Чертежи

Ты снова подходишь к полкам B и C.

Перед тобой стопка печатных листов, набранных на машинке. Один из них перевернут. «Показания об удаленном наблюдении номер 28».

«Мои источники очень тобой довольны. Как я и ожидал. Молодец, Хершел. Для меня честь снова с тобой поработать».

От автомата всё еще несет мочой. Внутри блестят напитки.

«Проваливай».

«Да-а-а?» — снова спрашивает адзурри тяжелым, властным голосом.

Посмотри под ноги.

«ПОСОБИЕ ВАНА ПО КУСТАРНОМУ ОРУЖИЮ, ТОМ 2».

«Ого… в натуре, денежный волшебник…»

«До свидания».

Брошенные картонные коробки для переезда ютятся в углу квартирки.

Ты уже использовала его для починки модели поезда и производства самодельного оружия. Больше у этого верстака делать нечего.

«Холодно здесь». — Девушка пожимает плечами и притопывает ногой.

Здесь делать больше нечего.

«Не получилось, да?»

«И снова здравствуйте. Извините, всё еще не едем». — Она пыхтит трубкой.

«…» — Туповатое выражение лица не изменилось.

«Опять. Вы». — Слышится постукивание ногой.

Ты вновь нависаешь над святилищем и скоплением рамок.

Ты переворачиваешь сухпаек, и он тихо шуршит.

Из бетона проглядывают изгибы трубы, словно корни некоего водопроводного древа.

«КАСКАД. — Едва заметный кивок. — Чтобы не скучать, я всё это время играл сам с собой в "Я шпион". Сейчас паритет, но сомнений нет — я…

«А вот и мой агент удачи. Счастливый Данте».

На полу, выглядывая из тени, лежит сложенный пополам лист плотной бумаги.

«Затупившийся клинок и неверная хватка. Пред нами предстала сама великая КАСКАД».

Перед тобой обветшалое старое кресло.

«КАСКАД, пора шевелиться».

Ты снова ползешь в туннель, туда, где он начинает сужаться.

Контрольная панель бездейственно сияет тусклым светом.

Когда ты нажимаешь кнопку интеркома, загорается маленькая лампочка.

Дверь пожарного выхода преграждает путь на крышу. К сожалению, кое-кто убрал подпиравший ее мяч.

Ты возвращаешься к одинокому таксофону.

Ты берешь трубку таксофона. С эмблемы тебе улыбается пучеглазый дельфин.

И вот ты опять стоишь перед дверью Темпо.

«И снова здравствуйте».

«Вернулись?»

«Как дела, Херш?»

Со стены на тебя взирают три плаката. Неусыпная троица, готовая подкрасться к тебе посреди ночи.

Кошка предается неге.

На крючке у двери пусто, но пара резиновых сапог на месте.

Окинув взглядом главный зал, ты пытаешься представить, как он выглядел тридцать шесть лет назад.

Ничем не прикрытый интерком блестит на свету.

Калитка стоит перед тобой, до сих пор на цепи.

Еще один телефон, еще один голос.

«Исполнитель».

Продавец не смотрит на тебя. Он слегка отступает, когда ты приближаешься.

Кровать выглядит холодно и неопрятно.

Когда ты подходишь, плесень приподнимает свои усики.

Отчет МОРГа об интерматериальном фазировании всё еще здесь, он так и манит.

Ты возвращаешься к старому рекламному щиту.