уверена, я смогу их разгадать».
«Ага, да! Безмятежный волк. Очень редкий».Ужасно редкий.Он знает, какая это ценная вещь… жаль.«Выиграл в конкурсе. Они отправляют по почте».«Никогда не видел. Просто стакан понравился».«Ха-ха-ха, нет, нет! Это большая редкость».«Хм, не думаю. А, постойте-ка… остались. Но сейчас в качестве приза дают тостер».
«Хм, не думаю. А, постойте-ка… остались. Но сейчас в качестве приза дают тостер».
«Я могу его забрать?»
«Ага, да! Безмятежный волк. Очень редкий».Ужасно редкий.Он знает, какая это ценная вещь… жаль.«Выиграл в конкурсе. Они отправляют по почте».«Никогда не видел. Просто стакан понравился».«Ха-ха-ха, нет, нет! Это большая редкость».«Хм, не думаю. А, постойте-ка… остались. Но сейчас в качестве приза дают тостер».
Он улыбается, но отрицательно качает головой.
Лишить пенсионера его пластиковой пропаганды.
«Прошу, прошу».Как актер перед дублем: «Мы снимаем?»«О. — Он смотрит на открытку и снова улыбается. — Благодарю. Разумеется, я принимаю извинения. Всё в порядке».Это всё граммаж ваш, чтоб ему пусто было!Она это серьезно. Бред.Возможно, маленькая невинная ложь обратит ее внимание на мрачную правду, лежащую в основе этих отношений.«Ну если только из-за тебя».«Если бы безумец оказался прав, то перестал бы быть безумцем и стал бы пророком. Где все наши пророки,…«Потянешь свои поганые ручонки к моему мужу — в шприце в следующий раз будет кое-что похуже пентатола натрия».«У моего мужа в жизни всё отлично».«Я на этот вопрос отвечать не буду, а ты не смей даже пытаться выяснить. Я за тобой слежу».«Раньше я любила повеселиться. Но тебя это не касается, Хершел».«Он не выносит шума, предпочитает тишину. Да и ты ничего особо интересного не рассказываешь».По безучастному лицу Паскаля скользят блики от экрана телевизора.Он улыбается, но отрицательно качает головой.«Ладно. Берите. Вам он нужен больше, чем мне».«Я сказала ему, что ты его одолжишь. — Она вздыхает. — Ну ты и сука, Хершел».НЕПОДЧИНЕНИЕ.«Ради всего святого, Хершел. Не позорься».Некоторое время вы сидите молча, уставившись в яркий экран телевизора.«Пора вам поболтать о своем, о девичьем». — Он снова выключает слуховой аппарат.«Благодарю!»«Все хорошо, милая, с вами все будет в порядке».«Я верю, что вы поправитесь».«Конечно, конечно».Он поднимает большой палец вверх в ответ.ТЕБЯ ПОДВЕРГЛИ ЦЕНЗУРЕ.
У тебя есть прикрытие, почему бы им не воспользоваться?
«Я просто несчастная женщина с травмой головы, которой нужен Безмятежный волк…»
«Даже не вздумай».
Заинтересовавшись, он включает слуховой аппарат и поворачивается к тебе.
«Травма головы… очень серьезная. Я могу умереть, не собрав полную коллекцию стаканов».
«Не слушай ее».
«Ты хочешь сказать, что у меня не было сотрясения?»
«Ах да… Вы коллекционируете стаканы…»
Он хмурится и с тоской смотрит на Безмятежного волка.
«Ладно. Берите. Вам он нужен больше, чем мне».
«Эсти… Я умираю… Всё так, как ты и говорила».
Схватиться за голову и жалобно застонать.
«Вы сейчас оставите паралитика без стакана».
Какая счастливая пара! Интересно, где еще она использует пентатол натрия?
«У тебя там был приличный запас медицинского оборудования и пентатола натрия, Эсти».
«К чему ты клонишь?»
«Просто интересно, знает ли об этом твой любимый муж, вот и все».
«Дело в… стакане? Все из-за стакана? Ты серьезно?»
«Я очень серьезно отношусь к своей коллекции».
«Пока ты здесь, мне с каждым мгновением всё больше хочется блевать».
Она машет рукой, затем что-то показывает жестами Паскалю, который грустно кивает.
«Я сказала ему, что ты его одолжишь. — Она вздыхает. — Ну ты и сука, Хершел».
«Давайте его сюда».
«Может, попросить его заглянуть в шкафчик наверху?»
У тебя есть ценный контакт. Настоящий исполнитель знает, когда нужно передать полномочия.
«Эсти, можешь попросить его передать мне стаканчик?»
«Нет».
НЕПОДЧИНЕНИЕ.
Он просто хочет увидеть, как ты пресмыкаешься.
«Умоляю вас. Пощадите! Мне нужен этот стакан…»
Он мило посмеивается, глядя в телевизор. Он тебя не слышит.
«Ради всего святого, Хершел. Не позорься».
«Я убью себя, если не получу этот стакан. И сделаю это у вас на глазах. Вы еще пожалеете, что вместе со слухом не потеряли и зрение».
«Я себя вандану, если не получу этот стакан. И сделаю это у вас на глазах. Вы еще пожалеете, что вместе со слухом не потеряли и зрение».
Посмотреть телевизор вместе с ним.
«Прошу, прошу».Как актер перед дублем: «Мы снимаем?»«О. — Он смотрит на открытку и снова улыбается. — Благодарю. Разумеется, я принимаю извинения. Всё в порядке».Это всё граммаж ваш, чтоб ему пусто было!Она это серьезно. Бред.Возможно, маленькая невинная ложь обратит ее внимание на мрачную правду, лежащую в основе этих отношений.«Ну если только из-за тебя».«Если бы безумец оказался прав, то перестал бы быть безумцем и стал бы пророком. Где все наши пророки,…«Потянешь свои поганые ручонки к моему мужу — в шприце в следующий раз будет кое-что похуже пентатола натрия».«У моего мужа в жизни всё отлично».«Я на этот вопрос отвечать не буду, а ты не смей даже пытаться выяснить. Я за тобой слежу».«Раньше я любила повеселиться. Но тебя это не касается, Хершел».«Он не выносит шума, предпочитает тишину. Да и ты ничего особо интересного не рассказываешь».По безучастному лицу Паскаля скользят блики от экрана телевизора.Он улыбается, но отрицательно качает головой.«Ладно. Берите. Вам он нужен больше, чем мне».«Я сказала ему, что ты его одолжишь. — Она вздыхает. — Ну ты и сука, Хершел».НЕПОДЧИНЕНИЕ.«Ради всего святого, Хершел. Не позорься».Некоторое время вы сидите молча, уставившись в яркий экран телевизора.«Пора вам поболтать о своем, о девичьем». — Он снова выключает слуховой аппарат.«Благодарю!»«Все хорошо, милая, с вами все будет в порядке».«Я верю, что вы поправитесь».«Конечно, конечно».Он поднимает большой палец вверх в ответ.ТЕБЯ ПОДВЕРГЛИ ЦЕНЗУРЕ.
Некоторое время вы сидите молча, уставившись в яркий экран телевизора.
Звук выключен, на экране идет что-то вроде документального фильма о дельфинах и их дрессировщиках. Гладкие серые головы покачиваются на поверхности большого аквариума.
Тебя охватывает волна безусловной любви к дельфинам и их удивительной жизни.
Заметив твой интерес, Паскаль ухмыляется и включает свой слуховой аппарат.
«Вам нравятся дельфины?»
Ведет себя так, как будто разговаривает с ребенком.
«У них друзей больше, чем у меня».
«Друзья дельфинов называются "стая", слышали такое? Стая дельфинов».
Если бы мы были дельфинами, стали бы шальным косяком.
«Мы с вами стая, господин Кавано».
«Точно. Мы — стая. Прекрасно».
Он смотрит на Эсти, та пожимает плечами.
«Точно. Мы — стая. Прекрасно».«Думаю… ваша стая… будет рада увидеть вас снова».Он смеется. «Да ну, они же только о рыбе и думают, разве нет?»«Ну, может, и вижу. Богатое воображение — это прекрасно».«А, да, — нервно, но не злобно. — Теперь я тоже это вижу».«Просто проверяю».«Может, лучше их отправить на поиски затонувших сокровищ?»«Ах… да. Да! Так умереть и я бы хотел».«А может быть, пусть лучше никто не умирает?»«Да… про себя и мой забавный голос».«Интересная мысль. — Он на мгновение задумывается. — Но звуковые импульсы не рифмуются».«Что вы… Это не нам с вами решать. Разве они так уж мучаются? Взгляните на них: дельфины счастливы. Всегда».
«Кстати, очень извиняюсь за всю эту тему с "аугментоидом"».
«А… ничего страшного. Мне даже показалось это забавным».
На экране резвятся дельфины. Паскаль скрещивает руки на груди и убирает их обратно.
Этот мужчина — воплощение уюта и безопасности. Запомни это движение на будущее.
«Это была глупая шутка. Я это не всерьез».
«Да ерунда». — Дружелюбная улыбка.
Так вот каково это — быть в стае. Здорово.
Дельфины толкают носами рыбу-фугу, перебрасывая ее между собой прямо на плаву.
Скрестить и убрать обратно руки, прямо как Паскаль.
«Мм. Ага». — Он повторяет жест.
Теперь ты в высшей лиге по любезному поведению, Хершел.
«Кхм».
Он, улыбаясь, смотрит на жену.
«Пора вам поболтать о своем, о девичьем». — Он снова выключает слуховой аппарат.
«Как здорово снова вернуться в Портофиро. Я скучала по этому месту».
«Да. С возвращением. Тут очень здорово».
«Эти дельфины — насильники, все до единого. Нам следовало бы закидывать в воду препараты для химической кастрации».
«Что плохо скажется на экологии, не так ли?»
«Невероятно, до чего реалистичные костюмы».
«А, да. Теперь я разглядел застежки».
«Нам стоит найти рыбу-фугу, чтобы поперебрасываться ею, брат по стае».
«М-м, да. Было бы весело».
Так здорово заиметь себе друга.
«Винить тебя было бы почти что расизмом. Ты таков, какой ты есть».
«Да. Как и все мы».
И вот на свет появляется новый дельфиненок. Вода розовеет от крови.
«Тебя запрограммировали на женитьбу с Эсти или?…»
«Да, предначертано самой судьбой. Предпочитаю думать так».
Он застенчиво улыбается, словно это к лучшему.
Дельфины толкают носами рыбу-фугу, перебрасывая ее между собой.
Рыба-фугу, по умолчанию выглядящая так, словно она пребывает в состоянии жесточайшего потрясения, просто создана для этого вида спорта. Manus Fati, во всей красе.
«На самом деле мне завидно. Я тоже хотела бы выйти за границы своей плоти».
«Не переживай. С твоей плотью всё в полном порядке».
Ни черта подобного. Ты могла бы исполнять такие кульбиты через этот диван, что даже дельфины позавидовали бы.
«И, говоря "мне жаль", я имею в виду: "Не расслабляй булки, лоб железный"».
«Вот как? Хорошо, — торжественно кивает он. — Спасибо, что растолковала».
Он нисколько не проявляет страха… должно быть, очень продвинутая модель. Возможно, даже снабжена ракетами. Так что, повежливей.
«Я не забыла, что у тебя железный лоб».
«А… верно. Ха-ха».
На экране резвятся дельфины. Паскаль скрещивает руки на груди и убирает их обратно.
Этот мужчина — воплощение уюта и безопасности. Запомни это движение на будущее.
«Не расслабляй булки».
«Раньше у меня была своя стая, но ее больше нет. Теперь меня огорчают такие разговоры».
«Думаю… ваша стая… будет рада увидеть вас снова».
«Как вы думаете, дельфины знают, что такое предательство?»
Он смеется. «Да ну, они же только о рыбе и думают, разве нет?»
«Да какие это дельфины, это ж мужики в костюмах».
«Неужели? Откуда вы знаете?»
«А вы не видите?»
«Ну, может, и вижу. Богатое воображение — это прекрасно».
«Вон, у них на шеях видно молнии».
«А, да, — нервно, но не злобно. — Теперь я тоже это вижу».
«А может, вы тоже переодетый дельфин?»
«Не думаю».
«Просто проверяю».
(Оборачиваясь к Эсти.) «Он — переодетый дельфин?»
«Я знаю Паскаля очень близко. Уверяю тебя, это не так».
Старичье тоже того-этого туда-сюда умеет! Ну вообще крышеснос!
«Я уважаю всех, кого можно дрессировать. Например, привязать бомбу к плавникам».
«Бедный дельфин. Зачем так поступать с несчастным животным?»
ДЕЛЬФИНЫ — ИДЕАЛЬНЫЕ МУЧЕНИКИ. ИХ ГЛАДКИЕ, ЛИШЕННЫЕ МЕЛКИХ ДЕТАЛЕЙ ЧЕРТЫ ИЗБАВЯТ ВАЯТЕЛЕЙ ОТ МНОГИХ ЧАСОВ КРОПОТЛИВОГО ТРУДА.
«Не с животным, а с фашистской подводной лодкой или либеральной школой дайвинга».
«Может, лучше их отправить на поиски затонувших сокровищ?»
«Это будет легкая смерть. Быстро, без боли, он даже не поймет ничего».
«Ах… да. Да! Так умереть и я бы хотел».
«Лучше дельфин, чем я, скажу я вам».
«А может быть, пусть лучше никто не умирает?»
«Только если этот никто осознает свое существование».
«Кажется, я вижу, к чему вы клоните. Люди могут быть жестоки по отношению к тем, кого не понимают».
Его улыбка теплая и понимающая.
«Вы про себя и свой забавный голос?»
«Да… про себя и мой забавный голос».
«Насколько нам известно, дельфины достаточно умны, чтобы писать стихи».
«Интересная мысль. — Он на мгновение задумывается. — Но звуковые импульсы не рифмуются».
«Надо их всех уничтожить. Избавить от мучений, имя которым жизнь».
«Что вы… Это не нам с вами решать. Разве они так уж мучаются? Взгляните на них: дельфины счастливы. Всегда».
Взять пульт и переключить канал.
«Прошу, прошу».Как актер перед дублем: «Мы снимаем?»«О. — Он смотрит на открытку и снова улыбается. — Благодарю. Разумеется, я принимаю извинения. Всё в порядке».Это всё граммаж ваш, чтоб ему пусто было!Она это серьезно. Бред.Возможно, маленькая невинная ложь обратит ее внимание на мрачную правду, лежащую в основе этих отношений.«Ну если только из-за тебя».«Если бы безумец оказался прав, то перестал бы быть безумцем и стал бы пророком. Где все наши пророки,…«Потянешь свои поганые ручонки к моему мужу — в шприце в следующий раз будет кое-что похуже пентатола натрия».«У моего мужа в жизни всё отлично».«Я на этот вопрос отвечать не буду, а ты не смей даже пытаться выяснить. Я за тобой слежу».«Раньше я любила повеселиться. Но тебя это не касается, Хершел».«Он не выносит шума, предпочитает тишину. Да и ты ничего особо интересного не рассказываешь».По безучастному лицу Паскаля скользят блики от экрана телевизора.Он улыбается, но отрицательно качает головой.«Ладно. Берите. Вам он нужен больше, чем мне».«Я сказала ему, что ты его одолжишь. — Она вздыхает. — Ну ты и сука, Хершел».НЕПОДЧИНЕНИЕ.«Ради всего святого, Хершел. Не позорься».Некоторое время вы сидите молча, уставившись в яркий экран телевизора.«Пора вам поболтать о своем, о девичьем». — Он снова выключает слуховой аппарат.«Благодарю!»«Все хорошо, милая, с вами все будет в порядке».«Я верю, что вы поправитесь».«Конечно, конечно».Он поднимает большой палец вверх в ответ.ТЕБЯ ПОДВЕРГЛИ ЦЕНЗУРЕ.
Зернистые кадры черно-белой кинохроники: заводской цех, где стальные машины извергают полотна ткани.
Заднюю стену целиком закрывает нечеткое изображение. Можно разобрать: ESSILK-3.
Посмотрим, что по другим показывают. (Переключить канал.)
Экран вспыхивает неоновым огнем. Цветное мерцание стробоскопа создает вибрирующую пелену, за которой почти не видно лица девушки.
Лицо юное. Накрашенные блеском губы шевелятся, словно взывая к образам далекого будущего. Похоже, это что-то из ранних работ Ультра-Виолетты.
«Хватит».
Отдать пульт.
«Благодарю!»
Как тебе такое, Эсти? (Начать как можно быстрее переключать каналы.)
Изображения на экране меняются каждую секунду, сливаясь в раздражающий поток звука и света. Крики, пара нот музыки, случайная шутка — отвратительная, разжижающая мозг какофония.
«Ты так батарейку посадишь. Хватит».
А как тебе тогда такое? (Выключить и включить телевизор несколько раз подряд.)
Телевизор щелкает, включаясь и выключаясь. Остаточное свечение экрана с каждым разом бледнеет, не успевая адаптироваться к безумной пляске твоего пальца.
«Прекрати!»
«Кстати говоря, Эсти — шпионка».
«Прошу, прошу».Как актер перед дублем: «Мы снимаем?»«О. — Он смотрит на открытку и снова улыбается. — Благодарю. Разумеется, я принимаю извинения. Всё в порядке».Это всё граммаж ваш, чтоб ему пусто было!Она это серьезно. Бред.Возможно, маленькая невинная ложь обратит ее внимание на мрачную правду, лежащую в основе этих отношений.«Ну если только из-за тебя».«Если бы безумец оказался прав, то перестал бы быть безумцем и стал бы пророком. Где все наши пророки,…«Потянешь свои поганые ручонки к моему мужу — в шприце в следующий раз будет кое-что похуже пентатола натрия».«У моего мужа в жизни всё отлично».«Я на этот вопрос отвечать не буду, а ты не смей даже пытаться выяснить. Я за тобой слежу».«Раньше я любила повеселиться. Но тебя это не касается, Хершел».«Он не выносит шума, предпочитает тишину. Да и ты ничего особо интересного не рассказываешь».По безучастному лицу Паскаля скользят блики от экрана телевизора.Он улыбается, но отрицательно качает головой.«Ладно. Берите. Вам он нужен больше, чем мне».«Я сказала ему, что ты его одолжишь. — Она вздыхает. — Ну ты и сука, Хершел».НЕПОДЧИНЕНИЕ.«Ради всего святого, Хершел. Не позорься».Некоторое время вы сидите молча, уставившись в яркий экран телевизора.«Пора вам поболтать о своем, о девичьем». — Он снова выключает слуховой аппарат.«Благодарю!»«Все хорошо, милая, с вами все будет в порядке».«Я верю, что вы поправитесь».«Конечно, конечно».Он поднимает большой палец вверх в ответ.ТЕБЯ ПОДВЕРГЛИ ЦЕНЗУРЕ.
Он озадаченно оборачивается к Эсти.
Она что-то показывает жестами. Струйка сигаретного дыма змеится вслед за ее пальцами.
«А-а-а».
Он смотрит на тебя с милой улыбкой и сочувственно кивает.
«Если она снова сказала что-то про травму головы, это вранье!»
«Все хорошо, милая, с вами все будет в порядке».
«К чему вы это?»
«Я верю, что вы поправитесь».
«Не обращайте внимания на то, что она говорит. Она не в себе».
«Конечно, конечно».
Поднять палец вверх.
Он поднимает большой палец вверх в ответ.
Помахать на прощание. [Уйти.]
«Прошу, прошу».Как актер перед дублем: «Мы снимаем?»«О. — Он смотрит на открытку и снова улыбается. — Благодарю. Разумеется, я принимаю извинения. Всё в порядке».Это всё граммаж ваш, чтоб ему пусто было!Она это серьезно. Бред.Возможно, маленькая невинная ложь обратит ее внимание на мрачную правду, лежащую в основе этих отношений.«Ну если только из-за тебя».«Если бы безумец оказался прав, то перестал бы быть безумцем и стал бы пророком. Где все наши пророки,…«Потянешь свои поганые ручонки к моему мужу — в шприце в следующий раз будет кое-что похуже пентатола натрия».«У моего мужа в жизни всё отлично».«Я на этот вопрос отвечать не буду, а ты не смей даже пытаться выяснить. Я за тобой слежу».«Раньше я любила повеселиться. Но тебя это не касается, Хершел».«Он не выносит шума, предпочитает тишину. Да и ты ничего особо интересного не рассказываешь».По безучастному лицу Паскаля скользят блики от экрана телевизора.Он улыбается, но отрицательно качает головой.«Ладно. Берите. Вам он нужен больше, чем мне».«Я сказала ему, что ты его одолжишь. — Она вздыхает. — Ну ты и сука, Хершел».НЕПОДЧИНЕНИЕ.«Ради всего святого, Хершел. Не позорься».Некоторое время вы сидите молча, уставившись в яркий экран телевизора.«Пора вам поболтать о своем, о девичьем». — Он снова выключает слуховой аппарат.«Благодарю!»«Все хорошо, милая, с вами все будет в порядке».«Я верю, что вы поправитесь».«Конечно, конечно».Он поднимает большой палец вверх в ответ.ТЕБЯ ПОДВЕРГЛИ ЦЕНЗУРЕ.
«Пока-пока!»
Другой вариант реплики
«Всего хорошего! Берегите себя!» — Он постукивает пальцем по лбу и смотрит на тебя с искренним беспокойством.
Конец ветки
Он оглядывается через плечо, чтобы взглянуть на Эсти, а затем улыбается тебе.
Как актер перед дублем: «Мы снимаем?»
«Приветствую».
Он смотрит с болью, но понимающе; его нос все еще немного красный от удара о шкафчик.
«Это было неизбежно».
Он добродушно улыбается, затем выключает слуховой аппарат.
ТЕБЯ ПОДВЕРГЛИ ЦЕНЗУРЕ.
«Очень извиняюсь за шкафчик».
«Против аугментоида нет приема, как я погляжу».
«Она первая на меня набросилась!»
«И снова здравствуйте».
Он кивком указывает на кухню.
«Она там».
«Я так понимаю, семья у вас большая».
«Она там».«Да. Множество маленьких источников счастья».Он добродушно усмехается.От этого жеста веет обреченностью.«Ага, да».Он недовольно цокает языком, приложив руку к сердцу.«Мы его починим».«Спасибо, что сообщили… Я… Мы его починим».Да ни фига подобного. Она его чем-то накачивает?Он указывает в сторону соседней комнаты.
«Да. Множество маленьких источников счастья».
«Вы же глухой, да? На что это похоже?»
«Она там».«Да. Множество маленьких источников счастья».Он добродушно усмехается.От этого жеста веет обреченностью.«Ага, да».Он недовольно цокает языком, приложив руку к сердцу.«Мы его починим».«Спасибо, что сообщили… Я… Мы его починим».Да ни фига подобного. Она его чем-то накачивает?Он указывает в сторону соседней комнаты.
«Очень тихо».
Он добродушно усмехается.
«Вы у меня на контроле, синьор Железный Лоб».
«Она там».«Да. Множество маленьких источников счастья».Он добродушно усмехается.От этого жеста веет обреченностью.«Ага, да».Он недовольно цокает языком, приложив руку к сердцу.«Мы его починим».«Спасибо, что сообщили… Я… Мы его починим».Да ни фига подобного. Она его чем-то накачивает?Он указывает в сторону соседней комнаты.
«Ага, да. Очень смешно». Он машет рукой влево.
«Эсти на кухне».
От этого жеста веет обреченностью.
«Когда вы с Эсти поженились?»
Другой вариант реплики
«К слову, о вас с Эсти…»
«Она там».«Да. Множество маленьких источников счастья».Он добродушно усмехается.От этого жеста веет обреченностью.«Ага, да».Он недовольно цокает языком, приложив руку к сердцу.«Мы его починим».«Спасибо, что сообщили… Я… Мы его починим».Да ни фига подобного. Она его чем-то накачивает?Он указывает в сторону соседней комнаты.
«Да?»
«Как вы познакомились?»
«Да?»«Я в любом случае уже на пенсии. Дом, милый дом». — Он разводит руками.«Ха-ха, нет, нет».Аж тошнит.Он указывает на рамку с фотографией, на которой рядом с Паскалем возвышается огромная женщина, с улыбкой…«Простите, я… не понимаю».«А-а-а. Увы, нет».Врожденная вежливость мешает ему согласиться с твоими словами.«Благодарю, очень мило с вашей стороны».Тебя не покидает ощущение, что он знает что-то такое, чего не знаешь ты.
«А! Я работал почтальоном. У нее был просто идеальный почтовый ящик. В какой-то момент она начала приглашать меня на чай… ну и вот».
Ох… а мы ему ящик-то и расхерачили…
Он пожимает плечами и подмигивает.
Вышла замуж за человека, который знает все имена и адреса и имеет доступ к любой переписке, значит. Умница, ЭСТОК.
«Она использует вас, чтобы добывать информацию».
«О марках? Ха-ха».
В его глазах проскальзывает тень… осознания?
«Я в любом случае уже на пенсии. Дом, милый дом». — Он разводит руками.
«Такого, как вы, и на порог пускать нельзя — мигом окрутите!»
«Ха-ха, нет, нет».
«Очень романтично».
«Согласен. Нам, старикам, тоже хочется любви, знаете ли».
Как мило…
Аж тошнит.
«Видела, что Оскар Метамото был на вашей свадьбе».
«Да?»«Я в любом случае уже на пенсии. Дом, милый дом». — Он разводит руками.«Ха-ха, нет, нет».Аж тошнит.Он указывает на рамку с фотографией, на которой рядом с Паскалем возвышается огромная женщина, с улыбкой…«Простите, я… не понимаю».«А-а-а. Увы, нет».Врожденная вежливость мешает ему согласиться с твоими словами.«Благодарю, очень мило с вашей стороны».Тебя не покидает ощущение, что он знает что-то такое, чего не знаешь ты.
«Оскар! Да. Хороший парень. И прическа ничего».
Он хмурит брови, а затем понимающе улыбается. Он собирается рассказать тебе секрет.
«Ему понравилась моя кузина Габриэлла».
Он указывает на рамку с фотографией, на которой рядом с Паскалем возвышается огромная женщина, с улыбкой обнимающая его за плечи.
«Дела постельные с аугментацией тоже, поди, пошли путем?»
«Да?»«Я в любом случае уже на пенсии. Дом, милый дом». — Он разводит руками.«Ха-ха, нет, нет».Аж тошнит.Он указывает на рамку с фотографией, на которой рядом с Паскалем возвышается огромная женщина, с улыбкой…«Простите, я… не понимаю».«А-а-а. Увы, нет».Врожденная вежливость мешает ему согласиться с твоими словами.«Благодарю, очень мило с вашей стороны».Тебя не покидает ощущение, что он знает что-то такое, чего не знаешь ты.
«Прошу прощения?» — Он наклоняется в твою сторону.
Изобразить поступательные движения.
«Простите, я… не понимаю».
«Ваш вечно бодрый железный член, Паскаль. Он вибрирует?»
«А-а-а. Увы, нет».
«Каково это — быть женатым на бездушной стерве?»
«Да?»«Я в любом случае уже на пенсии. Дом, милый дом». — Он разводит руками.«Ха-ха, нет, нет».Аж тошнит.Он указывает на рамку с фотографией, на которой рядом с Паскалем возвышается огромная женщина, с улыбкой…«Простите, я… не понимаю».«А-а-а. Увы, нет».Врожденная вежливость мешает ему согласиться с твоими словами.«Благодарю, очень мило с вашей стороны».Тебя не покидает ощущение, что он знает что-то такое, чего не знаешь ты.
Он качает головой, наблюдая за твоими губами.
Врожденная вежливость мешает ему согласиться с твоими словами.
«Поздравляю! У вас очень уютный дом».
«Да?»«Я в любом случае уже на пенсии. Дом, милый дом». — Он разводит руками.«Ха-ха, нет, нет».Аж тошнит.Он указывает на рамку с фотографией, на которой рядом с Паскалем возвышается огромная женщина, с улыбкой…«Простите, я… не понимаю».«А-а-а. Увы, нет».Врожденная вежливость мешает ему согласиться с твоими словами.«Благодарю, очень мило с вашей стороны».Тебя не покидает ощущение, что он знает что-то такое, чего не знаешь ты.
«Благодарю, очень мило с вашей стороны».
«Спасибо, что рассказали про свой брак». (Назад.)
«Да?»«Я в любом случае уже на пенсии. Дом, милый дом». — Он разводит руками.«Ха-ха, нет, нет».Аж тошнит.Он указывает на рамку с фотографией, на которой рядом с Паскалем возвышается огромная женщина, с улыбкой…«Простите, я… не понимаю».«А-а-а. Увы, нет».Врожденная вежливость мешает ему согласиться с твоими словами.«Благодарю, очень мило с вашей стороны».Тебя не покидает ощущение, что он знает что-то такое, чего не знаешь ты.
«Ага, да».
«Три года! Три года семейного счастья».
Тебя не покидает ощущение, что он знает что-то такое, чего не знаешь ты.
«Я должна вам кое-что сказать о вашем почтовом ящике…»
«Она там».«Да. Множество маленьких источников счастья».Он добродушно усмехается.От этого жеста веет обреченностью.«Ага, да».Он недовольно цокает языком, приложив руку к сердцу.«Мы его починим».«Спасибо, что сообщили… Я… Мы его починим».Да ни фига подобного. Она его чем-то накачивает?Он указывает в сторону соседней комнаты.
Его рот искривляется в ухмылке, как будто он ждет удара.
Дура! Зачем ты это сказала? Он же явно обожает разносить почту и класть письма в почтовые ящики.
«Ха-ха! Шутка».
«Ох… Не стоит шутить насчет корреспонденции».
Он недовольно цокает языком, приложив руку к сердцу.
«Кто-то его разбил».
«Нет! Ну… ладно».
Он проводит рукой по волосам и качает головой.
«Мы его починим».
«Я разбила его. Мне очень жаль».
«Вы…»
Он кладет правую руку на сердце, спрятанное под кардиганом.
«Спасибо, что сообщили… Я… Мы его починим».
«На вашем месте я бы отсюда убиралась. Она очень разозлится на меня».
«Она там».«Да. Множество маленьких источников счастья».Он добродушно усмехается.От этого жеста веет обреченностью.«Ага, да».Он недовольно цокает языком, приложив руку к сердцу.«Мы его починим».«Спасибо, что сообщили… Я… Мы его починим».Да ни фига подобного. Она его чем-то накачивает?Он указывает в сторону соседней комнаты.
«Нет, что вы, всё хорошо. Эсти очень отходчивая. Добрая душа». — Он кладет руку на сердце.
Да ни фига подобного. Она его чем-то накачивает?
«Увидимся». [Уйти.]
«Она там».«Да. Множество маленьких источников счастья».Он добродушно усмехается.От этого жеста веет обреченностью.«Ага, да».Он недовольно цокает языком, приложив руку к сердцу.«Мы его починим».«Спасибо, что сообщили… Я… Мы его починим».Да ни фига подобного. Она его чем-то накачивает?Он указывает в сторону соседней комнаты.
«Всего хорошего».
Конец ветки
«Кухня там».
Он указывает в сторону соседней комнаты.
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
«Прошу, прошу».Как актер перед дублем: «Мы снимаем?»«О. — Он смотрит на открытку и снова улыбается. — Благодарю. Разумеется, я принимаю извинения. Всё в порядке».Это всё граммаж ваш, чтоб ему пусто было!Она это серьезно. Бред.Возможно, маленькая невинная ложь обратит ее внимание на мрачную правду, лежащую в основе этих отношений.«Ну если только из-за тебя».«Если бы безумец оказался прав, то перестал бы быть безумцем и стал бы пророком. Где все наши пророки,…«Потянешь свои поганые ручонки к моему мужу — в шприце в следующий раз будет кое-что похуже пентатола натрия».«У моего мужа в жизни всё отлично».«Я на этот вопрос отвечать не буду, а ты не смей даже пытаться выяснить. Я за тобой слежу».«Раньше я любила повеселиться. Но тебя это не касается, Хершел».«Он не выносит шума, предпочитает тишину. Да и ты ничего особо интересного не рассказываешь».По безучастному лицу Паскаля скользят блики от экрана телевизора.Он улыбается, но отрицательно качает головой.«Ладно. Берите. Вам он нужен больше, чем мне».«Я сказала ему, что ты его одолжишь. — Она вздыхает. — Ну ты и сука, Хершел».НЕПОДЧИНЕНИЕ.«Ради всего святого, Хершел. Не позорься».Некоторое время вы сидите молча, уставившись в яркий экран телевизора.«Пора вам поболтать о своем, о девичьем». — Он снова выключает слуховой аппарат.«Благодарю!»«Все хорошо, милая, с вами все будет в порядке».«Я верю, что вы поправитесь».«Конечно, конечно».Он поднимает большой палец вверх в ответ.ТЕБЯ ПОДВЕРГЛИ ЦЕНЗУРЕ.
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
«Потянешь свои поганые ручонки к моему мужу — в шприце в следующий раз будет кое-что похуже пентатола натрия».«У моего мужа в жизни всё отлично».«Я на этот вопрос отвечать не буду, а ты не смей даже пытаться выяснить. Я за тобой слежу».«Раньше я любила повеселиться. Но тебя это не касается, Хершел».
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
«Ага, да! Безмятежный волк. Очень редкий».Ужасно редкий.Он знает, какая это ценная вещь… жаль.«Выиграл в конкурсе. Они отправляют по почте».«Никогда не видел. Просто стакан понравился».«Ха-ха-ха, нет, нет! Это большая редкость».«Хм, не думаю. А, постойте-ка… остались. Но сейчас в качестве приза дают тостер».
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Конец ветки
Развилка
Развилка
Развилка
«Она там».«Да. Множество маленьких источников счастья».Он добродушно усмехается.От этого жеста веет обреченностью.«Ага, да».Он недовольно цокает языком, приложив руку к сердцу.«Мы его починим».«Спасибо, что сообщили… Я… Мы его починим».Да ни фига подобного. Она его чем-то накачивает?Он указывает в сторону соседней комнаты.
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
«Да?»«Я в любом случае уже на пенсии. Дом, милый дом». — Он разводит руками.«Ха-ха, нет, нет».Аж тошнит.Он указывает на рамку с фотографией, на которой рядом с Паскалем возвышается огромная женщина, с улыбкой…«Простите, я… не понимаю».«А-а-а. Увы, нет».Врожденная вежливость мешает ему согласиться с твоими словами.«Благодарю, очень мило с вашей стороны».Тебя не покидает ощущение, что он знает что-то такое, чего не знаешь ты.