Развилка
Развилка
Развилка
«…» — Туповатое выражение лица не изменилось.
Развилка
Развилка
«Э-э… Не стоит ли воздержаться?»
«…»
Точно. Известный факт: алкоголь разрушает мозг.
Другой вопрос: как он добился, чтобы его обслужили?
«Как ты добился, чтобы тебя обслужили?»
«…»
Развилка
«Что пьешь?»
«…»
Прозрачная жидкость, обычный стакан, кубики льда и мятые листики. Очевидно, какой-то тоник.
«Не против, если попробую?» (Сделать глоток.)
Дешевая водка с тоником. Беспроигрышный вариант.
Когда ты ставишь стакан на место, мужчина остается неподвижен.
Развилка
«Круто, круто».
«…»
Развилка
«Не мое дело, полагаю».
«…»
Развилка
«Задание. Ты же в деле?»
«…»
БЕЗОГОВОРОЧНОЕ, НЕПОКОЛЕБИМОЕ ПРИНЯТИЕ. ТО ЧТО НУЖНО ПАРТИИ.
Что-то в его взгляде подсказывает, что он будет с тобой до конца, пока не вынесут ногами вперед.
Развилка
«Какими особыми навыками можешь похвастаться?»
«…»
В случае захвата его защиту ничто не пробьет. Пытки не выдавят из него ни слова.
Он талисман. Как заячья лапка, которую носят на шее.
Развилка
«Пушку-то держать сможешь?»
«…»
Он механически делает глоток из стакана перед собой.
Учитывая все обстоятельства, автопилот работает безупречно.
Развилка
Противопоставленные большие пальцы на месте.
«Есть возражения по поводу остальных участников?»
«…»
Никаких трудностей. Если он работает с женщиной, которая провела ему лоботомию, то сработается с кем угодно.
Развилка
Развилка
Развилка
«Прекрасно. Меньшего от тебя и не ожидала, ПСЕВДОПОДИЙ». (Вернуться.)
«…»
Развилка
«Я потру твою плешь на удачу. Надеюсь, ты не против».
«…»
«Я и не спрашивала. Просто возьму и сделаю». (Потереть.)
Улыбка не сходит с его лица, когда ты тянешься к маленькому блестящему пятачку без волос и трешь его.
На ощупь как отполированная плитка в ванной.
Поглаживая драгоценный речной камень, охотница из каменного века вздыхает: первобытные суеверия ненадолго отступают.
Развилка
«Ладно, хорошо. Уважаю твои личные границы».
«…»
Потереть плешь на удачу.
Развилка
«…»
Знакомое неуловимое чувство благополучия переходит из плеши прямиком тебе в душу.
«Спасибо».
«…» — Он продолжает улыбаться.
Развилка
«О-о, другое дело».
Ты натираешь без устали, но ничего не чувствуешь.
Такими темпами в дойной корове не останется удачи. Раза в день вполне достаточно.
«…» — Он продолжает довольно, но отстраненно улыбаться.
Развилка
«С тобой всегда приятно поболтать, ПСЕВДОПОДИЙ». [Уйти.]
«…» — Никаких изменений.
Развилка
Конец ветки
«…»
Отсутствующая улыбка бьет не хуже мешка кирпичей.
Тебя накрывает чувство вины и еще большее желание сделать ему лоботомию.
Мне стыдно, но какое же у него тупое выражение лица…
«…»
Особый гость в специальном выпуске «Шоу Хершел Уилк». История бывших контактов сжалась до пары дней.
И всё же дублеру удалось добраться до «Запотевшего зеркала»: сидит за столом, перед ним напиток.
И по-прежнему без штанов.
Это моя вина. Не возьмись я за него, он мог бы сохранить хоть часть дееспособности.
«…»
Уж лучше так, чем бегать сломя голову и представлять угрозу для себя и других.
«…»
Неужели?
Тебя терзает навязчивая мысль, что нужно было довести дело до конца.
Возьми его на задание. Словит шальную пулю, и проблема решится сама собой.
Мелита хотела, чтобы я его обнулила. Я проявила милосердие.
Развилка
Развилка
«Импринт возвращается». — Неприлично пьяный мужчина приветствует ленивым жестом.
Развилка
Развилка
«Во-первых, признай, что импринт — ты».
«Прости, дублер. Не буду беречь твои чувства и врать».
Семь лет несчастий стоили того, чтобы разбить уродливое зеркальце.
Развилка
Неужели я настолько высокомерна? Вряд ли он получил эту черту от меня.
Вопрос для саморефлексии.
Да и да.
В его голове засело твое желание любой ценой избежать морозильника и доказать свою ценность Опере. Используй это против него.
Развилка
Судя по отчетам Констанц и Мелиты, раньше он таким точно не был.
«Прими ты правду наконец!»
«Я хотел бы, чтобы правду приняла ты, но мы всё еще ведем этот разговор…» — разводит он руками.
«Тебя угостить выпивкой, КАСКАД?»
У ТЕБЯ ЗДЕСЬ НЕТ ВЛАСТИ.
«Это меньшее, что ты можешь сделать».
«Бармен, нам на двоих!» — Он допивает и показывает два пальца вверх.
Люсия равнодушно наливает две стопки шнапса.
«За нас».
«За нас. Пусть победит оригинал».
Вы оба делаете неловкий жест, наклоняете голову под тем же углом, что и стопки в руках.
Развилка
Угрюмо выпить.
«Могла бы и поблагодарить».
Вы оба корчите гримасу, когда мерзкий шнапс стекает по нёбу, и сдерживаете ее, плотно сжав губы.
«Не нужны мне импринтские подачки!»
«Как хочешь. Бармен, еще одну!» — Он допивает и жестом заказывает новую порцию.
Развилка
«У тебя есть деньги? Откуда?»
Он на мгновение столбенеет.
«Но ведь у Оперы заложен бюджет на сценические расходы?..»
Перевод: платишь ты.
«Чтобы получить оплату, нужно выполнить задание, а ты ни хрена не сделал».
«Хм. Ну что ж…»
«Ждешь от меня помощи? Ты знаешь, что нужно сделать».
«Но…» — Он тяжко вздыхает.
«Я… я импринт, а ты оригинал». — Что-то внутри него ломается.
Он вдруг понимает, что потерпел поражение, и сникает, опуская плечи.
Он не просто сказал фразу, а полностью ее осознал.
Поздравляю. Ты добилась своего, а заодно снесла один из немногих столпов, на которых держится его психика.
Развилка
Развилка
«Решила проведать юного импринта. Как поживаешь?»
«Трудно сказать… Мне знакомо все, что я вижу, но по-настоящему я ничего не знаю. Все для меня новое, но в этом нет радости».
Неизвестность без новизны. Страшное отчуждение.
«Воспоминания всё еще всплывают, и каждый день появляется что-нибудь новое. Я понимаю: что-то из этого правда, а что-то — вымысел… Некоторые воспоминания кажутся настоящими, но они из моих снов, а не из жизни. Точнее, из твоей жизни».
«Например?»
«Сегодня я проснулся, запомнив образ мужчины без штанов. Он лежал на кровати, а из уголка его рта текла слюна. Только увидев себя в зеркале, я понял: это же я. Увидел воспоминание о себе, но твоими глазами».
Развилка
«Эта часть настоящая, но потом начинается сумбур… Кажется, я помню, как пытался дать ему таблетки, а потом ждал, когда у него, то есть у меня, будет эрекция. — Он мотает головой. — Странно всё это».
Ни капли обвинения. Он убежден, что воспоминания ошибочны.
«Ага. Странно».
«И такого много. Я не могу доверять ничему, что подкидывает мозг…»
«И знаешь, что самое неприятное? Когда я вспоминаю слюнявого мужчину на кровати, я чувствую только любопытство и омерзение, словно смотрю на экспонат в банке…»
«И такого много. Я не могу доверять ничему, что подкидывает мозг…»«Хм. Теперь все встало на свои места».«Да и не важно», — вздыхает он.«Хм. Да, теперь всё встало на свои места».«Ну, есть у тебя ложные воспоминания о говорящих бабуинах, и что с того? Бывают кошмары и похуже».«Мне жаль, ПСЕВДОПОДИЙ».«Эта часть настоящая, но потом начинается сумбур… Какой-то экспериментальный бред». — Он мотает головой.Развилка 196
В памяти всплывает образ неподвижного ПСЕВДОПОДИЯ. Обыденное и пугающее зрелище тела, больше похожего на сюрреалистичную мебель.
«Но когда я думаю о себе, точнее, о тебе, то чувствую… стыд и отвращение. Как будто мне выдали ощущений в двойном объеме».
«Привыкай. Этот стыд — эмоция по умолчанию».
«Да, я понял. Ну ладно».
Он тяжело сглатывает. Ты словно видишь, как он пытается вместе со слюной проглотить и чувства с мыслями.
Смышленый и осознанный — это не худшая твоя версия при всех-то вводных.
Развилка
«Твоя неуверенность в себе — результат внедрения технофашистских идей, призванных подорвать наше невероятно эффективное взаимодействие».
«Не знаю, КАСКАД. Может, мы просто ненавидим себя».
«Меньше вопросов, больше дела».
«Ты права. Визуализируем результаты».
«Одно из чувств — ненависть к себе, другое — отвращение к неподвижному телу. Ни одно из них не принадлежит тебе».
«Спасибо тебе, КАСКАД».
«Что точно принадлежит мне, так это неприязнь к слюнявому мужчине. Уж лучше бы я выглядел как ты». — Он бесстыдно осматривает тебя сверху вниз.
Он раздевает тебя взглядом, в котором сквозит желание, но не похоть.
Будто смотрит на отражение, которое отказывается повторять за оригиналом.
«Это желание трудно исполнить».
«Может, обриться налысо, чтобы не было плеши?»
Только не плешь. Это же хранилище удачи!
Развилка
«Почему бы тебе не изменить внешность?»
«Я не знаю как…»
«У тебя всратые сны, ПСЕВДОПОДИЙ. Тебе бы обратиться к психотерапевту».
«Ты все правильно помнишь. Я и правда скормила тебе таблетки для стояка, пока ты был овощем».
«И как? Получилось?..»
«Нет. Даже не дернулся».
«Хм. Теперь все встало на свои места».
«Тебя только это интересует?»
«Нет, ты права. Зачем ты скормила мне таблетки для стояка?»
«Ты никогда не узнаешь».
«Да и не важно», — вздыхает он.
«По рекомендации врача. Он хотел проверить, насколько ты в отключке».
«И как?» — слишком пылко спрашивает он.
«Да какая разница? Главное, что сейчас ты жив-здоров».
«Хм. Да, теперь всё встало на свои места».
Развилка
«Эта часть настоящая, но потом начинается сумбур… Я вдруг болтаю с бабуином, и он… не знаю, удивительно красноречив. — Он мотает головой. — Странно все это».
«Это не сон. Бабуина зовут Торговый Король, он живет на Базаре».
«Король?.. А знаешь, не важно». — Он порывается задать вопрос, но передумывает.
Слишком много информации, чтобы переварить. Приходится просто плыть по течению.
«И такого очень много… Не важно, настоящее воспоминание или нет. Я не могу доверять ничему, что подкидывает мозг…»
«Ну, есть у тебя ложные воспоминания о говорящих бабуинах, и что с того? Бывают кошмары и похуже».
«Мне жаль, ПСЕВДОПОДИЙ».
«Эта часть настоящая, но потом начинается сумбур… Какой-то экспериментальный бред». — Он мотает головой.
«Просто так работает память».
«Возможно…» — Он с сомнением мотает головой.
Развилка
«Это ощущение исчезнет, когда у тебя появятся собственные воспоминания».
«Я ведь могу рассчитывать на тебя во время задания?»
«Конечно. Я мало что понимаю, КАСКАД, но…»
«Я знаю, что мне важно завершить это дело. Полагаю, ради нас».
Развилка
«Ты будешь работать с любым напарником, которого я назначу?»
«Да, разумеется… Постой». — Он поднимает руку.
«Не с любым. Есть один контакт, которого я ненавижу всей душой. Не знаю ее имя…»
«Не то чтобы я ее ненавижу. Просто нам сложно найти общий язык…»
«Значит, ты понимаешь, о ком я».
«Я пытаюсь ее вспомнить, но даже лицо не могу представить…»
«Помню только стойкое чувство, что меня оценивает… кто-то скучный… Хочется ударить ее в лицо».
Подобно сказочной любви, о которой слагают легенды, твоя ненависть к Эсти отзывается эхом в других воплощениях.
«Ты преувеличиваешь. Я не хотела ударить ее в лицо».
«А я хочу». — Он ни капли не пристыжен.
Он словно лаборатория, в которой ты видишь свои истинные мысли без прикрас.
«Ага, это Эсти. Она мерзкая».
«Эсти…» — Он обдумывает знакомое и ненавистное имя.
«Ее не будет. Кто-нибудь еще?» (Продолжить.)
«Нет. Кажется, только она…»
Развилка
«Как она выглядит?»
Промолчать, подождать.
«Знаешь, когда всё закончится… Возможно, Опера по-прежнему будет считать тебя балластом».
«Подумаем об этом, если выживем».
Он втайне надеется, что этого не случится. Ведь так все его проблемы решит одна-единственная пуля в лоб…
Развилка
«Хорошо. Это я и хотела услышать». [Вернуться.]
Он молча кивает.
Развилка
«Прости. Я не позволю тебе сбрить оставшиеся волосы».
Развилка
«Знаю. Ты трешь плешь на удачу».
«Я удачи не чувствую». — Он недоверчиво касается макушки.
Развилка
«Почему?»
«Скоро узнаешь».
«Ладно…»
Развилка
«Мне нравится тереть ее на удачу».
«Тебе… что?»
«Я так делала, пока ты был овощем».
«Но… разве это нормально? Сомневаюсь, что люди поступают так друг с другом».
Все представления о жизни исчезли. Теперь он ставит под сомнение всякую социальную норму.
«Да. Это вполне нормально».
«Как скажешь. Поверю тебе на слово». — Смущенный и поруганный, он осматривается по сторонам.
В обрамлении волос на тебя смотрит маленькое отражение Хершел.
Потереть.
Древний и, кажется, неисчерпаемый источник удачи.
На ощупь как отполированная плитка в ванной.
Поглаживая драгоценный речной камень, охотница из каменного века вздыхает: первобытные суеверия ненадолго отступают.
«Теперь я потру что-то у тебя?»
«Нет. Ничего тереть не дам».
«Отстой. Полагаю, у нас с тобой несимметричные отношения», — размышляет он.
Развилка
«Потри свою плешь, это приятно».
Ты видишь, как он украдкой нашаривает макушку и неубедительно ее потирает.
Так ничего не выйдет. Нужно верить.
«Натирай что хочешь, только не у меня».
«Отстой. Полагаю, у нас с тобой несимметричные отношения», — размышляет он.
«Меньше болтай, больше натирай».
«Подозреваю, у меня нет выбора, раз ты моя начальница».
«Такова привилегия лидера команды и оригинальной Хершел».
«Ну пожалуйста».
«Может прозвучать странно, но я потру твою плешь на удачу».
Потереть плешь ради ежедневной порции удачи.
Развилка
Не говоря ни слова, он кивает и послушно опускает голову.
Знакомое неуловимое чувство благополучия переходит из плеши в твое тело.
«Спасибо».
Он все так же смотрит на стол, пока ты убираешь руку.
Развилка
«О-о, другое дело».
«Ты ее уже терла. Можно обойтись без этого?» — Он беспомощно кривится.
ПРИМЕНИ ВЛАСТЬ, И ОН ПОДЧИНИТСЯ.
«Это приказ, ПСЕВДОПОДИЙ».
«Прости». — Он опускает голову и покорно подставляет плешь.
Ты натираешь без устали, но не ощущаешь удачи на кончиках пальцев.
Вибрация, которую ты чувствуешь в его голове, — это прелюдия к рыданиям.
Такими темпами в дойной корове не останется удачи. Раза в день вполне достаточно.
Развилка
«Всё нормально, не переживай».
«Спасибо». — Он машинально поднимает руку к голове, чтобы защититься.
Развилка
«Будь готов. Я дам тебе знать». [Уйти.]
«Я здесь. Буду ждать». — Он с готовностью кивает.
«Увы, у меня нет таких денег. Вот тебе и "сценический бюджет"».
«Значит, на самом деле ты хотел, чтобы это я тебя угостила».
«ПСЕВДОПОДИЙ, и на сколько ты выпил?»
«Что?! — Он испуганно подпрыгивает. — Но как же… Я же… КАСКАД, пожалуйста».
«Ладно». (Оплатить его счет.)
Развилка
«Спасибо… Хершел». — Он вздыхает с облегчением и признает поражение.
ЭКОНОМИЧЕСКОЕ УНИЖЕНИЕ — ПРОСТОЙ, НО ДЕЙСТВЕННЫЙ МЕТОД.
«У меня ведь что-то с головой? Не знаю, кто я. Все мысли… перепутались».
«Не волнуйся. Подчиняйся моему авторитету, и все будет хорошо».
«Э, ладно…» — Он поднимает на тебя взгляд. Потерянный ребенок в не заслуживающих доверия руках.
Развилка
«Эй, выше нос. Я оплатила самый высокий в мире счет за выпивку за тебя».
«Долго же ты доходил до этого».
«Прости, я подумал…» — Он замолкает и опускает взгляд на стол.
«Спасибо, импринт Хершел». — Он выдыхает с облегчением, но к нему быстро возвращается высокомерие.
«Так и знал, что сценический бюджет существует», — хмыкает он.
Развилка
«Осторожнее, ПСЕВДОПОДИЙ. Не забывай, что Опера хотела тебя обнулить».
«Мы с тобой знаем, что возможность ты уже упустила», — пожимает он плечами.
«Если Опера захочет меня обнулить, то пришлет еще кого-нибудь. А после этого задания точно не захочет».
Развилка
«Это обязательное условие, чтобы тебя допустили к заданию».
«Хм».
Задумываясь, он хмыкает так же, как ты.
Это невыносимо.
Как будто кто-то издевательски тебя передразнивает.
Он тяжко вздыхает.
«Ты все равно хочешь услышать эти слова, даже если я в них не верю?»
«Да. Скажи».
«Ладно… Я импринт, а ты "оригинал"». — Он жестом берет последнее слово в кавычки.
Сколько ядовитого сарказма! Уж лучше вообще без признания.
Плевать на сарказм. Ты подчинила его своей воле и теперь можешь использовать на сцене.
«Довольна?»
«Вполне».
Он капризно закатывает глаза.
Развилка
«Ты худшая ошибка в моей жизни».
«К несчастью, это полностью моя вина. Подгадил сам себе».
«Ни капли не довольна».
«Как и я».
«Было бы здорово, если бы ты сам в это поверил. Но уже хоть что-то».
«Ты ведь хочешь вернуть расположение Оперы?»
«Да. Да, хочу», — выдавливает он сквозь стиснутые зубы.
«Я ведь могу рассчитывать на тебя во время задания?»
«Я же сказал, что помогу, разве нет?» — спрашивает он со скукой и раздражением.
Развилка
«Я хочу знать наверняка, что ты сможешь работать с другими контактами и не будешь ставить им палки в колеса».
«Я же профи, фальшивая Хершел. Сработаюсь с любым человеком».
Развилка
Развилка
Словно спрашиваешь ребенка без жизненного опыта, с кем он будет работать. Ему даже не на что опереться.
«Просто не беси их, как бесишь меня».
«Главный вопрос, а можешь ли ты работать с любым человеком?»
«Ты профи только потому, что профи — я».
«Посмотрим». — Он натянуто улыбается.
Новое достижение после задания: обнулить ПСЕВДОПОДИЯ.
Развилка
«Банду собираю я, тупица. Мне не нужно работать с тем, с кем я не хочу».
«А можно я тоже выберу участника?» — Он оживляется, и на мгновение сквозь высокомерие в голосе проступает наивность.
«Нет».
«Ну и ладно. Посмотрим, как справится твоя банда», — фыркает он.
Развилка
«Ты хоть кого-нибудь знаешь?»
«Э-э… Может, лодочник? Или, э-э… хозяйка фотосалона? Констанц». — Из голоса медленно исчезает уверенность.
Он периодически ненароком подходит к краю своего ограниченного жизненного опыта, и в такие моменты во взгляде появляется глубинный, первобытный страх.
Он натянул на себя образ, но в действительности не столь уверен в себе.
«Это вряд ли».
«Ну и ладно. Посмотрим, как справится твоя банда». — Он поспешно кивает и отводит взгляд. За насмешкой чувствуется неловкость.
Развилка
«Мы не возьмем Констанц или сраного лодочника».
Выдвинув кандидатуры, он тут же сжимается.
«Честно говоря, выбор у меня ограниченный».
«Очередное доказательство, что импринт — ты. Еще и паршивого качества».
«Если я терплю тебя, то найду общий язык с кем угодно».
«Хорошо. Это я и хотела услышать».
«Какими особыми навыками можешь похвастаться?»
«Теми же, что и у тебя. Только я всё делаю лучше».
Вот сучара.
«Скорее, хуже, ПСЕВДОПОДИЙ. Импринт по определению ограниченная версия».
«Я просто берегу твои чувства». — Он оглядывает тебя с ног до головы.
Развилка
«Да ты заебал!»
«Я тебя пальцем не трогал. Но, может, когда-нибудь…»
В этом вся суть? Нужно трахнуть импринта, чтобы избавиться от взаимной ненависти?
«Договорились. Я маякну, когда придет время». [Вернуться.]
«С нетерпением жду». — Он поднимает стопку в насмешливом тосте.
Развилка
«Слушай… а где ты живешь?»
«Э-э… — На мгновение его черты искажает ужас. — …Для задания это не имеет никакого значения».
Развилка
«Никто и не говорит о задании. Я просто поддерживаю беседу».
«Я предпочитаю, чтобы мы общались строго в рамках работы, КАСКАД».
Он торчит в баре, пока его не выгонят, а потом шатается по городу, пока его не впустят обратно.
Возможно, он уговорил сотрудников и теперь ему разрешают здесь ночевать.
Развилка
«Имеет большое значение, что я нанимаю бездомного контакта».
«Я не бездомный, КАСКАД. Я жду тебя здесь, потому что ты сама об этом попросила».
Развилка
«Ты же знаешь, что у тебя есть койка в "Фото 24"?»
«Разумеется, знаю! Но я нашел… условия получше».
Дело не в забывчивости. По крайней мере, это не основная причина. Его удерживает что-то еще.
Страх. Стоит ему переступить порог, как тут же рухнут все фантазии о том, что он оригинал.
Развилка
«Так, импринт, сейчас я потру твою плешь, хочешь ты того или нет».
«Уф. Ладно…» — Он угрюмо наклоняет голову, обнажая лысый полумесяц.
В обрамлении волос на тебя смотрит маленькое отражение Хершел.
Потереть.
Древний и, кажется, неисчерпаемый источник удачи.
На ощупь как отполированная плитка в ванной.
Поглаживая драгоценный речной камень, охотница из каменного века вздыхает: первобытные суеверия ненадолго отступают.
Развилка
Усердно потереть.
«Ай. АЙ!»
«Может прозвучать странно, но я потру твою плешь на удачу».
Развилка
«Чего?»
«Я терла, когда ты был в отключке, и мне помогло».
«Такова привилегия лидера команды и оригинальной Хершел».
«Не вынуждай меня, и тебе не придется снова всё повторять, ПСЕВДОПОДИЙ».
«Чего?»
«Я терла, когда ты был в отключке, и мне помогло».
«Не знаю, что ты творила, пока я лежал без сознания… но повторять это я не позволю». — Он смотрит на тебя с подозрением.
«Ага! Всё-таки признаёшь, что был без сознания!»
«Это не значит, что я импринт. Может, ты подкараулила меня во сне». — Он пожимает плечами, но чувствуется капля сомнения.
Развилка
«Да ладно, с тебя не убудет».
«Не позволю. Руки прочь, извращенка». — Он поднимает руку, защищая плешь.
Развилка
Потереть плешь ради новой порции удачи.
Развилка
«Уф… Валяй». — Он снова наклоняет голову.
Знакомое неуловимое чувство благополучия переходит из плеши в твое тело.
«Спасибо».
Он молчит, а по его телу пробегает легкая дрожь.
Развилка
«О-о, другое дело».
«Может, отстанешь? Одного раза в день более чем достаточно». — По его телу пробегает дрожь, будто он хочет забыть твое прикосновение.
Развилка
«Будь готов. Я дам тебе знать». [Уйти.]
«Буду ждать здесь…»
«Да это же импринт собственной персоной». — Явно пьяный ПСЕВДОПОДИЙ расслабленно сидит за столом и издевательски приподнимает бровь.
«Привет, ПСЕВДОПОДИЙ».
«Мне больше нравится Хершел. Придется придумать тебе другое имя».
«Чего?»
«Я пришел сюда и представился Хершел. Никто и глазом не моргнул».
«Народ высказался».
Улыбка жестокого победителя.
Как будто все твои худшие черты воплотились в мужском теле. Еще и уродливом.
Развилка
«Нельзя сообщать каждому встречному свое имя. Мое — так тем более».
«Не бойся. Я никому не сообщал твое сценическое имя. Что до имени Хершел, так оно принадлежит мне, а не тебе».
В последнюю встречу он с долей отчаяния настаивал, что оригинал именно он. Сейчас сомнений нет и в помине. У него было несколько дней, чтобы внушить себе эту мысль.
«Короче… чего надо, импринт Хершел?» — Он кивает тебе одновременно вызывающе и лениво.
А штанов по-прежнему нет.
«Ты не просто импринт, ты еще и средненького качества».
«Тогда зачем ты здесь? Не слишком ли стараешься, чтобы заманить в команду импринта "средненького качества"?»
«Может, глубоко в душе ты подозреваешь, что оригинал здесь я?»
«Плевать, что думают твои новые друзья. Опера в курсе, что я оригинал. Только это имеет значение».
«Это пока что». — Он отводит взгляд.
Он ясно дает понять, что предаст тебя при первой же возможности. Его коварство настолько очевидно, что его легче принять.
«Ты зашел слишком далеко. Думай что хочешь, но ты не получишь мое имя».
«Говорю в последний раз: ты импринт, я оригинал».
«Это ты так считаешь. А спроси моих новых друзей, кто здесь Хершел, и они укажут на меня». — Он гаденько улыбается.
Поблизости ни единого следа «новых друзей».
«Думай что хочешь. Опера тебя вскроет и изучит как лабораторную крысу, придурок».
«Первый исполнитель, подвергшийся экспериментальной лусианской процедуре импринтинга. Препарировать будут месяцами». — Он салютует стопкой в твою сторону.
«Сочувствую».
Развилка
Развилка
«КАСКАД. Время пришло?»
Развилка
Развилка
«Я хотела спросить, могу ли рассчитывать на тебя на задании. Но, похоже, ты уже в деле».
«По самые уши», — кивает он.
«Только один вопрос… — Он оглядывается, не подслушивает ли кто. — …Мы ведь собираемся кого-то убить?»
«Да».
«К твоему сведению… я готов».
Развилка
«Ты будешь работать с любым напарником, которого я назначу?»
«Да, разумеется… Постой». — Он поднимает руку.
«Не с любым. Есть один торговый посредник, которого я ненавижу всей душой. Не помню ее имя…»
«Я… подозреваю, о ком ты».
«Ты наверняка ее знаешь. Она тоже работает в Бюро импорта и экспорта».
«Я пытаюсь ее вспомнить, но даже лицо не могу представить…»
Он сталкивается с ограничениями памяти, и фантазия готова вот-вот рухнуть.
«Помню только стойкое чувство, что меня оценивает… кто-то скучный… Хочется ударить ее в лицо».
Подобно сказочной любви, о которой слагают легенды, твоя ненависть к Эсти отзывается эхом в других воплощениях.
«Ты преувеличиваешь. Я не хотела ударить ее в лицо».
«А я хочу». — Он ни капли не пристыжен.
Он словно лаборатория, в которой ты видишь свои истинные мысли без прикрас.
«Ага, это Эсти. Она мерзкая».
«Эсти…» — Он обдумывает знакомое и ненавистное имя.
«Ее не будет. Кто-нибудь еще?» (Продолжить.)
«Нет. Кажется, только она…»
Развилка
Развилка
Развилка
«Как она выглядит?»
Промолчать, подождать.
«С пушкой справишься?»
«Я думал о чем-то более… неординарном. — Он наклоняется вперед. — Чтобы дать людям повод для разговоров. Понимаешь?»
«Запихнуть мерзкий синтетический носок жертвы ей в глотку и наблюдать, как она задыхается».
«Жутковатый энтузиазм. Давай остановимся на пушках».
«А может, энтузиазма в самый раз?» — Он играет бровями.
Исключительная преданность сцене и, что еще хуже, генерация ложной легенды в реальном времени.
Развилка
«Хвалю за творческий подход. Нам как раз пригодится оригинальное мышление».
«Исполнители Бюро импорта и экспорта должны быть готовы к любым случайностям».
«Хорошо. Это я и хотела услышать». [Вернуться.]
«Только дай знак».
Развилка
«Ты всё узнаешь в день задания».
«Почему ты так думаешь?»
«Интуиция. Я чувствую, как сменяются безжалостные течения международной торговли».
Предчувствие витает в воздухе. Оно в запахе твоего пота, в ритме твоего дыхания.
«Может прозвучать странно, но мне нужно потереть твою плешь».
«Чего?»
«В ней заключена удача. Она мне нужна».
«Ну, если ты в этом уверена…» — Он опускает голову и обнажает безволосый пятачок.
Потереть.
Древний и, кажется, неисчерпаемый источник удачи.
На ощупь как отполированная плитка в ванной.
Поглаживая драгоценный речной камень, охотница из каменного века вздыхает: первобытные суеверия ненадолго отступают.
«Теперь я потру что-то у тебя?»
«Только лидеры могут тереть подчиненных. Это называется "организационная структура"».
«Структура, ага. Ясно», — хмурится он.
Развилка
«Потри свою плешь, это приятно».
Ты видишь, как он украдкой нашаривает макушку и неубедительно ее потирает.
Так ничего не выйдет. Нужно верить.
«Прости, плеши у меня нет».
«А-а. Ну ладно».
«Не задавай вопросов. Просто послушайся».
«Что-то мне некомфортно». — Он вдруг смущенно отстраняется.
«Как хочешь. Если я умру от нехватки удачи, виноват будешь ты».
«Ладно! Уговорила…» — Он опускает голову и обнажает безволосый пятачок.
«Можно потереть еще?» (Потянуться к плеши.)
Развилка
«Конечно. Такова организационная структура». — Он подставляет голову.
Знакомое неуловимое чувство благополучия переходит из плеши в твое тело.
«Спасибо».
Он торжественно терпит ритуал.
Традиция для него священна.
Развилка
«О-о, другое дело».
«Ты уже терла, КАСКАД. Удачу надо перезарядить».
Развилка
«Будь готов. Я дам тебе знать». [Уйти.]
«Я готов».
«КАСКАД». — Он всеми силами старается выглядеть профессионально.
Но штанов по-прежнему нет.
«Я начал было волноваться, что ты не придешь».
«Почему?»
«Думал, до тебя добрались наши соперники», — говорит он серьезно и обеспокоенно.
Он не просто серьезен… В его голосе сквозит нечто противоположное иронии. Горячность, убежденность.
А под ними бездна сомнения.
Вот что видели дети, знакомясь с миром мультика про волков: вымысел, пронизанный серьезностью, какой не встретишь в реальной жизни.
Точно. Я чуть не забыла…
«Я знаю, что за нами охотятся, и теперь повсюду вижу их приспешников».
Развилка
«Как ты распознаешь… приспешников вражеских импортеров носков?»
«Тс!» — Он осматривает комнату на уровне лодыжек.
«Синтетика. Современная арамидная ткань лусианского производства. Яркий цвет. Их гораздо больше, чем ты можешь представить».
Почти все жители города моложе тридцати. Большинство из них без ума от лусианской моды.
Развилка
«Ты отлично справляешься, ПСЕВДОПОДИЙ. Так держать».
«Сегодня сюда зашел мужчина. Вообще без носков. В сандалиях. — По его телу пробегает дрожь омерзения. — Знаешь, что он сделал? Вошел в дверь и подмигнул мне».
Образ импортера слишком мал, чтобы заполнить всю его личность, поэтому он множится, заполняя пустоты, в которых должен быть настоящий человек.
«Жуть».
«Согласен. Но ты не бойся, КАСКАД. Я его нейтрализовал».
Не стоило оставлять его без присмотра.
«Посмотрим, как он справится на сцене без денег и документов». — ПСЕВДОПОДИЙ ухмыляется и демонстрирует бумажник.
Вместо овоща ты создала человека в вечном психозе. Теперь он грабит случайных прохожих.
«Хватит. Больше никаких вольностей, ПСЕВДОПОДИЙ. Ты ждешь от меня приказов».
«Хорошо. Я просто проявил инициативу…»
«В общем… какие новости, КАСКАД? Время пришло?»
«Вражеские деньги надо передавать в народную казну для распределения». (Протянуть руку.)
«Да, конечно». — Не колеблясь, он отдает все тебе.
Пока дело касается носков, он исполнит любой твой приказ. Опасный мужик.
«Он точно один из них».
«Давай в будущем разбираться буду я».
«Не бойся, КАСКАД. Я его нейтрализовал».
«Ясно».
Развилка
«Нет, к счастью, я действовала на опережение».
«Ага, хорошо».
«Кстати, об этом… Нам лучше не упоминать соперников. Ну, знаешь, в целях безопасности».
«Да, да. Ты права».
«Думаешь, я выискивала тебя по всему Портофиро просто так? Не для того, чтобы привлечь?»
«Конечно нет, но…» — Он подозрительно осматривается.
Развилка
«КАСКАД. Время пришло?»
Развилка
«КАСКАД. Я… э-э…» — При твоем приближении в его глазах загорается любопытная смесь надежды и отчаяния.
Штанов по-прежнему нет.
«Я уж думал, ты не придешь».
«Почему?»
«Знаю, ты меня не обнулила, но я подумал…»
«Что придет кто-то другой».
Он знает, что он балласт, и прекрасно понимает, как с такими поступают.
Все прошедшие дни, когда открывалась дверь, в нее входил убийца Оперы и расправлялся с ним бессчетное количество раз.
«Ты в безопасности, ПСЕВДОПОДИЙ».
Он смущенно кивает.
«Чего же ты хочешь? Время пришло, КАСКАД?»
«Если тебя убьют, то это случится на сцене, а твоими палачами станут головорезы Плачущего ока».
«Правда?» — Он вдруг смотрит прямо в глаза.
Надежда. Перспектива умереть от рук врага, а не союзника его успокаивает.
«Главное, сначала им поднасрать».
«Если тебя ванданут, то это случится на сцене, а твоими палачами станут головорезы Плачущего ока».
«Думаешь, я выискивала тебя по всему Портофиро просто так? Не для того, чтобы привлечь?»
«Полагаю, что не просто так… Знаю, ты меня не обнулила, но я подумал…»