Яна

В ней чувствуется могучая сила бандюгана. Она явно участвует в лусианском заговоре, в чем бы ни заключалась его суть.

В ней чувствуется могучая сила бандюгана. Она явно участвует в лусианском заговоре, в чем бы ни заключалась его суть.

«Я этого не потерплю, menina. Базар ей, может, и подчиняется, но doña Кармуна — нет!»

На лицевой стороне карты целая система из трубок и перегонных кубов, переливающих жидкость по воле слабого огонька. Словно безумное хитросплетение лиан, впивающихся в лесную почву.

Устройство для импринтинга… но есть еще что-то. Что-то, что стоит за этим устройством…

ПОГОДИ-КА, ИСПОЛНИТЕЛЬ. Об этом таксофоне рассказывала Яна. Даже ты знаешь, что он прослушивается.

ЕЩЕ НЕ ВСЁ ПОТЕРЯНО! СМЕЛЫЙ АКТ НЕПОВИНОВЕНИЯ ТРАМВАЙНЫМ НАЧАЛЬНИКАМ. ДА ЗДРАВСТВУЮТ ПОРОКИ ПРОЛЕТАРИАТА!

«Опять пришла, КАСКАД? Может, наконец-то делом займемся?»

«Йо, ЙО-ЙО. Как школьная экскурсия?»

Этот «МОРГ» ждет тебя в темном конце шахты.

«ВНУТРЕННИЙ МИР»? ТАК НАЗЫВАЕМАЯ «ПСИХОТРАВМА»? ТАКИХ ВЕЩЕЙ НЕ СУЩЕСТВУЕТ. ПРОСТО ЗАСТАВЬ ЕЕ ДЕЛАТЬ ТО, ЧТО ТЕБЕ НУЖНО, ПРЯМО СЕЙЧАС.

Теория, которую часто отбрасывают как слух, но к которой относятся куда серьезнее на высших уровнях Бюро оперативных исполнителей: все лусианские политические министры — это идентичные психические слепки одного и того же древнего философа.

ЕЩЕ РАЗ! КОНЦЕНТРИРОВАННЫЕ, ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНЫЕ, ТОЧНЫЕ ЗАЛПЫ!

Ну давай. Невероятное сценическое имя, и оно уже вертится у тебя на языке:

Ничего, только звук ветерка, дующего в разбитое окно.

Ладно, ладно. Вот оно. Послание Темпо тебе и только тебе… Отчаянная сигнальная ракета… Теперь всё встает на свои места. Логичным остается только один вопрос:

Если подумать, имена — это сложно. Практически невозможно. Если следовать примеру Доситео Фернандеса, эта проблема требует междисциплинарной концептуальной базы.

Ничего. Разгадка теперь кажется даже дальше, чем раньше.

ОНА НЕ «ПРОДВИНУТАЯ МОЛОДЕЖЬ». ОНА ТА, ЧЕЙ РАЗУМ КАПИТУЛИРОВАЛ ПЕРЕД ТЕРМИНАЛЬНОЙ РЕАКЦИЕЙ. ПОЧЕМУ ОНА СОЗДАЕТ ДЛЯ ТЕБЯ ПРОБЛЕМЫ?

Туман быстро рассеивается, словно кто-то перемотал пленку. Темпо хотел больше Темпо. Другими словами…

«Я не против».

«Что ж, еще увидимся, Херш. Может, лет через пять — учитывая твои сраные методы работы».

«Херш. А ты разве не должна ошиваться в дверях или пугать народ в консульстве?»

«Как жизнь, Херш?» — Разноцветные глаза смотрят прямо в твои.

«Слушай… Как по-твоему, что бы он подумал про Марко?»

«Вопросы от уродливого младенца не принимаются».

«Ты всё еще в ней».

«Держи нос по ветру, Хершел».

«Харэ мельтешить, Херш».

«Не. Думаю, теперь я его понимаю. По крайней мере, в общих чертах».

«Нет… Думаю, я пас. Не стоит будить спящих сучек».

«А, тот меганезаконник… Да, конечно, он у меня».

«Я все еще жду инструкций, КАСКАД. Мочиловка сохнет без дела».

«Странный вопрос, но… как ты думаешь, что бы он сказал… обо мне?»

«А ты разве не хотела продать ее за море?»

«Ну-у… — тянет она. — Я почти уверена, что дело в этом устройстве для импринтинга. В меганезаконнике».

«Что он думал о Банде?»

«Да знаю я. Замочить одного министра культуры. Ты же нам упоминала в комнате Ви».

«Ага. Что он думал про лу-поп?»

«Йо-йо».

«Йо, Херш. Ты уже проведала Марко?»

Они с ней похожи, да? Еще одна жертва технофашистского колдовства, оказавшаяся здесь не по своей воле.

Мальчик, которого не должно было быть, смотрит на девочку, которую ты продала.

«Пока нет. Но, чувствую, скоро начнут…»

Вполне возможно, что сведения Яны были ошибочны и что исчезновение лусианского старика не имело никакого отношения к той «изобличающей херне», которую он наговорил по этому таксофону.

Ты представляешь себе, как все было: сообщник Темпо прижимает эту самую трубку к уху и шепчет предложения с кодовыми словами, которые ты собираешься произнести и которые связаны между собой неведомым тебе образом. А затем слышишь, как твои пальцы набирают номер…

Но ты знаешь как минимум одно о людях на другом конце провода: они похитили связного Темпо.

«Исполнитель».

«КАЛЕЙДОСКОП».

«ЙО-ЙО».