Развилка
Свет в роговицах преломляется. Ты — кто-то другой, в другом месте.
Развилка
Встать.
Ты не можешь. Веревка впивается в израненную плоть, и волокна уже успели намокнуть. Каждое движение вызывает разряд мучительной боли.
Развилка
Осмотреться.
Над тобой стоят двое, мужчина и женщина. Смотрят на тебя, а потом друг на друга. На полу тут и там клетки.
Дознаватели по-свойски наклоняются близко друг к другу. Они напарники.
Развилка
«Что происходит?» (Продолжить.)
«Она ничего не понимает. Говорила же не бить ее по голове».
«Знаю, знаю».
Он бы повторил.
«Лапушка, нам просто нужно имя твоего куратора из Оперы. Кто втянул тебя в эту заварушку?»
«У моего папы лаборатория, я там работаю. Я ничего не знаю».
«Попробую еще раз».
Приготовься!
Костяшки пальцев резко впиваются в твою глазницу. Ты слышишь, как рядом с носом что-то хрустит.
«Перестаньте!»
«Перестанем, когда ты нам поможешь. Думаешь, нам нравится торчать в этом вонючем городе?»
Комната плывет, исчезает и возвращается вновь.
В ушах странное ощущение. У женщины на ладони какое-то устройство, она его поглаживает.
Звук трущегося об пластик латекса проникает в голову и там усиливается.
«Что они тебе пообещали? Деньги? Сказали, что ты станешь крутой исполнительницей-коммунисткой? Тебе необязательно все усложнять…»
«Не знаю ничего…»
Женщина улыбается и обхватывает устройство ладонью.
Пытка звуком. Жесть.
Шепотки. Слова наползают друг на друга, слипаются в одну кучу. Множество подобий самих себя, пробирающихся тебе под кожу.
Потрясти головой, избавиться от звука.
Внутри черепа шуршат хитиновые лапки…
Развилка
Устройство не издает никаких звуков. Оно вызывает психоаудиторный ответ, подстраиваясь под конкретного человека.
«Не отключайся, чтоб тебя! Отлично, ты вернулась».
«Убери от меня эту дрянь!»
«Дрянь? Как невежливо! Это новейшая модель. Моя разработка».
«Ага».
«Расскажи о своем задании».
МОЛЧАТЬ.
«Нет никакого задания».
«Поверить не могу».
«Ладно, — рычит низкий раздраженный голос. — Моя очередь».
Белая вспышка. Холод. Помехи. Комната гудит, исчезает. Потом становится четче.
«Хватит! Выпустите меня!»
«Запах смерти… У нее раны разлагаются. Мерзость».
«Она дрожит. Сепсис убьет ее раньше, чем мы что-то узнаем».
Они тихо и встревоженно перешептываются. Начинают паниковать.
«Лошары».
«Посмотри, до чего ты себя довела».
Он хватает тебя за волосы и заставляет посмотреть вниз. Ты видишь свою обнаженную грудь с гниющими сочащимися ранами. Ножом он втирает в эти открытые раны гной.
«Нет!»
Не отпуская волосы, он запрокидывает тебе голову. Ты открываешь рот, чтобы набрать воздуха, и он просовывает нож тебе между губ. Ты чувствуешь оставшиеся на лезвии тошнотворно гадкие, влажные кусочки собственной плоти.
Горько.
«Будь паинькой, глотай».
Проглотить.
Плоть с трудом проходит по пищеводу.
Это ощущение ты надолго запомнишь.
«Вот умничка».
«Пожалуйста… перестаньте…»
«Может, попросим доктора Хьюго навестить тебя? Ты этого хочешь? Увидеть папочку?»
Доктор дует на свой чай. Вместе с паром от чая поднимается запах мяты.
«Убедим доктора, что его дочурка сказала нам, будто он — глава сети… Он умрет с мыслью, что ты пожертвовала им ради кого-то другого».
«Нет… Не трогайте папу…»
«Придется его вести или нет, зависит от тебя. А то посадим его внизу, чтобы ты всё услышала. Всё-всё».
Брыкаться, сопротивляться.
Больно…
Останови это!
«Был карабинер Веспар, был Рамзес, Темпо дель Сур…»
«Кто был главным? Среди них должен быть исполнитель…»
Держись… Не рассказывай… Соври…
«Я не знаю… Никогда их не видела… Получала сообщения, и всё…»
Чувство такое, будто ты тонешь. Пытаешься куда-то выплыть из темной воды, не зная, где верх, а где дно…
Развилка
Сжать зубы.
Плюнуть в него.
По его лицу разлетаются черно-желтые ошметки.
Он утирается и лезет тебе в рот рукой. Пальцы затыкают глотку, ты давишься. Из ноздрей вырываются рвотные массы.
Ты кашляешь, носоглотка горит.
«Понравилась его рука внутри? Хочешь, чтобы он повторил?»
«Хватит…»
«Выглядит вкусно, правда? Попробуй».
Отвернуться.
«Убожества».
«На себя посмотри».
Промолчать.
«Это даже не всё?»
Космонавт! Где он?
Ты замечаешь какой-то проблеск оранжевого в глубине комнаты, и тебе становится легче дышать.
Ничего не говорить.
«Что это была за херня…»
«Колыбельная».
«Хватит, хватит!»
Слушать…
Промолчать.
«Я ничего не знаю…»
«Да блядь…»
«Я не работаю в опере, я студентка».