Решения
53«Всегда те, что готовы упасть…»
Данте, пожилой заключенный.
Тогда телефонный жлоб должен быть из переговорщиков, упомянутых Данте.
Всё решится в результате переговоров, о которых тебе рассказал заключенный, — сразу же или в конечном итоге.
Золотистая тень, крики мальчика, которого бьют другие ребята…
Так ты сможешь общаться с заключенным и дальше.
«Кажется, ваш отец упоминался в файлах».
Ты смотришь на хрупкое тело на кровати, и в голове всплывают слова несчастного Данте.
Старик-заключенный говорил: чем насыщеннее воспоминание, тем лучше.
Заключенный Данте предупреждал, что устройство работает крайне нестабильно, результат сложно предсказать до конца.
«Опустим подробности. Это личное». — Он поправляет каску и оборачивается посмотреть на обветшалое здание.
С напечатанной вверху листа черно-белой фотографии на тебя смотрит Данте. Длинные черные волосы с проседью зачесаны назад.
Повсюду следы Темпо…
«Я в курсе».
Где-то на похожих на лабиринт улочках Нижнего Вьюдаса старик натягивает на лицо кепку с символикой команды по пелоте и ныряет в залитую неоновым светом букмекерскую контору.
И всё же ты не знаешь, почему он пытается сотрудничать. Возможно, никогда не узнаешь.
У тех, кто позволит секретам лу-попа попасть в руки врага, нет возможности дезертировать. От них избавятся на месте.
Ну, зато у Плачущего ока появится повод размозжить пару голов на радость зрителям.
Если бы ты знала, то и вопроса такого не возникло бы.
Если бы ты знала, то и вопроса такого не возникло бы.
Сочетание молодости и смерти — это символическая опора любого фашиста. Если уж на то пошло, его скорее повысят в должности.
Ты всё еще не знаешь. Но если захочешь, можно придумать еще один увлекательный скандал.
«…да? Что на… погоди…»
«А что насчет других моих просьб? Темпо дал мне кое-какие гарантии».
«Но хватит уже о моих коллегах. Меня тошнит от одной мысли о них».
«Но хватит уже о моих коллегах. Меня тошнит от одной мысли о них».
«Не забывай обо мне, дорогая».
«Если ты из Оперы, значит ты тот самый "друг со связями" Темпо дель Сура».
«М-м-м. Здравствуй, безымянная».
«М-м».
«М-м».
«А вот и мой агент удачи. Счастливый Данте».
«Раз ты уже утрясла ситуацию с пропуском, тогда по рукам».
«Хватит барабанить по двери. Вы что, люди, никогда не устаете?» — Голос одновременно суровый и хрупкий.
Снова обрывки из прошлого. На этот раз еще хуже.
Пустая оболочка. Обертка от человека.
Должно быть, его уже вывели из камеры и доставили на обмен.
Очертания мужчины, его спина и плечи, отпечатались в твоем сознании… А потом он исчез в темноте, и больше ты его никогда не увидишь.
В тени золотого дерева трое мальчишек молотят четвертого. Тот не понимает, за что его бьют. Троица понимает, что должна его бить, но не знает зачем.
«Как было сказано, мы проводим день памяти после того, как он сбросит листву».
«Неужели ты до сих пор не ознакомилась со знаменитым лусианским деревом гинкго?»
«Это ты и без меня знаешь, моя подруга и спасительница».
«У тебя есть для меня пропуск или я зря питаю надежду?»
«В таком случае какое ваше настоящее имя?»
Отголосок первой встречи с заключенным.
Данте… Возможно ли… Послание Темпо… Всё будет прощено… если получится…
Вопреки твоему желанию, это знание находит себе подходящего союзника в твоей голове — здравый смысл, ведь теперь это кажется столь очевидным.
ЭТА ТВОЯ ПРИВЫЧКА ОТПУСКАТЬ ПОЙМАННЫХ ВРАГОВ НАРОДА ЗАСТАВИЛА БЫ ДАЖЕ САМЫЙ ЛОЯЛЬНЫЙ КОМИТЕТ ПО ЭТИЧЕСКИМ ВОПРОСАМ СОМНЕВАТЬСЯ В ТВОЕЙ ПРЕДАННОСТИ.
К чему была вся эта история с двойником?
Ты знаешь эту школу. Уже видела и двор, и старое дерево гинкго, и бараки, в которых мальчикам промывали головы до тех пор, пока они не забывали, кто они.
