Перед тобой обветшалое старое кресло.

Перед тобой обветшалое старое кресло.

Прислушаться к песне.

Мягкий ритм барабанов заставляет колебаться барабанные перепонки. Песня становится все громче, и в кресле появляется призрачная фигура.

«Нам не нужна перманентная революция, мы это переросли. Вот чего они не понимают».

«Только ты хоть что-то да смыслишь, Антуан».

Проследив глазами за его взглядом, ты замечаешь на столе фигурку солдатика. Он смотрит на правителя безучастно.

Другой вариант реплики

У него на столе фигурка солдатика. Та же, что встретилась тебе на балконе. Солдатик безучастно взирает на правителя.

«Стоит отметить, что за последние годы они не проспонсировали ни одного успешного переворота. А обвиняют в контрреволюционном пессимизме и называют недоумком при этом тебя».

Это хорошо. Перемены должен внедрять народ всеобщим голосованием, а не насаждать государство путем грубой силы.

«Забавно слышать обвинения в недалеком уме именно от кохильцев. Единственное, что они сделали, — выпустили популярную песенку».

ДОЛЖНО БЫТЬ, ЭТО ОЧЕНЬ ХОРОШАЯ ПЕСНЯ. ЕЕ СТОИТ УСЛЫШАТЬ. ОНА ЗАКРОЕТ ВСЕ ВОПРОСЫ МУЗЫКАЛЬНОЙ ТЕОРИИ.

«Портофиро нужны финансы, Антуан».

«Стервятники из EMTERR будут финансировать больницы и ночлежки. Потом пригласим технических советников из Суперблока. Используем их опыт и станем развивать собственную частную промышленность».

«Они хотят задушить несторизм своими правилами и ограничениями… Всюду компромиссы, уступки… Позволения. Хватит. No más. Несторизм — наше прошлое и будущее. Личное и коллективное. Он выстоит».

«Мы слишком долго наблюдали, как сношают наш город, Антуан. Пришло время Несторизму возглавить эту оргию».

Мрачное и решительное видение растворяется, оставляя кресло пустым.

Несторизм — политический бренд Нестора. Значение этого термина зависело от того, что имел в виду Нестор в конкретный момент времени.

Если многие годы никого не свергали, революций нужно больше, не меньше.

Он сам виноват, что так долго терпел критику.

Карманный боец — игрушечный солдатик, который лучше всего продавался в пятидесятых, а потом был снят с производства из-за волны жалоб и судебных исков. Обнаружилось, что фигурки сделаны из свинца.

«Нам не нужна перманентная революция, мы это переросли. Вот чего они не понимают».

Даже в этой призрачной форме ты узнаешь его — Нестора Милостивого, Верховного лидера Портофиро.

Даже в этой призрачной форме ты узнаешь его — Нестора Милостивого, Верховного лидера Портофиро с двадцать восьмого по восьмидесятый год.

Что случилось в 80-м?

Он сбежал в неизвестном направлении после третьего — и, по всей видимости, окончательного — изгнания. Небольшая кучка лоялистов всё еще ждет его возвращения.

Давно ждет.

По его собственным словам, он избавил граждан от бремени голосования.

Он парит.

Позор.

Есть что-то унизительное в таком призрачном существовании. Пора сваливать, пока и ты этим не заразилась.

Сидение иссохло.

Охренеть, целый призрак!

Призрак! Призрак!

Да-да, призрак, я поняла! Замолчи.

Значит, будешь с призраками тусоваться. Ладненько.

Пиздец, правда?

Так съебывай поскорее!

Настроиться на частоту здания.

Ты вдыхаешь запах здания — затхлую сырость, мел. Пыль наполняет твои легкие. Теперь здание знает тебя. В ответ оно позволит тебе познать себя.

В комнате появляются люди. Смеющиеся призраки проходят сквозь тебя.

Один из них закрепляет в углу транспарант. «МЕЖДУНАРОДНЫЙ СЪЕЗД ПАРТИИ '66», — гласит он.

С появлением призраков откуда-то начинает звучать песня — гулкие, напористые ноты. Помещение наполняется шумом, громким, но неразборчивым, словно во сне.

Что… что происходит?

Возможно, песня гипнотизирует тебя, заставляя разделить со зданием воспоминание, грезу архитектуры.

Возле тебя толпятся люди, словно сбитые из облака каким-то неряшливым творцом, — у некоторых оба глаза на одной стороне головы, у других нет конечностей. Они оживленно переговариваются.

Это призрачная братва. Держимся вместе.

Братва на призраков не залупается. Валим.

Должно же быть какое-то объяснение. Надо узнать побольше.

Мимо тебя проплывают руки с бокалами вина.

Песня становится все громче, и в кресле появляется призрачная фигура.

Проявление вины, но чьей?

Многие духи сильнее остальных — у них яснее черты лица, звонче голоса. Когда они проплывают мимо, песня становится громче. Похоже, ты что-то нашла.

Призрачные коммунисты пытаются раскрыть мне какие-то имматериалистические истины…

Некоторые духи сильнее остальных — у них яснее черты лица, звонче голоса. Когда они проплывают мимо, песня становится громче. Возможно, это побочный эффект твердой веры в примат материи над мыслью.

Хрень какая, призраков не существует.

Призраки растворяются в клубах тумана и снова обретают форму. Сквозь тебя проходит парящая в воздухе рука с сигарой. Похоже, ранить такого призрака будет сложно.

У этого здания экзистенциальный кризис.

Осмотреться.

Ты слышишь слова, но не можешь их разобрать.

Может, в нижнем зале сквоттеры?

Бой барабанов ускользает от тебя, тает в тенях, не дает себя услышать.

Но он такой аритмичный, барабан ли это?

Осмотреть стену.

Кажется, краска отслаивается.

ЗДАНИЕ СБРАСЫВАЕТ СТАРУЮ КОЖУ. АКТ САМОКРИТИКИ, ДОСТОЙНЫЙ ПОХВАЛЫ.

Это всё сырость. Ты определенно потеряла пару лет жизни с тех пор, как впервые вдохнула пропитанный влагой и неизвестно чем еще воздух этого здания.

Это не самокритика, а упадок.

Воздух настолько влажный, что здесь можно было бы выжить, просто впитывая воду кожей.

Осыпающийся кусок стены будто стыдится своего состояния.

ЭТО НЕ СЫРОСТЬ, А ЧЕСТНЫЙ ТРУДОВОЙ ПОТ.

Уйти.

Ты отходишь от обветшалого кресла.

Металлический стол для совещаний завален бумажками. На одном из стульев вышита красная буква «Н».

Ты невольно начинаешь напевать что-то в такт песне здания.

Строки песни звенят где-то в затылке. Сфокусироваться на них не выходит.

Из кресла доносится одинокий гитарный рифф.