Архивы

«Ого… в натуре, денежный волшебник…»

«До свидания».

Брошенные картонные коробки для переезда ютятся в углу квартирки.

«Ну вот опять».

Ты уже использовала его для починки модели поезда и производства самодельного оружия. Больше у этого верстака делать нечего.

«Холодно здесь». — Девушка пожимает плечами и притопывает ногой.

«Здравствуй, lapinette».

«И снова здравствуйте. Извините, всё еще не едем». — Она пыхтит трубкой.

«…» — Туповатое выражение лица не изменилось.

«Опять. Вы». — Слышится постукивание ногой.

Ты вновь нависаешь над святилищем и скоплением рамок.

Ты переворачиваешь сухпаек, и он тихо шуршит.

«КАСКАД. — Едва заметный кивок. — Чтобы не скучать, я всё это время играл сам с собой в "Я шпион". Сейчас паритет, но сомнений нет — я…

Ты возвращаешься к почтовому ящику.

«А вот и мой агент удачи. Счастливый Данте».

Крохотные фигуры бегают на экране, бросая туда-сюда твердый мяч для пелоты.

Ты стояла на этом же месте на вечеринке, когда вдруг заметила, как по крышам в твою сторону карабкается массивная фигура Темпо дель Сура.

Единственное, что добавляет жизни этой в остальном стерильной и безликой клинике, — фотографии, документы и свидетельства существования…

Розовая бумажка не больше ногтя. На одной ее стороне изображен петушок.

На полу, выглядывая из тени, лежит сложенный пополам лист плотной бумаги.

«Затупившийся клинок и неверная хватка. Пред нами предстала сама великая КАСКАД».

Перед тобой обветшалое старое кресло.

«Нашли что-нибудь интересное в сарае?» — улыбается он тебе.

Свет, который проникал сверху, почти исчез.

ПСЕВДОПОДИЙ переступает с ноги на ногу, поглядывая на лодочника.

Стереосистема там же, где и прежде.

Тяжесть диссертации грозит неизбежным переутомлением мышц рук.

Ты берешь трубку таксофона. С эмблемы тебе улыбается пучеглазый дельфин.

«И снова здравствуйте».

Ты возвращаешься к святилищу под лестницей.

«Вернулись?»

«Как дела, Херш?»

Со стены на тебя взирают три плаката. Неусыпная троица, готовая подкрасться к тебе посреди ночи.

Костюм космонавта, отголоски проекта «АВТОНОМИЯ». На плече нашивка с надписью «Звезды принадлежат нам, 77-й».

На крючке у двери пусто, но пара резиновых сапог на месте.

Над тобой вновь нависает дверь.

Окинув взглядом главный зал, ты пытаешься представить, как он выглядел тридцать шесть лет назад.

Роман лежит на оставленном тобой месте, тихо покрываясь пылью. «Группа крови: Гекатомба» авторства Х. С. Ластры.

«Давно не общались, безымянная».

Вот и они. Точно такие, какими ты их и оставила.

Еще один телефон, еще один голос.

Свет в роговицах преломляется. Ты — кто-то другой, в другом месте.

«Исполнитель».

Продавец не смотрит на тебя. Он слегка отступает, когда ты приближаешься.

«Вперед, Херш. Выдай нас».

Когда ты подходишь, плесень приподнимает свои усики.

Отчет МОРГа об интерматериальном фазировании всё еще здесь, он так и манит.

«Прекрати уже блеять своим акцентом и послушай меня, бандос-кастратоеб. Я заплатил не за атенолол, а за ме-то-про-лол!» — Телефон, будто…

Ты возвращаешься к старому рекламному щиту.

«Снова ты».