Когда ты подходишь, плесень приподнимает свои усики.

Когда ты подходишь, плесень приподнимает свои усики.

Она рада снова тебя видеть.

Что это за плесень?

Ты предполагаешь, что склизкого типа.

А если быть конкретнее, то Physarum polycephalum.

Откуда я такое знаю?

Маложивущая плесень, примерно 63 фаза.

Откуда мне такое известно?

Профессиональная догадка о плесени.

Она что-нибудь делает?

Нет. Во всяком случае, ничего заметного.

Но она явно что-то замышляет…

Тихо что-то рассчитывает. Ведет переговоры на уровне химии. Ощущает поверхность. Словом, типичные дела плесени.

Ага. Ведет пассивное наблюдение.

Ничего такого шпионского. Тут растет, там уменьшается. У нее нет конкретного задания. Или контролера. Только влажность и время.

Осмотреть усики.

Тысячи тощих антеннок. Похоже, усикам больше нравятся швы и трещины, чем гладкий бетон.

Растет она медленно, но всё же растет.

Ищет уязвимые места. Уважаемо.

Отличное чутье исполнителя.

Она такая мерзкая и неестественная.

И всё же плесень появилась раньше городов.

Раз она такая умная, посмотрим, удастся ли ей пережить хлорку.

А ей и не надо ее переживать. Только расти там, где хлорки нет.

Посмотреть, куда распространяется плесень.

Самая плотная часть — внизу, где пол немного проваливается. Отсюда плесень раскидывается веером вверх и разветвляется.

Посмотреть наверх.

В верхнем углу спряталась старая вентиляционная решетка. Квадратная, края покрыты ржавчиной.

Никакого конденсата, пятен влаги или следов протечки. Нет, плесень появилась не отсюда.

Как же далеко она распространилась?

Ты расфокусируешь взгляд, и бункер меняет свою геометрию.

Здесь.

Подтеки конденсата тянутся вдоль шахты для укладки кабеля. Потолочная панель покоробилась — следы сильной нагрузки от гниения. Потемнение вокруг прикрученного на болты дренажного люка — ни ржавчины, ни сажи.

Следовать дальше.

Ты движешься за плесенью в обратном направлении: через шлакоблоки и трубы, по техническим лазам и закрытым коридорам — так далеко, куда не добраться человеку.

Она зародилась на третьем подуровне. Молитвой вознеслась по трубам и желобам для электропроводки. Медленная литургия плесени.

Она повсюду.

Теперь под этим бункером есть еще один — мягкий, влажный и мечтательный.

Кому интересно, откуда она взялась? Точно не мне.

Пока ты отмечаешь ее про себя как «заурядную сырость».

Она точно оттуда вылезла. Маленький трусливый кусочек засел в углу, словно прячется от тебя.

Ну, значит не о чем волноваться.

Совершенно не о чем.

Это не заражение. Всего лишь одинокое пятнышко темной сырости, без каких-либо амбиций.

Ну, не знаю… (Присмотреться тщательнее.)

Ты пытаешься представить поперечное сечение и переплетение труб, но ничего не получается.

Хватит с меня мерзости. [Вернуться.]

Плесень поблескивает, когда ты от нее удаляешься.

Собрать образец.

Ты поддеваешь отверткой краешек поросли.

Один из тонких усиков рефлексивно вздрагивает, когда ты ее подталкиваешь.

Сковырнуть плесень.

Ты перекладываешь хрупкую, как пепел, плесень в ближайший контейнер и кладешь образец в карман.

Тут потребуется помощь специалиста или кого-то типа того. Например, доктора.

Нужно отвести твоего маленького заложника к медицинскому работнику на осмотр.

Ты снова заходишь не с той стороны. Отвертка скользит и отрезает свежий кусочек плесени от первородного материала.

Он приземляется на твой высунутый язык и скользит прямо тебе в глотку.

Опять?

Кажется, это уже твоя фишка.

«Пожалуйста, КАСКАД, перестань есть мою плесень. Она собственность МОРГа».

Круто. Зашибись. Молодчина, Хершел, ты прям в ударе.

Хотя бы у нее там теперь есть маленький друг.

Авангард.

Ты собираешься с духом и готовишь рабочий конец отвертки.

Инструмент дергается вперед, и ты слишком резко пытаешься выправить положение. Влажный росток — желтая вязкая нить живого клея — взлетает по дуге и приземляется точно тебе в рот.

Как теплый творог, вымоченный в аккумуляторной кислоте.

Два пальца в рот. Забудь про достоинство.

Желудок схватывает. Горло сжимается. Ты дергаешься вперед и блюешь так сильно, что зрение затуманивается по бокам. Но плесень так легко не сдается.

«ГОЛОЦЕН. Кажется, я проглотила кусочек плесени».

«Ничего не поделаешь, КАСКАД. Она уже прошла через надгортанный хрящ, — пожимает плечами он. — Как по мне, здесь есть вещи куда поинтереснее».

Изучить помещение.

Дело не в уборке. И даже не в комнате.

А в ГОЛОЦЕНЕ, да?

Разумеется. Здесь прячется еще одна комната. Прямо в голове твоего бывшего дублера.

На окнах колышутся занавески. Сваленные внутри потрепанные мечты и воспоминания отравляют друг друга.

Как мне туда попасть?

Тебе понадобится ключ.

Он хочет, чтобы ты нашла нечто, чего он не может сам тебе дать. Оно замаскировано, но где-то на виду. Скорее всего, это что-то вроде…

…вон того листка бумаги.

Этого? Так он мог просто указать на него.

А вдруг не мог? Или думал, что не мог.

Удаленные наблюдатели! Вуайеристы, умеющие гнуть ложки!

Дело не в уборке. И даже не в комнате. А в этом клочке бумаги и том, что на нем написано.

Какое внезапное появление интерматерии. (Прищуриться.)

Может, и так. А может, ты просто его не заметила.

Он что, подкинул его, когда я отвернулась?

Твой бывший дублер сосредоточенно рассматривает торчащую из рукава халата нитку.

Если так, то он двигался очень быстро.

Комната огромная.

Но открыть ее можно малюсеньким ключом.

Уверена, ему там одиноко.

Именно поэтому ты бродишь снаружи в потемках и хочешь войти.

Никто не знает, что ты здесь. Задумайся об этом на минутку.

«Мне никогда отсюда не выбраться, да?»

«Соберись, КАСКАД. Незачем истерить».

Эта комната похожа на одну из тех толстых, скучных книг, которые никогда не дочитываешь. А ты еще даже первую страницу не осилила.

«Мне что, надо изучить всю комнату?» (Вяло всплеснуть руками и притопнуть.)

«Чего ты нудишь, КАСКАД? Я всего лишь попросил тебя прибраться. Хотя не так — профессионально отмести лишнее».

Комнату захватила плесень. Что ж, уведомление о выселении вступает в силу немедленно.

«Ты в курсе, что у тебя тут плесень в новую цивилизацию эволюционирует?»

«Очень поверхностное наблюдение, КАСКАД. Мне за тебя стыдно».

И всё же у него уютненько. Комната просторная, без лишних вещей… и тут тихо.

«Значит, ты теперь работаешь из дома?»

«Не покладая рук. Уже пять лет изоляции — и исключительной эффективности».

Ты в подвале подвала. Беглого взгляда достаточно, чтобы понять всё, что нужно.

«Да тут прям подземный люкс отеля "Конча сыча"».

«Чего?»

«Ну, ты же тут сычуешь. И дрочишь наверняка».

«Присмотрись получше, КАСКАД. В этой комнате нет никаких порноматериалов. Ни журналов, ни дисков "для взрослых"».

«Даже секретной заначки нет?»

«Ты, кажется, разочарована. МОРГ-то уж точно».

«А-а. Так вот для чего удаленное наблюдение…»

«КАСКАД. Мы оба знаем, что "домогательства на работе" — это всего лишь буржуазная концепция. И всё же… прошу, перестань».

«Человеку с практически идеальной памятью никакие материалы и не нужны, верно?»

Да не буду я тут убираться. [Уйти.]

Ты отворачиваешься от плесени. Она дрожит, когда ты уходишь.

Снизу дальней стены тянется темное пятно блестящей плесени.

Сырая. Немного вздувшаяся. Расплывчатая, словно от пота.

Присмотреться.

Плесень расплывчатой, неровной формы. Как черные пятна злокачественной опухоли на рентгеновском снимке. Поперек нее тянутся желтые усики.

Нет уж, спасибо. [Отойти.]

Ты оставляешь плесень молча расти дальше.

Яркая, словно воспоминание о ране.