Развилка
Развилка
«Холодно здесь». — Девушка пожимает плечами и притопывает ногой.
«Прохладно».
«Хотя и в убежище тоже было не жарко».
Другой вариант реплики
«А другого мир и не заслуживает, да, Херш?» — По голосу слышно, что она улыбается.
Она перекидывает синтезатор на другое плечо и смотрит на черную гладь морской воды.
Вокруг вас ночь прогоняет день.
Медленно мигают спутники — их словно подвесили к небу. Кажется, будто они вот-вот уснут.
«Этот катер ведь не в Восточные Республики направляется?»
«В Лус».
«Так и думала».
Развилка
«У тебя какие-то блестки на лице». (Не вытирать.)
«Нет. Нет ничего подобного», — твердо говорит она, смахивая слезы.
Девушка поднимает голову и смотрит на разбивающиеся волны.
«Зачем ты это делаешь?»
Развилка
«Такая уж я. Часто подвожу людей».
«Да уж, Хершел, незавидная участь».
На другой стороне пристани из теней возникают две фигуры.
«Да уж, Хершел, незавидная участь».Она впервые столкнулась с тем, что кто-то от нее отворачивается. От нее настоящей.«То есть, для тебя я просто товар. Как и для всех остальных».Несмотря на мягкую дрожь, она говорит вполне уверенно.«Отлично». — Девушка уверенно поднимает большой палец вверх.«Яна уверяла, что не подведешь». — Она кивает скорее себе самой.
Глаза старика быстро переключаются между тобой и девушкой. Он выглядит более хрупким, чем казался по голосу.
Развилка
«Херш… Ты уверена, что это безопасно?»
КАЛЕЙДОСКОП смотрит на Ультра-Виолетту как прикованный.
Развилка
«Этот человек будет тебя сопровождать. И оберегать от всех и вся».
«Он как-то странно на меня смотрит…»
«Все нормально, я его проверила».
«А, ну ладно. Спасибо, Херш».
Развилка
«Кстати, зачем ты вообще это носишь?» — Она кивает на твою футболку.
«Хочу, чтоб ты помнила, что оставляешь позади».
«Не переживай, не забуду. Теперь уж точно».
«Попрощайся от меня с Яной. Перед уходом я спросила ее, не хочет ли со мной поехать… но она просто отвернулась».
«Я буду по ней скучать, но мы продолжим общаться. Да, определенно».
«Определенно».
«Спасибо. — Она оглядывается. — Хотелось бы… хотелось бы, чтобы она была здесь…»
Ей кажется странным, что ее тут нет.
«Прощай, Херш. Я тебя не забуду».
Она на тебя смотрит. Не смотри в ответ. Незаживающая рана.
Посмотреть на нее.
Она улыбается тебе и кивает. Ветер растрепал ее волосы, лишив привычной безупречности. Она поднимает руку и убирает с лица выбившуюся прядь.
Знакомая боль, почти ностальгическая. Всё это оставит шрам.
Еще одна капля призрачной крови в прозрачных водах твоей души.
«Иди».
Девушка идет вперед, за спиной у нее покачивается синтезатор. Старик по ту сторону причала шаркает ей навстречу.
Когда звезду затягивает в черную дыру, она испускает вспышки света, которые ученые сравнивают с предсмертными криками.
Вдруг она останавливается и оглядывается на тебя. Ее лицо подобно маске.
Никакой безмятежности. Только животный ужас.
«Что здесь делает министр Рейес?»
На твоей грудной клетке распускаются ледяные шипы.
ЧТО ТЫ СКАЖЕШЬ ЭТОМУ ЖЕСТОКОМУ АНГЕЛУ?
«Министр Рейес? Великий Лич? Где?»
«Херш… Что происходит?..»
Она указывает пальцем на семенящего к тебе старика.
Посмотреть на мужчину.
Маленький сгорбленный мужчина. Ему лет семьдесят. Он смотрит на тебя в ответ.
Развилка
-- ЧТО ЖДЕТ ТЕБЯ? --
«Это не Лич, это просто какой-то старый зэк…»
«Нет, это он. Он…»
Зал ахает в унисон. За занавесом хихикает фокусник.
Быть не может… Это правда?
Развилка
-- КОГДА ОН СПРОСИТ, ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА --
«Это сон? Мне это снится?»
Развилка
-- СО СВОИМ СЕРДЦЕМ?
Двигаясь вперед, старик не сводит с тебя глаз.
Развилка
«Процесс уже запущен. Тебе пора, Ви. Иди».
«Прошу, не называй меня так…»
«Иди».
«Иду я, иду… Ничего не понимаю…»
Не смотреть на нее.
Ты чувствуешь на себе ее взгляд несколько долгих секунд. А потом — ничего.
Так одиноко…
«Лучше не надо».
«Почему?»
«Потому что рано или поздно все исчезнет без следа. И от этого будет еще больнее».
«Да, ты права, наверное. Поддерживать связь сложно».
«Потому что вы никогда не были настоящими друзьями».
«Может, так думала Яна. Но я… — Она слегка качает головой. — Наверное, это правда. Когда плакаты с твоим лицом начинают появляться на зданиях, ты теряешь возможность заводить настоящих друзей».
«До лучшего времени».
«До лучшего времени», — повторяет она и согласно кивает.
«Прости, как-то забыла ее снять».
«Да теперь уже без разницы. Еще разок взгляну — и навсегда оставлю ее позади».
«Не волнуйся, он твой ярый фанат».
«А, ясно… Один из этих…» — Она выглядит еще более напряженной, чем раньше.
«Совет: не садись к нему слишком близко на лодке».
«Ладно, буду держать в уме». — Она неловко ерзает.
«Иди к тому человеку, он тебя заберет».
«Звучит так, будто ты все уже решила». — Девушка смотрит через левое плечо на дымку от океана вдали.
Развилка
«То, что на тебе сейчас эта футболка, — крайне иронично».
«Прости, как-то забыла ее снять…»
«Теперь уже без разницы».
Такой холодной ты ее еще не видела.
«Яна знала об этом?»
Хотя бы нож этот в нее не втыкай.
Обрежь эти связи. Так будет проще отпустить прошлое.
«Да».
«Наверное, это правда. Когда плакаты с твоим лицом начинают появляться на зданиях, ты теряешь возможность заводить настоящих друзей».
«Прощай, Херш. Когда меня отправят в космос, буду наблюдать за тем, как ты носишься туда-сюда грустная».
«Вовсе не грустная — счастливая и довольная. Шевелись давай».
«Наслаждайся открытым пространством. Я слышала, ты писаешь в пакеты».
«Как грубо».
«Не делай кислую мину, лусианская шпионка. Ну раскрыла я тебя — чего уж тут».
«Я не… — Она качает головой. — Неважно».
«Уже даже не отрицаешь. Двигай».
«Она упиралась. Мне пришлось ее заставить».
«Ты больше никогда ее не увидишь».
«Это была ее задумка».
«О. — Она замирает, когда до нее доходит осознание. — Жаль».
«Нет». (Солгать.)
«Хорошо. Скажи ей, что я выбралась».
«Нет, я правда твоя фанатка. Жду не дождусь, когда ты вернешься домой и запишешь новый альбом».
«Всё ради тебя, Хершел. Сделаю это только ради тебя».
«Да уж. Твоя музыка — говно».
«Спасибо, Хершел. Твое мнение для меня очень важно».
«Иди».
«Да, я поняла». — Девушка смотрит через левое плечо на дымку моря вдали.
Развилка
«Не дай себя подстрелить, Хершел. А то такая стыдобища будет».
«Пришла без оружия, Хершел? Как-то непрофессионально для тебя».
«Потому что я не знаю, чьим интересам ты служишь на самом деле. И не доверяю тебе».
«Почему? Я ведь ничего тебе не сделала. Просто пыталась быть с тобой милой…»
Она впервые столкнулась с тем, что кто-то от нее отворачивается. От нее настоящей.
«Потому что мне нужна информация, и плата за нее — ты».
«То есть, для тебя я просто товар. Как и для всех остальных».
Другой вариант реплики
«Я говорила, большинство людей жалеют, что встретили меня. А я вот жалею, что встретила тебя».
«Потому что твое место — там».
«Я больше ничего не могу дать. Думаю, они тоже это понимают».
«Тогда адаптируйся, импровизируй на ходу».
«Ни за что. Это удел дилетантов».
Несмотря на мягкую дрожь, она говорит вполне уверенно.
«Про себя я тоже так думала. Но всегда что-то да находится».
«Всегда находится что-то, что могут отнять, да. А я говорю о том, что могу отдать».
«Мне жаль».
«Не очень-то я тебе верю».
«Ты звезда, Ви. Твое место там, наверху, вместе с остальными».
«Ты вообще ничего не понимаешь. Наверное, это за гранью твоих возможностей. Полагаю, это моя вина…»
«Возвращайся к своим лусианским кураторам. Задание провалено».
«Ты про моих менеджеров? Ты несешь какую-то чушь».
«Конечно».
Этот ответ дается тебе легко. Уверенно. Ты сама себя удивляешь.
Девушка смотрит на тебя и пытается убедить себя, что верит твоим словам.
«Ладно. Тогда я тебе верю, Херш».
«Иначе было нельзя. Немного грубовато, поспешно — но с тобой все будет хорошо».
«Отлично». — Девушка уверенно поднимает большой палец вверх.
«Я тебя не подведу, Ви».
«Яна уверяла, что не подведешь». — Она кивает скорее себе самой.
Ты знаешь, что хочешь сказать, но, когда пытаешься ухватиться за слова, обнаруживаешь лишь пустоту.
Промолчать.
Где-то другая ты нашла их раньше и украла.
«Ох. Я так не думала».
Слезы дрожат в уголках ее глаз.
Развилка
Промолчать.
«Все нормально, я понимаю».
«Уже почти всё».
«Как скажешь, Херш».
Развилка
«Готова взять курс на Восточные Республики, капитан». — Девушка показывает букву V пальцами и улыбается.
Развилка
«Похоже, ты моя поклонница». — Она кивает на твою футболку.
«Показалось уместным».
«Сегодня — да». — Она искренне улыбается.
«Спасибо тебе за всё, Херш. Правда. Ты одна из немногих, кто не пытается на мне нажиться».
Город был ее коконом.
«Я дарю тебе вторую жизнь».
«Я тебя не подведу».
«У меня эта глупая песня целый день в голове крутится». — Девушка притоптывает каблуком в такт незримому ритму.
«Новая?»
«Старая».
«Из тех времен, когда я была моложе, намного моложе. Я частенько ездила на прогулки с родителями, и отец включал свои пленки в машине».
«Простейшая рок-музыка в три аккорда, совсем не то, что я делаю сейчас… но недавно я подумала, что, если бы не те пленки… я бы и не стала музыкантом».
Фундаментальный сдвиг, неважно, в какой форме: разница между глухотой и слухом, между тьмой и светом.
«И что за песня?»
«"Призрачный рейс 709". Про то, как у одного парня девчонка улетает на космической ракете».
«А он отправляется за ней?»
«Думаю, он был вынужден остаться на земле и наблюдать, как она исчезает из виду».
«А что там за мелодия?»
«Двенадцать тактов, тональность, по-моему, ре… ну, ты знаешь, ре мажор, соль мажор, всё в мажоре…» — Девушка прикрывает глаза и начинает тихонько напевать.
«Я как чувствовал, что время обернется ядом… Моя крошка покидает меня на 709-м…»
Даже этот отрывок кажется странным и грустным. Словно вид опавшей листвы в разгар лета.
Пятилетняя девочка в больших солнцезащитных очках хлопает себя по колену ручонкой, точно в такт музыке… которая, словно проповедь, звучит из динамиков автомобиля.
Дать ей закончить.
«Нет смысла гадать или гнаться за тобой…»
«Моя крошка сказала, что ей нужно побыть одной…»
НЕПРАВИЛЬНОЕ ВОКАЛЬНОЕ ВИБРАТО. ПОПУЛИСТКА.
«Она ушла из моих снов, а потом — от меня… на 709-м».
«Не знаю. Песня глупая, но почему-то западает в душу».
«Береги себя, Ви».
«Ты тоже, Херш».
Однажды она споет о тебе в секретной песне… и ты услышишь ее и даже не будешь знать, что песня для тебя.
Ультрас, летное построение.
«Увидимся. Где-то чуть дальше по маршруту».
Развилка
Конец ветки
«Вот, оставь себе».
«Разумеется. Пока, Херш».
«Удачи тебе в твоих творческих начинаниях».
«Удача тут ни при чем, но спасибо. — Девушка кивает и улыбается. — Пока, Херш».
«Не забывай — "отступница", а не "беглянка"».
«Точно, беглянка. — Девушка кивает и улыбается. — Пока, Херш».
«Неплохо».
«Спасибо».
У нее приятный голос, как и всегда, но он не находит отклика в твоей душе.
«У меня есть ноты».
«О да. Разумеется. Это просто один позабытый стандарт».
Внезапно появилась некая стеснительность.
«Не слышала такой».
«Возможно, она так и не выбралась за пределы Луса…» — Девушка прикрывает глаза и начинает тихонько напевать.
«Твоя песня?»
«Нет, нет, ненавижу слушать свои песни».
«Песня на дорожку?»
«Да, можно и так сказать».
«Это, скорее, ради Яны, но всегда пожалуйста».
«В таком случае я рада. Ей не помешает немного доброты».
«Пожалуйста, напиши про меня очень грустную песню на досуге».
«Возможно, это будет песня-посвящение, да». — Она выглядит неуверенной. — В любом случае…»
«Я как-то и забыла, что эта вещица была на мне…»
«Ты, главное, не ударься в фан-шифтинг». — Искренняя улыбка.
Развилка
«Как-то много встреч и расставаний выпадает на твою долю, Херш». — Она выдавливает из себя улыбку.
Развилка
Развилка
Развилка 225Развилка 238Развилка 322Развилка 347Развилка 364Развилка 385Развилка 403Развилка 549Развилка 557Развилка 581Развилка 798Развилка 833Развилка 857Развилка 866Развилка 879Развилка 928Развилка 956Развилка 964Развилка 1110Развилка 1171Развилка 1187Развилка 1304Развилка 1311Развилка 1406Развилка 1437Развилка 1517Развилка 1542Развилка 1575«Что привело тебя сюда, Херш?»
«Хорошие новости, Ви. Всё улажено. Ты наконец-то выберешься отсюда». (Солгать.)
«…Серьезно?» — Она впивается в тебя взглядом.
Пора напялить на пациента с онкологией праздничный колпак и сказать, что ему не стоит переживать за свое будущее.
«Я помогу тебе, Ви… как всегда». (Состроить «дружескую» гримасу.)
«Ого, Херш… ты словно… какой-то неопрятный ангел. Появляешься ниоткуда, чтобы спасти меня».
Ноль эмоций. Всё это — часть громкого возвращения, крошка.
«Пожалуйста, напиши про меня очень грустную песню на досуге».
«Возможно, это будет песня-посвящение… да». — Она выглядит неуверенно.
«Я этого не забуду, Херш».
«Возможно, это будет песня-посвящение… да». — Она выглядит неуверенно.«Не думаю, что это была коллаборация как таковая, но… да. Было приятно».«Да, сэр. — Она быстрым жестом отдает тебе честь. — Готовность номер один».«О, спасибо. Извиняюсь. Я тут валяла дурака с макияжем… от нечего делать…» — Она смущенно смеется.«Думаю, есть за что».
Не забудет. Этот нож останется у нее в спине надолго.
Она еще не заметила, что он уже вонзился в ее плоть.
Развилка
«Было приятно устроить с тобой коллаборацию».
«Не думаю, что это была коллаборация как таковая, но… да. Было приятно».
«Готовься к скорому отъезду».
«Да, сэр. — Она быстрым жестом отдает тебе честь. — Готовность номер один».
«У тебя тут блестки на лице». (Смахнуть их.)
«О, спасибо. Извиняюсь. Я тут валяла дурака с макияжем… от нечего делать…» — Она смущенно смеется.
У тебя внутри всё сжимается, в очередной раз.
«Не благодари меня. Не за что».
«Думаю, есть за что».
«Ага. Ты будешь свободна».
«Ого, Херш… мой мир словно снова начал обретать краски…»
«Яна очень серьезно похлопотала за тебя».
«Мне повезло, что она у меня есть. И ты, Херш».
«Я могу попытаться раздобыть для тебя пропуск».
«О, спасибо, Херш, я буду очень признательна. Но логистику тебе лучше обсудить с Яной. Я никогда в это особо не вникала».
Менеджмент сменился, но тур продолжается.
«Ты справишься. Мы в тебя верим».
Справишься, но то, что ты можешь, еще не значит, что ты должна. Она — твой ключ к Личу. Если не воспользуешься этим шансом, то будешь еще долго подбираться к нему обходным путем.
Ты сможешь. И должна.
Развилка
«Похоже, тебя этот важнейший момент не сильно волнует».
«Я не могу уйти отсюда, Херш, — пожимает плечами она. — А еще я не очень в ладах с логистикой. Обычно мне всё организовывают и ждут меня».
Один из плюсов пребывания на вершине социальной иерархии: время из суровой реальности превращается в нечто субъективное.
«А сейчас, наоборот, я жду от мира… чего-то. Порой мне даже кажется, что он перестал вращаться».
Развилка
«У тебя есть фото с твоим лицом?»
«Нет. — Она скромно пожимает плечами. — Но мои фото можно увидеть где угодно. Практически везде».
«Стоило подготовиться получше, Ви!»
«Темпо сказал, что всё утрясет. Сказал, что это его "особо крупное дело". Как я должна была всё это провернуть? Я тут скрываюсь как бы».
Фото этой девушки прямо у тебя в кармане. Открытка.
«Темпо сказал, что всё утрясет. Сказал, что это его "особо крупное дело". Как я должна была всё это…«Не знаю, что тебе сказать, Херш. Я обычно просто приходила на фотосъемки, а дальше они всё делали сами».«Ну, не надо так… Я не таскаю с собой свои фотки. Для меня мир и так одно большое зеркало. Вижу себя на…
Она носит летные очки!
Ну, возможно, она теперь летчик, кто знает.
«Я не собиралась тебе надоедать, Херш. Прости. Просто мне нужна помощь. И я верю, что ты мне поможешь».
Впервые, на одно судьбоносное мгновение, ты видишь в ней запуганную юную девчонку, подскакивающую от каждого шороха за дверью.
Цветок на краю обрыва.
«Я всё сделаю».
«Я очень благодарна».
Развилка
«Ничего не обещаю».
«И не нужно. Просто сделай. Прошу тебя».
«Мне почти что стало тебя жаль, но тут я припомнила твое проблемное технофашистское прошлое».
«Я пытаюсь от него убежать, Херш. Помоги мне. Я не хочу больше быть той разодетой куклой».
В умелых руках этой навязчивой открытки с ее изображением будет достаточно.
Это должны быть очень умелые руки, на фото она одета как боевой летчик…
А вот тебе, судя по всему, так или иначе, придётся поработать руками. Конечно же, если ты хочешь ей помочь.
«Это не есть хорошо — в контексте необходимости подделывать бумаги».
«Не знаю, что тебе сказать, Херш. Я обычно просто приходила на фотосъемки, а дальше они всё делали сами».
«Прекрасно, отлично, значит, пойду стащу одну из этих огромных проекций с твоим личиком. Делов-то».
«Ну, не надо так… Я не таскаю с собой свои фотки. Для меня мир и так одно большое зеркало. Вижу себя на каждом углу».
«Есть идеи насчет нового имени?»
«Насчет имени предпочтений нет. Меня заботит лишь новое сценическое имя. Но то будет после».
Первая поездка на трамвае в Портофиро, ГОЛОЦЕН сидит рядом, его лицо обращено к окну, и он выдает тебе двадцатиминутный ответ на один из самых обыденных в мире вопросов.
«…И поэтому, если философски рассматривать ситуацию, я отрекся от своего имени. Имя может обернуться против тебя, КАСКАД. Гораздо лучше без него. Либо же с множеством имен».
«Я не смогу всё время звать тебя ГОЛОЦЕН».
«Вообще-то я думаю, что сможешь».
«Тебя зовут "Джо", верно? Бутафоры верхней ступени звали тебя Джо».
«Это фальсификация стукачей этажом выше. Когда я только присоединился к Опере, я использовал мощную методику самогипноза, чтобы забыть собственное имя. Процесс занял семь месяцев».
От такой перспективы у тебя сводит желудок.
«Это очень плохо. Имя в какой-то степени оберегает тебя. От всего мира».
«Если есть некая магия в акте наречения, стало быть, должна существовать противоположная, не менее могучая магия в акте отречения от имени».
«А я всегда предпочитал редкую магию ширпотребным заклинаниям».
Девушка уставилась на тебя, ожидая ответа.
«Был у меня как-то безымянный друг. Очень странный».
Другой вариант реплики
«Есть у меня безымянный дружок. Он очень странный».
Другой вариант реплики
«Был у меня как-то безымянный друг. Сейчас он мертв».
«О. Круто. Возможно, без имени вполне себе неплохо. Очень альтернативно».
Другой вариант реплики
«Мне очень жаль. Судя по всему, он был крут. Очень альтернативно».
Развилка
«Я могу придумать тебе имя».
Другой вариант реплики
«Я могу придумать тебе имя, напарница».
Развилка
«Хорошо, Херш. Оставлю это на твое усмотрение».
Другой вариант реплики
«Ох, ты придумаешь? Ладно… Думаю, будет нормально… Ты на всякий случай и с Яной посоветуйся…»
Другой вариант реплики
«Хорошо, Херш. Я тебе доверяю».
Развилка
«Но… как вообще можно существовать без имени?»
«Вот именно».
«Вообще-то, я была бы совсем не прочь забыть свое имя. Я во всех смыслах себя ненавижу».
«Учитывая твои способности к концентрации, КАСКАД, на гипноз ушло бы месяцев шестнадцать, не меньше».
«Ладно, забудь».
«Уже забыл. Но не совсем».
Не сейчас, ГОЛОЦЕН.
Ты пытаешься сжечь воспоминания дотла. На устойчивом и управляемом огне.
«Думаю, подойдет что-то непримечательное. Скажи им, что я не привередлива».
«Другое имя?»
«Попрошу их вписать что-нибудь старомодное».
«Я могу придумать его для тебя».
Другой вариант реплики
«Я могу придумать его для тебя, напарница».
«Я посмотрю, что можно сделать с пропуском». (Закончить.)
«Отлично, Херш. — Поп-звезда одаривает тебя ободряющим кивком. — Уверена, ты его добудешь».
Развилка
«Итак, Ви, предположим, тебе пришлось вернуться домой… Как ты поступишь?»
«Я не вернусь. Никогда».
«Знаю, Ви, знаю. Но чисто гипотетически. Попахивает самоубийством в плену?»
«Нет, я бы не стала накладывать на себя руки. Тогда они наймут какого-нибудь писаку, который наклепает второсортных песен, а меня воссоздадут в виде голограммы».
«Почему ты спрашиваешь, Херш?»
«Потому что мне кажется, что ты совершаешь большую ошибку».
«Я так не думаю. Я думаю, что ты совсем меня не знаешь».
«У меня тоже прежде было нечто хорошее, нечто настоящее. Затем я ушла, когда нужно было остаться».
«Что произошло?»
Развилка
«Я подвела многих людей».
«Мне жаль, что ты так считаешь. Или что они так считают».
«Мы с тобой совсем не похожи друг на друга, Херш. Пересеклись, но движемся по совершенно разным орбитам».
Ну, не такие уж и разные. Вы обе придаете миру форму. Одна из тени, другая — в свете софитов.
«Говорю тебе… ты разыгрываешь не те карты, Ви».
«Я ничего и никого не разыгрываю. Я просто стараюсь обрести свободу…»
Выдай ей этот приметный припевчик, пусть угнездится в ее голове:
«А лет всего лишь через пять, ты всё отдашь, чтоб время обратилось вспять».
Юная поп-звезда пристально смотрит на тебя.
«Это Яна тебя подговорила?»
Между ними назревает конфликт. Используй это.
«Мы долго это обсуждали, и она тоже считает, что так будет лучше».
«Правда? Я думала, что хоть Яна меня понимает… Хотя бы отчасти…»
«Послушай, я понимаю, о чем ты говоришь… но я так не думаю. — Она слегка трясет головой и выглядит неуверенно. — Я не могу так думать».
Развилка
«Нет, инициатива только моя».
«Что-то в тебе меня напрягает, Херш. Точнее, даже пугает».
«Спасибо».
«Ты проецируешь на других свои комплексы».
Промолчать.
«Она хочет, чтобы я исчезла из ее жизни, я знаю. Не могу ее в этом винить. Думаю, я сильно всё осложнила».
«Вообще-то я так не считаю».
«Тогда что ты пытаешься мне сказать?»
«Мир развел нас в стороны, в привычной для себя манере».
«Я не боюсь мира. Если ему угодно, пусть забудет мое имя».
«Я заигралась в профессионального исполнителя и позабыла, что в мире еще осталось что-то хорошее».
«До этого момента, правильно понимаю?»
«Я поняла, что для эмоциональной проблемы нет географического решения».
«Я еще не пробовала никакого решения».
«Неважно. Забудь». (Вернуться.)
«Уже забыла».
Развилка
«Твои шансы на бегство выглядят не очень».
«Я живу всем шансам вопреки. Яна мне поможет. Я уверена».
С каждым часом она всё меньше уверена в этом.
«Рада за тебя. Сохраняй этот позитивный настрой».
«Это правда, а никакой не "настрой"».
«Задам странный вопрос… ты умеешь управлять самолетом?»
«Разумеется. Аэронавигационная служба в имперских ВМС обязательна для всех взрослых лусианцев. Даже поп-звезд».
Развилка
«Погоди, ты шутишь?»
«Нет», — скромно отвечает она.
Развилка
«Я так и знала. Что пилотировала?»
«Rei-16 "Рикошет". Просила выкрасить его в фиолетовый, но они отказались».
Лусианский реактивный истребитель шестого поколения. Используется практически во всех «силовых акциях Реюньона». Серьезный и быстрый аппарат.
«То есть тебя вполне могут призвать, если Лус объявит войну?»
«Лус не вылезает из войн, — пожимает плечами она. — Не думаю, что меня отправили бы прямо на передовую. Я бы тут же стала мишенью и была убита».
Фиолетовая раскраска была бы очень некстати.
«После службы они сделали меня послом культуры в имперских ВМС. Даже иногда рисовали меня на носовой части самолетов».
Последнее, что видел рабочий люд Саскьи перед падением бомб… подмигивающее им лицо Ультра-Виолетты и ее фирменный жест «V».
УЛЬТРАНАСИЛИЕ.
Развилка
«Серьезные запросы для рядового офицера».
«Мне черный не нравился, — пожимает плечами она. — Как бы то ни было, это было просто обучение, меня никуда так и не отправили».
«И как долго ты там пробыла?»
«Три месяца из шести. Срок моей службы сократили. Сказали, что мое отсутствие негативно сказывается на ВВП». — Она смущенно отводит взгляд в сторону.
«Я даже ни один крутой маневр не успела опробовать».
«Отстой. Получается, тебя и летчиком-то назвать можно только с натяжкой».
«Ну, я хотя бы преодолела звуковой барьер».
«Ладно, это довольно круто».
«Там было мощное ощущение свободы. Иногда я вспоминаю его… здесь я даже неба не вижу».
«Хочешь меня впечатлить — сделай мертвую петлю».
«До этого не добралась. Как-нибудь, когда-нибудь. Постараюсь пролететь прямо над тобой, Херш».
И СБРОСИТЬ НА ТЕБЯ БОМБЫ В ПРОЦЕССЕ. ЛА-ЛУС ПЕРЕДАЕТ ПРИВЕТ.
«А бочку умеешь делать?»
«Да, это не сложный маневр. Но вот что я очень хотела опробовать — это оборонительное пикирование по спирали».
В котором она сейчас и находится.
«Просто любопытно. Спасибо». (Вернуться.)
Она скромно отдает тебе честь.
Развилка
«Предполагалось, что тебя импринтят на Яну, не так ли, Ви?»
«Как она узнала про наш план?» — Она бросает на Яну неуверенный взгляд.
«Просто Херш — шпион коммунистов».
«О. — Она поворачивается к тебе. — Круто».
Неподдельная реакция. Ты заинтересовала знаменитость.
Развилка
«Ви, почему ты решила обратиться к Темпо?»
«Потому что Темпо сказал, что поможет мне отсюда убраться — с приличным пропуском и всем остальным. Мне показалось, что это был наилучший вариант вырваться отсюда».
Она считает, что сделка была нечестная, но тем не менее.
«Рассматривались Восточные Республики… у них не очень строгие требования на въезд. Наилучший вариант, как Ви и сказала».
«Я согласилась. Я доверилась Темпо. — Она окидывает взглядом обшарпанную и грязную комнату. — И вот я застряла здесь».
«Извини, что мой блудный контакт устроил тебе такие проблемы».
«Эй, я вообще-то всё слышу, Херш. Сука ты этакая».
«Не стоит извиняться. Я хотела выбраться и по-прежнему хочу. — Она кивает каким-то своим мыслям. — И выберусь».
Развилка
«Не стоит извиняться. Я хотела выбраться и по-прежнему хочу. — Она кивает каким-то своим мыслям. — И…Развилка 427Развилка 442Развилка 450Развилка 464Развилка 474«Это правда. Меня вся эта ерунда не особо интересует, — пожимает плечами она. — Я просто пытаюсь вырваться…«Если бы не Яна, я бы уже сдалась. Я точно знаю: она делает всё, чтобы вытащить меня отсюда».«Комната говенная, это правда. Но я знаю, кем я хочу быть, Херш. Просто я не смогу ей стать, пока не выйду из…
«А из чего именно ты хочешь выбраться? Карьеры крайне успешной певицы?»
«Само по себе пение далеко не главное. Оно не определяло, чем я была. Или того, кто я есть. Или того, что я олицетворяю».
«Это невнятный ответ».
«Ну, тогда… скажем так, новый материал не отвечает моим стандартам. Появилась мысль, что пора перейти к сольной деятельности, а остальное оставить в прошлом».
«Я хочу выбраться из Ла-Луса. За пределы собственной тени. За пределы образа "Ультра-Виолетты"».
«Почему?»
«Знаешь, некоторые люди отдали бы всё, чтобы встретиться со мной. Но как только это происходит, в их взоре гаснет некая искра. А потом часть из них жалеет, что вообще со мной встретились».
Завидная жизнь… если прищуриться.
Развилка
«Тебе как будто никогда и не хотелось ею быть».
«И кто же ты?»
«Певица», — улыбается она.
«И что же ты олицетворяешь?»
«Закат Культуры, если верить критикам». — Она приподнимает бровь.
«Судя по всему, твоя музыка многое значит для людей».
«Те же самые люди стерли бы меня из памяти, чтобы снова узнать про меня. Или убили бы меня, чтобы я никогда не написала плохой песни, никогда не состарилась, никогда не стала бы чем-то отличным от недостижимой для них мечты…»
«Пошли они на хер».
Из ее уст эти слова звучат кощунственно.
Преступное возбуждение растекается по внутренней части твоего бедра, по самому верху.
«Скажи это еще раз, пожалуйста».
«Сказать что? Хер?»
О да. Да. Вот что ей стоит записывать.
«Возможно, прозвучало грубо… но, если честно, я порой именно так и думаю. Только показывать этого не могу».
Развилка
«Да. Понимаю». (Кивком заглушить эмоцию.)
«А как же деньги, Ви? Деньжищи».
«Деньги на что? На очередную погоню за мечтой, в которой ты будешь медленно забывать про всё, что изначально делало тебя достойной этой мечты? Это не для меня».
«Я вижу таких артистов, записывающих в блеклых студиях блеклые пародии на себя же и затем возвращающихся в свои хоромы. Которые смогли себе позволить благодаря настоящей работе. И которые они делят с призраками себя прежних».
«Пара старых команд вполне себе тащат».
«Нет. Не тащат. Иногда мы делаем вид, но в глубине души знаем, как обстоят дела».
«Когда искра гаснет, это навсегда».
Развилка
«У пары старых команд всё еще есть "то самое"».
«А в тех хоромах… бассейны имеются?»
«И зачастую не один. Вульгарщина, как по мне».
«Не вижу проблемы».
«Не сомневалась, что коммунист такое одобрит».
«Да, я бы предпочла один, но большой бассейн».
«Тогда он был бы чрезмерно огромным». — Она медленно качает головой.
«Пора кого-то раскулачить».
«Пожалуйста, перестань, мне не нравятся твои коммунистические заявления».
«Ты считаешь себя "жертвой", но сама несешь ответственность не меньше остальных».
«Может быть. Только, Херш, хочешь верь, хочешь нет, но даже поп-звезды не лишены критического мышления».
«Никаких "может быть". Ты лицо технофашизма».
«А скоро буду всего лишь еще одним лицом с объявления о пропаже. — Она бросает взгляд на синтезатор. — Если выберусь».
Развилка
«Слишком критическое мышление тоже до добра не доводит».
«Точно. Так можно случайно стать "критиком". — Она хитро улыбается. — Самая ужасная судьба из всех возможных».
«Весь мир считает, что тебя похитили».
«Я знаю. Довольно забавно». — Она хихикает, прикрывая рот ладошкой.
«Если Лус будет повсюду разыскивать группку несуществующих контркультурных блядей, тем лучше для нас».
Лус заявил об этом, но вряд ли они это всерьез. Им просто нужен повод, чтобы действовать на чужой территории. И чем туманнее повод, тем лучше.
«Это всего лишь предлог. Скорее всего, они просто извлекают выгоду из ситуации».
«И всё же. Тем лучше для нас».
«Мы всё еще в опасности, Яна. Наша тайная полиция… Они будут искать нас везде. Очень страшные люди».
Развилка
«Формально я тоже отношусь к контркультуре. А теперь-то я вообще в деле».
«Тем не менее меня никто не похищал. Я хочу быть здесь. Мне нужно быть здесь».
«Похищение по согласию. Если детишки пронюхают, это станет новым трендом».
«Есть какая-то… награда за твое возвращение, Ви?»
«Вероятнее всего, лусианское гражданство и пропуск полного доступа в любые зоны».
«Даже не думай об этом, Херш».
«Поняла. Похоже, ты решительно настроена забросить карьеру звезды лу-попа». (Закончить.)
«Не все мои рыдания были притворными. Но многие пришлось изображать». — Она пожимает плечами.
«Я так или иначе доставлю ее в Восточные Республики. Сейчас у нас просто… хер его знает. Креативный паллиатив».
«Я верю ей. Яна у меня в категории "Cупер"».
Рассматривая двух этих девушек, ты припоминаешь, что все твои близкие отношения заканчивались либо трагедией, либо недопониманием. В большинстве случаев — и тем и тем.
Братва другую братву завсегда распознает.
«Держись за этот настрой. Пригодится».
«Постараюсь. Мы постараемся». — Она бросает быстрый взгляд на Яну, та отвечает скромной улыбкой.
Развилка
«Темпо был у меня, скорее, в категории "А". Однако до "Cупер" он недотягивал совсем чуть-чуть».
«А ты у меня в категории "П", Херш. — Из уголка ее рта вылетает струйка дыма. — Сама догадаешься, что значит это "П"».
Стоящая рядом с ней поп-звезда подавляет смешок.
Как очаровательно! Повторите, пожалуйста.
«Уверена, вы найдете способ подвести друг друга».
«В Ла-Лусе всегда говорили, что коммунисты крайне пессимистичны». — Поп-звезда поворачивается к Яне с серьезным видом.
«Они как будто не видят в жизни смысла. Это пиздец как грустно».
«А теперь поцелуйтесь».
«Херш, извращенка ты хренова, возьми себя в руки».
«Как некрасиво, Херш»…
«И теперь Темпо мертв. Ты — высокопоставленный лусианский контакт?»
«Ви не шпионка, Херш. Она почти не вникает в международную политику».
«Это правда. Меня вся эта ерунда не особо интересует, — пожимает плечами она. — Я просто пытаюсь вырваться отсюда».
«И теперь Темпо ванданули. Ты — высокопоставленный лусианский контакт?»
«Что-то Темпо тут какое-то дилетантство развел».
«Наверняка у лучших научился», — многозначительно смотрит на тебя она.
«Если бы не Яна, я бы уже сдалась. Я точно знаю: она делает всё, чтобы вытащить меня отсюда».
«Многие люди обретают себя в лиминальных пространствах».
«У нас тут не ссаный приют. Просто говенная комната в говенной квартире».
«Комната говенная, это правда. Но я знаю, кем я хочу быть, Херш. Просто я не смогу ей стать, пока не выйду из игры».
«Яна, ты нормально отнеслась к этой идее с импринтингом?»
«К возможности стать крутой звездой на пике славы и таланта? Да. Я сама вызвалась».
«Но вместо этого я стала страдающим никотиновой зависимостью геем-контрабандистом среднего возраста. Ничего не скажешь, жизнь умеет поднасрать».
Развилка
«Ви, ты нормально отнеслась к этой идее с импринтингом?»
«Это ее жизнь, — пожимает плечами девушка. — Если ей хочется ее стереть, решать не мне».
Пластическая операция на душу.
Топорная работа.
Вторая девушка опускает взгляд и машинально тянется к пачке сигарет.
Развилка
Если пораскинуть мозгами, мы все — собирательный образ своей братвы.
«И ты точно не имеешь никакого отношения к секретным переговорам EMTERR и Ла-Луса?»
«Переговорам? — Девушка морщит идеальный носик. — Это работа менеджеров».
«У тебя правда на них ничего нет?»
«Нет, извини. Может, тебе стоит нанять менеджера?» — Поп-звезда пожимает плечами.
«Херш, она ни при чем. Успокойся уже».
Развилка
«Мне бы очень помогло, если бы ты что-то знала».
«Уж извини, что разочаровала, но мне нечего тебе сказать».
«Херш, прекращай. Она не будет делать твою работу за тебя».
«Ладно, забей».
«Хорошо. Договорились». — Она вежливо кивает.
«Значит, этот странный тип с наушниками на самом деле пытается… спасти Ви?»
«Что-то типа того. Жалкий придурок».
«Думаю, он хочет отправить меня обратно в Лус. Чтобы я во веки веков оставалась Ультра-Виолеттой. — Она наклоняет голову. — Ультрас очень идейные».
Развилка
«Кажется, мне всё понятно». (Закончить.)
«Если разобраться, всё довольно просто. Ви осталась собой, я стала Темпо, а Темпо умер. — Она пожимает плечами. — План провалился на хер».
«Провалился», — мрачно кивает поп-звезда.
Развилка
Развилка
Развилка
Исполнитель, смотри, какая сладкая возможность! Зачем делиться информацией с КАЛЕЙДОСКОПОМ, если можно обменять заключенного на эту потерянную девушку?
И отдать Ви этому… психу?
Какая тебе польза от беглой лусианской поп-звезды? Она — ключевая фигура. Используй ее.
Резких движений пока не требуется. Поводи его за нос, разузнай побольше. Ты почти ничего не теряешь.
Какая тебе польза от беглой лусианской поп-звезды? Она — ключевая фигура. Используй ее.Твой контакт уже подготовил для тебя сцену. Осталось лишь сыграть свою роль.Она тебе никто. Задание должно быть превыше всего.Это единственный маневр. Информация? Скукотища. Люди? Самое то. С таким аргументом хер поспоришь.
«Херш, ты еще что-то хотела?»
«Да, Херш, проснись. У Ви и другие дела есть».
«Вообще-то нет, Яна». — Она безучастно улыбается тебе.
Развилка
Идеально. Спасибо, Темпо.
Твой контакт уже подготовил для тебя сцену. Осталось лишь сыграть свою роль.
КАЛЕЙДОСКОПУ нужна «инфа»? Детский лепет. Вот она, прямо перед тобой. Отдай ее, пусть у извращенца башка взорвется.
И предать Ви?
Она тебе никто. Задание должно быть превыше всего.
Профессиональный маневр.
Это единственный маневр. Информация? Скукотища. Люди? Самое то. С таким аргументом хер поспоришь.
Развилка
Развилка
Она это серьезно. Возможно, впишется в братву.
«Яна, почему ты держишь крутую поп-звезду в секретной комнатушке?»
«Потому что ей должна была стать я. До того как все похерилось».
«Темпо пытался сделать пиратскую копию человека?»
«Величайшую копию. Херш, втроем мы собирались перевернуть этот мир с ног на голову».
«Мы все на это подписались. Это правда». — Она украдкой смотрит на Яну, ища поддержки.
«Всё равно не понимаю».
«Темпо хотел скопировать ее на меня. Мы все этого хотели».
«Не будешь скучать? По своей принадлежности к "категории вне категорий"?»
«Я не уверена, что всё это вообще было со мной. Первое, что делают инструкторы в La Fábrica — лишают тебя старого имени и придумывают новое».
«Что за La Fábrica?»
«Место, где обучают всех звезд лу-попа. Ожесточенная конкуренция, но весьма увлекательная».
Она наслаждалась каждым мгновением.
«Звучит так, словно там было нелегко».
«Крайне нелегко, если не вкладывать душу. Уровень отчисления — 78%».
«А в финале — смертельная схватка между двадцатью оставшимися девочками, последняя выжившая подписывает контракт со звукозаписывающей компанией».
Платная трансляция запредельной доходности. Обязательно к просмотру.
«Подожди, ты серьезно?»
«Конечно же нет, Херш». — Она прикрывает рот ладошкой и начинает безудержно хихикать.
Ты начинаешь смутно представлять, какое бы у тебя было сценическое имя, засияй ты настолько ярко, чтобы оказаться в школе поп-звезд.
«Я попала туда, когда мне было шесть. Так что, по ощущениям, всё это происходило с кем-то другим. С какой-то девушкой по имени Ультра-Виолетта».
«И я больше не хочу ею быть».
Развилка
Мы бы там порвали всех, в этой школе поп-звезд. Вожаки стаи.
«Я бы заплатила, чтобы на это посмотреть».
«Это была шутка, Херш».
«Ой, да, конечно же. Я просто решила поддержать твою шутку».
«А… ясно. Иногда я не воспринимаю юмор среднего возраста». — Она безучастно улыбается.
«Я бы заплатила до фига».
Развилка
«Поверь, мне хватало и еженедельных чартов с церемониями награждения». — Она корчит гримасу.
«Я тоже, если честно».
«Лучшие дни твоей жизни».
«Именно, Херш. Так и было. Они были такими многообещающими».
«Как твое настоящее имя?»
«Это неважно. Это совсем неважно».
Аями.
А… Оно начинается с… А…
«Это твое?» (Показать ей красный диск с ее именем.)
«Где ты его взяла?» — Она слегка отшатывается от диска.
Как от недоброго предзнаменования.
«Похоже, ты его боишься».
«Я просто… не ожидала его увидеть».
«Я думала, лейбл решил его не выпускать… Он не должен быть у тебя. Или у кого-либо еще».
Развилка
«Почему он не должен быть у меня?»
«Потому что он не закончен. Я даже не слышала финальный микс».
«Как так вышло?»
«Спроси Espada Records. Я хозяевам не указ».
Погоди-ка! Слишком уж точно совпало по времени. Она исчезла, чтобы саботировать выход песни.
«Вместо этого ты исчезла. Чтобы они точно не смогли его выпустить».
«У меня было очень плохое предчувствие. Так что да, Херш, ты правильно подметила. Было бы очень странно, если бы они выпустили песню, автор которой пропал без вести».
«Значит, это тот самый сингл, который не стал синглом? "Ты из моих снов"».
«У меня было очень плохое предчувствие. Так что да, Херш, ты правильно подметила. Было бы очень странно, если…«В ней точно было всё, от чего фаны так тащатся. Фольклор, ностальгия… Но в этот раз всё казалось настоящим…»«Нет, Херш, песня вышла реально хорошей. Может, студия что-то намудрила».«Нет. Когда дело касается музыки, я сама себе хозяйка».
«Ты из моих снов», — повторяет она за тобой.
На долю секунды мир замедляется, а потом резко возвращается в норму.
«Над ним работал очень милый инженер звукозаписи, Пауло. А потом вместо него вдруг появился другой, Фондо. Он был уже не такой милый».
«А потом в студии объявился важный министр, хотел послушать некоторые миксы. Это было мегастранно».
Поп-музыка является частью культуры. Это наверняка был Рейес. Твоя добыча.
«Как звали этого министра? Рейес?»
«Факундо Рейес, он самый. Очень старый, как и большинство министров. Вежливый. Министр массовой культуры, если не путаю».
«Перед уходом он выпроводил всех остальных из студии и сел со мной в комнате звукозаписи. Там были только мы и все эти провода и бесчувственные инструменты».
Это показалось ей жутким. Его притяжение заглушило всю музыку.
«Чего он хотел?»
«Он сказал мне, что очень ждет выхода песни. Что она сыграет важную роль в Лусе. И станет "саундтреком Реюньона"…»
Полутемная студия звукозаписи в Сикатрис Фронтера, лусианской столице. Молодая девушка и пожилой министр обсуждают проявление света. Культурную гиперновую звезду. Карту звездного неба.
ОБРАЩЕНИЕ К ВОЕННОСЛУЖАЩЕМУ. ГЕНЕРАЛ И ГЕРОИНЯ.
«Еще говорили о концерте в космосе. Всё это было так странно… Или наоборот… слишком правильно. Извини. Я не знаю, как это объяснить».
Развилка
«Вы записали вместе песню?»
«Нет… но он оговорился, что в детстве играл на фламенко-гитаре. В своем родном городе, на похоронах».
«Важный министр?»
«Министр массовой культуры. Рейес. Факундо Рейес».
Великий Лич технофашизма. Твоя добыча.
Великий Лич технофашизма. Твоя цель.
«Может, песня вышла настолько грустной, что вызвала бы повальную эпидемию членовредительства».
«В ней точно было всё, от чего фаны так тащатся. Фольклор, ностальгия… Но в этот раз всё казалось настоящим…»
«Песня получилась плохой, да? Признай это».
«Нет, Херш, песня вышла реально хорошей. Может, студия что-то намудрила».
«Ви, со мной-то ты можешь быть откровенной. Кто-то велел тебе написать ее? Или приписал тебе ее авторство?»
«Нет. Когда дело касается музыки, я сама себе хозяйка».
«Песня вышла плохой?»
«Нет, хорошей… может, даже очень хорошей».
«Кажется, ты очень дистанцировалась от собственной музыки. Это настораживает…»
«Обычно я очень вовлечена в процесс, вплоть до самого релиза. Но в этот раз… — Она надолго замолкает. — …было не так».
«Концерты в космосе?»
«Слышала об этом от рекламного агента, но Донателла постоянно разносит всякие слухи. И только четверть из них оказывается реальностью».
Ультра-Виолетта Live: с высоты лунной орбиты.
«По мне, так звучит круто».
«Правда? Тогда, может, я преувеличиваю…»
Развилка
«Звучит как рекламный трюк».
«Рекламный трюк? Возможно. По мне, так это звучит очень жутко».
«Сдается мне, цены на билеты тоже будут космические».
«Херш, я могу дать тебе проходку», — улыбается она.
«Не знаешь, где министр Рейес сейчас? Или где он остановится, когда будет в Портофиро? Хоть что-нибудь?»
«Я не занимаюсь расписаниями, так что ничего не могу тебе сказать».
«Кстати, откуда ты знаешь министра Рейеса?»
Развилка
«У нас с ним тоже коллаборация».
Развилка
«Удачи с вашей коллаборацией. Жалко, что из-за всех этих дел у тебя не будет времени на нашу».
Развилка
«Удачи с вашей коллаборацией. Жалко, что из-за всех этих дел у тебя не будет времени на нашу».«Думаю, наша тайная полиция убьет тебя раньше. Они очень добросовестны, у меня телохранитель когда-то на них…«Ага, министр Рейес уже давно в игре. Не представляю, как можно считать себя международной звездой, не зная,…Развилка 676«Звучит пипец как мутно. Херш, теперь я волнуюсь».
«Звучит пиздец как сомнительно».
«Я должна его убить».
Развилка
«Убить… министра Рейеса? Типа заказного убийства?»
Рассказываешь возможному контакту технофашизма про тайный план покушения на члена ее правительства? Интересное искусство Игры, исполнитель.
«Херш, с этим я тебе помочь не смогу. Не втягивай меня в это, пожалуйста, у меня и без того полно проблем. Но, думаю…»
«Думаю, наша тайная полиция убьет тебя раньше. Они очень добросовестны, у меня телохранитель когда-то на них работал. Будь осторожна, Херш. Ты мне нравишься живой».
«О да! Высшая лига, а не какой-то хер с горы! Работаешь по-крупному, Херш!»
«Я должна его вандануть».
«Я его не знаю, мне просто интересна международная политика».
Развилка
«Ага, министр Рейес уже давно в игре. Не представляю, как можно считать себя международной звездой, не зная, кто он такой…»
«Для крутой шпионки ты как будто вообще ни хера не в теме».
«Это неважно. Не бери в голову».
«Ладно. Не буду».
Развилка
«Звучит пипец как мутно. Херш, теперь я волнуюсь».
«Ты знала, что вся ваша политическая верхушка — это копии одного древнего технофилософа?»
«Да, слышала раньше что-то такое. — Она на мгновение задумывается, затем пожимает плечами. — Извини, Херш. Я не слишком разбираюсь в политике».
«Вами всеми управляет шайка идентичных копий».
«А разве где-то это не так?»
Развилка
«Музыка — это и есть политика».
«Только если пытаешься с ее помощью манипулировать людьми».
«И правильно. Это так скучно».
«Скучно и весьма предсказуемо».
«Я послушала твою новую песню». (Солгать.)
«Правда? — Девушка опускает изящный пальчик на клавишу. — И как тебе?»
Она хотела сказать это непринужденно, но не справилась.
Развилка
«Неплохо». (Пожать плечами.)
«Круто».
Развилка
«На мой взгляд, музыкальные критики — люди низшего сорта».
УМОРИТЕЛЬНО СЛЫШАТЬ ТАКОЕ ОТ ОПРЕДЕЛЕННО ПОМЕШАННОЙ НА ЕВГЕНИКЕ МУЗОФАШИСТКИ, НО ТУТ ОНА ПРАВА.
Развилка
«Херш, я, конечно, знала, что ты та еще сучка, но чтобы еще и музыкальный критик? Не ожидала».
«Недостаточно грустная».
«Говоришь как типичная ультра».
«Это лучшая твоя работа. Ее невозможно превзойти».
«Ого. Спасибо». — Она опускает волосы на лицо, чтобы спрятать скромную улыбку.
«Если честно, я слушала ее в одном наушнике».
«В одном наушнике… Ну, надеюсь, что в левом. Все самое классное в левом канале».
Скажи ты, что тебе совсем не понравилось, она бы и то меньше оскорбилась.
«Я включила пустой диск: произошло что-то странное».
«Да, красные диски можно послушать только один раз. На таких выходят все промосинглы…»
«В каком смысле странное?»
Развилка
«Айнзельтон-XR — последнее слово аудиотехнологий».
«Да, они классные. Жалко только, что не фиолетовые».
«Мой друг Петре спец по форматам. Он обожает айнзельтоны, но при этом хотел бы, чтобы их вообще не существовало».
«Почему?»
«Боится, что кто-нибудь их послушает».
«Хм-м, — задумывается девушка. — Похоже, он классный парень».
Развилка
Продавец средних лет аккуратно накрывает свои товары брезентом. Разглаживая складки, он напевает тихую душевную мелодию, предназначенную только для его ушей.
«Ты сказала, что почувствовала себя странно после прослушивания пустого диска? В каком смысле странно?»
Развилка
Продавец средних лет аккуратно раскладывает товары, следуя собственному строгому порядку, и напевает тихую душевную мелодию, предназначенную только для его ушей.
«Я этого не понимаю. Но у меня такое чувство, что вы бы с ним спелись. Если бы он перестал тебя ненавидеть».
«Интересный парень. Я бы хотела с ним познакомиться».
«Как под кайфом».
«Может, ты просто настроилась на то, что что-то услышишь, а когда этого не произошло, возник некоторый диссонанс?»
Почему-то ей неприятно об этом говорить.
«Может, ты просто настроилась на то, что что-то услышишь, а когда этого не произошло, возник некоторый…«Есть что-то пугающее в том, что вещь может вот так запросто себя исчерпать… Превратиться в пустышку… И…Ого. Неописуемо прекрасная Сущность с Высшего Плана бытия говорит, что у тебя экзистенциальный кризис.
«Знаю, вопрос странный, но ты когда-нибудь слышала о том, чтобы диски превращали в оружие?»
«Помню, много лет назад в Лусе разразился скандал, когда Плачущее око использовало звуки для пыток. Но диски? Промодиски? Нет, о таком я никогда не слышала».
«Но музыка может спасать людей. Я искренне в это верю. — Она неловко ерзает. — Так что не удивлюсь, если ей и убить можно».
Развилка
«Я разберусь, что к чему».
«Так держать, Херш. Только лучше не слушай его опять».
«Может, это постэффект невыразимой тоски».
«Травмирующий постэффект. Да, это возможно. Мне кажется, что, если не будешь осторожна, музыка может оставить на тебе след».
«Точнее, я в этом уверена».
«Звучит зловеще».
«Есть что-то пугающее в том, что вещь может вот так запросто себя исчерпать… Превратиться в пустышку… И красный цвет делу не помогает».
«Экзистенциальненько».
«Херш, я не хочу показаться грубой, но похоже, что проблема в тебе».
Ого. Неописуемо прекрасная Сущность с Высшего Плана бытия говорит, что у тебя экзистенциальный кризис.
«Кажется, этот диск вывел из игры моего напарника».
«В смысле "вывел из игры"?»
«Сделал его несовместимым с жизнью».
«О боже…»
Развилка
Развилка
«Не парься. Это произошло по моей вине».
«Не кори себя так. Обычно причин больше чем одна».
«Значит, этот диск… сильно навредил твоему другу?»
Расхерачил по полной.
Развилка
«Да, он навредил моему другу».
«Мне очень жаль…»
«Ви, но у тебя же должны быть какие-то идеи по поводу того, что на самом деле происходит».
«Нет, ни единой…»
«Существуют сотни пиратских копий моих песен… может, на этом диске была вообще не я…»
Развилка
Петре сказал, что с айнзельтона-XR невозможно сделать пиратскую копию.
«Ви, айнзельтон невозможно спиратить».
«Тогда, может… может, кто-то его повредил…» — Она замолкает и снова смотрит на диск.
«Херш, я просто записала песню — ничего необычного. Мне жаль твоего друга, но… я не понимаю, как моя музыка могла так подействовать».
«Тогда, может… может, кто-то его повредил…» — Она замолкает и снова смотрит на диск.«Не буду спорить, он действительно похож на настоящий промодиск». — Она опять смотрит на диск.«Если это хоть немного тебя утешит, я не думаю, что люди просто исчезают в никуда… он наверняка ушел куда-то…«Надеюсь, что так. Всем сердцем».
Ее взгляд застилает тонкая вуаль слез.
«Вот в это я верю».
«Не для этого моя музыка, совсем не для этого… Еще одна причина всё бросить».
Развилка
«Но как-то смогла. Значит, ты всего лишь пешка».
«Мне больно от того, что это произошло. Правда. Еще одна причина бросить всё это».
«Я же сказала, мы с ним не друзья».
«Хорошо, Херш, я поняла. Только что вышло, то вышло… Еще одна причина всё бросить».
«Он настоящий, и ты это знаешь».
«Не буду спорить, он действительно похож на настоящий промодиск». — Она опять смотрит на диск.
«Что бы на нем ни было, теперь он пуст. Как и мой дублер».
«Если это хоть немного тебя утешит, я не думаю, что люди просто исчезают в никуда… он наверняка ушел куда-то еще».
«Диск одноразовый. Так что кто знает…»
«Надеюсь, что так. Всем сердцем».
Она сразу же узнала диск. Это не пиратская копия.
«Ты сказала, что Рейес приходил встретиться с тобой. Тут точно есть какая-то связь. Не притворяйся дурочкой».
«Ничего я не притворяюсь. У меня предчувствие…»
«Он навредил моему подчиненному».
«Сочувствую. Я знаю, каково это — терять хороших людей посреди тура».
«Он навредил моему товарищу по перманентной революции».
«Похоже на какую-то странную коммунистическую хрень. Я не разбираюсь в политике».
«Он не был моим другом. Мы никогда не встречались».
«От этого потеря становится еще больше, правда? Ты так и не узнала, чего именно тебя лишили».
«Я думала, что ты — лусианский контакт, но теперь я уверена, что ты полноценный исполнитель».
«Херш, я всего лишь певица. Пожалуйста, прекрати».
«На нем твое имя. По сути это ты его убила».
«Пожалуйста, не говори так. Мне и без тебя постоянно расправой угрожают».
«Музыка спасает души, но иногда и забирает их».
«Я считаю, что музыка может подарить тебе душу, а не просто спасти ее. Но ты права, в таком случае она может и забрать эту душу».
«Херш, ты сейчас серьезно? Диск?»
«Да, еще как серьезно».
«Охренеть». — Она смотрит на поп-звезду, приоткрыв рот.
«Яна, я ничего об этом не знаю…»
«Типа этого». (Закатить глаза и издать булькающий звук.)
«Причиной стало либо это, либо терминальная стадия тоски по сексу. Как бы то ни было, ты к этому причастна».
«Я не понимаю, о чем ты…»
«Пожалуй, пока оставлю диск у себя». (Вернуться назад.)
«Пожалуйста, больше не заговаривай об этом». — Девушка пожимает плечами и отводит взгляд.
Развилка
«У друга».
Развилка
«Херш, ты на нем можешь заработать до хрена денег».
До хрена: 54 567 389 купонов Суперблока.
«Это неважно».
Развилка
«Херш, это мерч премиум-класса. На нем можно до хрена заработать».
«Твой красный диск…»
«Он не совсем мой… — Она ерзает. — …Что с ним?»
Что за неземная хрень была на этом красном диске?
Вот именно что неземная. В этом-то и весь ужас.
«Песня "Ты из моих снов"… как именно она появилась?»
«Сияющая необъятность бытия перед тобой… со смыслом и без смысла, космология мечты, что ты, быть может, уже прожил, и, может, проживешь еще…»
Развилка
Ты уже слышала эти слова. Безумный психолог выудил их из пустоты космоса.
Пусть говорит. Посмотрим, как она объяснит, откуда взялся текст.
«Эти слова написала не я. Но все же я».
Эта девушка — антенна. Громоотвод.
«Я не думаю, что это была ты, но мне кажется, что ты… их записала».
«Возможно… или всё сразу. Как будто я подключилась к далекой радиостанции».
«От сознания к сознанию передаются общие сны, покрытые невидимыми отпечатками пальцев…»
А может, лишь один сон, который проживают миллионы спящих каждую ночь.
Совместная картина на стене внутреннего двора сумасшедшего дома.
«Я видела…» — Она отключается от реальности на долгое мгновение, будто забыв о твоем существовании.
«Я видела, как я парила по краю черной дыры за несколько мгновений до падения… А позади меня пели звезды».
«Пели эти слова?»
«Может, слова этой песни, может, что-то еще. Я не знаю, что случилось потом… только то, что оно уже случилось».
Бесконечный ноль. Свет сворачивается сам в себя, волоча за собой время, а ты едешь лицом вперед по бетонному космосу.
Перед тобой расстилается истинная тьма, но если ты посмотришь назад, то станешь последним свидетелем заключительного аккорда вселенной, звучащего в полной темноте.
Что я увижу последним?
Собственный затылок.
И почти тысячу лет изумленные обыватели снизу будут смотреть, как ты, подобно памятнику ужасу и восхищению, застыла на грани бездны и медленно погружаешься в нее, будто в замедленной съемке.
«Если честно, это было немного страшно. Но красиво… И, Херш, насчет твоего партнера… Мне очень жаль, что так вышло. Поверь, я не хотела никому навредить. Эту песню написала не совсем я».
«Ее написало что-то другое».
Развилка
Может же шпионка помечтать…
Героическая шпионка КАСКАД становится космонавтом и бросает вызов самой гравитации.
Так-то, детка. Нас не остановить.
Космическая хрень мне до фени. (Выбросить это из головы.)
«Что ты почувствовала, когда провалилась в нее?»
«Не знаю. Помню только до момента, когда начала падать. А потом проснулась».
Ощущение должно быть примерно такое: свет сворачивается сам в себя, волоча за собой время, а ты едешь лицом вперед по бетонному космосу.
«А кто еще мог написать эти слова?»
«Не знаю. Мир? Звезды?»
«Ви, давай конкретнее».
«Слова прошли сквозь меня. Но я их не придумывала. Они пришли откуда-то еще, извне».
Она уже уловила некоторую связь. Не торопи события.
«А что случилось?»
«Появились слова, которых я не писала. Но при этом писала».
«И кто же их написал?»
«Так ты еще с кем-то коллабишься? С кем, Ви? Колись».
«Всё равно слишком расплывчато».
«Это не ответ, сама понимаешь».
«Это часть ответа. Эти строки писала не я, но я их записала».
Развилка
…Тебе сейчас мозги парят?
«Может, на этом диске ничего нет и всё это сплошной блеф».
«…Что?»
Развилка
Развилка
Творец пойдет практически на всё, чтобы защитить свою репутацию. Новая песня вышла провальной, и она это понимает.
«Слушай, Ви… Ощущение такое, что песня вышла так себе…»
«Песня получилась хорошей, Херш. Уж поверь».
Развилка
«Мы можем поработать над ней вместе, переделать пару кусков… Это поможет нашей коллаборации».
«Э-э… Думаю, это лишнее. Но спасибо».
Девушка отворачивается от тебя и сосредотачивается на клавишах.
Развилка
«Можешь сворачивать свою грандиозную постановку. Песня вышла плохой. Бывает. Никто не может постоянно быть на высоте».
«Я могу. Я на высоте даже во сне. Смирись».
Развилка
Доктор Гонса был прав. Это явно связано с сексом. Просто он мыслил недостаточно широко.
«Ты слила АСД, да?»
«Что такое АСД?»
«Аудио-секс-диск».
«Боже мой, Херш… нет».
Только звук — это рисково. Теоретически может возбуждать больше, чем видео, но только если все сделать правильно…
Развилка
«Херш, а ну, завязывай. Не надо нам этой херни».
«Именно поэтому безопасность так важна во время тура». — Она серьезно смотрит на Яну.
Развилка
«Поэтому его так тяжело достать. И поэтому тебе пришлось с позором покинуть Лус».
«Пожалуйста, перестань. У меня было предостаточно трудностей, связанных с фанатами и моей сексуальностью. Не вороши мое прошлое».
«Хершел, вот сейчас ты стала очень неприятной».
В воздухе витает запах скандала. Только представь… что-то настолько глубокое, что у девственного коммуниста мозг взорвется…
«Думаю, я знаю, откуда взялся текст для "Ты из моих снов"».
«В смысле?»
Развилка
«Сначала поклянись, что не настучишь на меня».
«Я не стукачка, Херш».
Ага, как же! Творцы — самые бесстыдные стукачи на свете.
«Скажи мне, Ви, ты когда-нибудь писала компрометирующие тебя песни?»
«Конечно».
«Тогда не затирай мне про стукачество».
«Резонно. Тогда скажу так… Я стучу только на себя». — Она кивает, довольная своим ответом.
Развилка
Приподнять брови.
«Может, и нет, но ты лусианка».
«Тут я бессильна. Но если это поможет, я пытаюсь перестать ей быть».
«Хорошо».
«Да… Очень хорошо».
«Что ты знаешь о проекте "Автономия", портофирской космической программе?»
«Ты про ту ракету, которая взорвалась? Я видела запись. В Лусе об этом годами говорили, — качает головой она. — К чему этот вопрос?»
«Погоди. Что об этом говорили лусианцы?»
«Люди превратили эту историю в заезженную шутку. Ну, знаешь, про так называемый Развитый мир. Народ подшучивал над устаревшей техникой».
«Лично мне это никогда не казалось смешным».
«Ракета не взорвалась. Она добралась до орбиты».
«Да ладно? — Она слегка приоткрывает рот. — А как же та запись?»
«Как забавно, что вы, гражданские, до сих пор верите записям!»
«Я не гражданская, Херш. Я в магазин уже три года не заходила. И как это вообще связано с текстами моих песен?»
«Врач, участвующий в секретной космической миссии, сошел с ума. Он пытался использовать экипаж в качестве человеческих антенн. И услышал те же самые слова».
Развилка 886«Я не гражданская, Херш. Я в магазин уже три года не заходила. И как это вообще связано с текстами моих…«Херш, для меня всё выглядело вполне правдоподобно. В детстве. — В повисшей тишине чувствуется ее…«Понятно… — Она ненадолго задумывается об этом. — …И как именно это связано с моими текстами?»
«Твою ж мать… Как давно это было?»
«В семьдесят седьмом».
«Когда мне было два. — Она смотрит наверх, будто пытаясь увидеть что-то сквозь потолок. — Но если это правда…»
«Уж не знаю, как у тебя создавалась эта песня, но… ты подключилась к звездам».
«Мой творческий процесс достучался до звезд? Я стала их проводником… Какая завораживающая идея…»
Ее глаза будто светятся изнутри.
«Произнесенные в пустоте слова, которые нашли путь к нам. Может, даже не произнесенные…»
«Не к нам. К тебе. И второму космопсиху».
«Но ты же не можешь знать наверняка? — Она поднимает палец вверх. — Хотя лучше не говори, если знаешь».
«Знаешь, мне всегда претила мысль о том, что тексты моих песен принадлежат мне. Я их не так воспринимаю, да и пишу не так. Но если слова уже есть и просто ждут, когда их услышат…»
«Возможно, вселенная поет всегда, и время от времени разрешает нам присоединиться».
«Звучит неплохо».
«Я так думаю».
ПСЕВДОПОДИЙ бы с тобой поспорил.
«Надеюсь, звезды слышат, как мы подпеваем».
Им лучше вообще не знать о твоем существовании.
«Я тоже на это надеюсь».
«Я продолжу петь, Херш. Я больше ничего не умею».
Развилка
«Если слышат, надеюсь, они не поймут нас превратно».
«Херш, я думаю, звезды знают, что к чему».
«Давай проясним. По-моему, звезды нам не друзья».
«Как скажешь, Херш. А по-моему, друзья».
Посмотреть наверх.
Облупившийся белый потолок всего в полуметре над тобой. Трещина толщиной в волосок разрезает его подобно молнии.
Поп-звезда тоже поднимает взгляд. Какое-то время вы молча смотрите в потолок, думая о существах за его пределами.
«Как думаешь, зачем она поет?»
«Чтобы пошуметь. Чтобы вложить толику пустоты в мелодию».
«Спасибо, Ви, мой космический срыв только что превратился в ядерный».
«А альтернатива что, лучше? Тот факт, что мы крохотные песчинки? И что там, в космосе, ничего нет?»
«Повторюсь: он их всех убил».
«Я знаю, это ужасно… Но все же… Есть что-то прекрасное в том, чтобы умереть, слушая голоса ангелов».
«Повторюсь: он их всех ванданул».
«Тебя это не напрягает?»
«Если честно, у меня из-за всего этого что-то типа космического срыва».
«Пожалуй, это вызывает вопросы… — качает головой она. — Но вопросы куда интересней ответов. Меня это все не пугает».
О нет. Она, похоже, прется от этой хероты со звездами.
«В семьдесят седьмом. А потом он всех убил».
«Ого… — Она опускает взгляд, и челка падает ей на глаза. — …Звучит неприятно…»
«В семьдесят седьмом. А потом он всех ванданул».
«Ничего себе, какая искренность. И что, все лусианцы так легко верят пропаганде? Тогда это многое объясняет».
«Херш, для меня всё выглядело вполне правдоподобно. В детстве. — В повисшей тишине чувствуется ее недовольство. — И как это вообще связано с моими текстами?»
«Взрывы-то были настоящие, но взорвалась не ракета».
«Понятно… — Она ненадолго задумывается об этом. — …И как именно это связано с моими текстами?»
«Нам лучше поговорить о чем-нибудь другом». (Закрыть тему.)
«Я немного запуталась, но ладно». — Она выжидающе смотрит на тебя.
Развилка
«Кажется, я ее понимаю. Невыразимую тоску лу-попа».
«Что это такое?» — Кажется, девушка действительно заинтересована.
«Невыразимая тоска. Ее не описать, но и прожить без нее невозможно».
«Да, в жизни действительно много грусти. — На ее губах играет улыбка. — Но, думаю, я понимаю, о чем ты».
«Некоторую тоску можно поиметь, а некоторую — нет».
«Но если ты это поняла, Херш… — Она медленно прикладывает палец к губам. — …лучше больше об этом не говорить».
«Потому что нельзя».
Развилка
«Я думаю, твоя музыка так хороша именно благодаря ей».
«Не уверена, что дело в чем-то одном… Но, кажется, я понимаю, что ты имеешь в виду».
«Расскажи мне побольше про лусианский электро-поп».
«Мы называем его лу-поп. Что именно тебе интересно?»
Развилка
«Какая у него история?»
«Этому направлению, лет так, скажем, тридцать? Да, все началось где-то в шестьдесят пятом».
Столько же, сколько и ей. Она и есть лу-поп.
«Он произошел от традиционных лусианских похоронных баллад, но вся инструментальная часть синтезирована. Именно по синтам можно легко отследить год выхода песен: каждому периоду соответствуют определенные звуки».
«Многие ранние песни были написаны в стиле лусийских заупокойных молитв, с длинными вступлениями перед куплетом. А сейчас они ближе по форме к классической поп-музыке».
«Он всегда был так популярен?»
«Поначалу лу-поп был более… независимым. Но лет через десять он завоевал дикую популярность, и последние двадцать лет держит пальму первенства».
Развилка
«Поначалу лу-поп был более… независимым. Но лет через десять он завоевал дикую популярность, и последние…Возможно, ее и зачали под него. Звучит горячо. Грустно и горячо.«Херш, здесь только мы. Я не кажусь тебе реальной? — Она не сводит с тебя глаз. — Потому что ты кажешься».Не угасает. Мерцает.А где бас? Дилетантка.
«Когда ты впервые его услышала?»
«Невозможно сказать. Некоторые песни живут в моей голове дольше, чем воспоминания. Думаю, я родилась под лу-поп».
Возможно, ее и зачали под него. Звучит горячо. Грустно и горячо.
«Значит, теперь он стал очередным ширпотребом. Я предпочитаю андеграунд».
«Нет, это не ширпотреб, — несогласно качает головой она. — Лейблы дают музыкантам полную свободу. Я играю на шести инструментах, Херш. Контролирую весь творческий процесс, от текстов песен до визуальных эффектов и освещения на концертах. Думаю, именно поэтому лу-поп так отзывается у публики. Он настоящий. Ощущения настоящие».
А потом, совершенно не понимая, как это произошло, но очень этому радуясь, руководство подкрадывается и снимает самые сливки.
«Значит, он реален ровно настолько, насколько реальна ты».
Развилка
«Херш, здесь только мы. Я не кажусь тебе реальной? — Она не сводит с тебя глаз. — Потому что ты кажешься».
«Херш, я знаю, что постепенно угасаю, но я все еще здесь», — улыбается она.
Не угасает. Мерцает.
«Ты играешь на шести инструментах?»
«Фортепиано, гитара, альт, кларнет, барабаны и арфа. И цистра, но я включаю ее в раздел "гитары"».
А где бас? Дилетантка.
«Я слышала одну из твоих песен в рекламе в Тусовочном переулке. Очень грустная».
«Само собой. Это самая суть лу-попа. Ощущение потери».
Могилка в сердце.
«Прости, мне сложно объяснить посыл. Предпочитаю, чтобы музыка говорила за меня. Или передавала чувство. Но одно я знаю точно…»
«Тоска — это самая суть жанра. Если не признать ее существование, лу-поп никогда не сможет коснуться твоей души».
«Поверь мне, я знаю, что такое тоска».
«Уверена? Мне кажется, многие думают, что знают… но всё сложнее, чем им кажется».
«Песня может разговаривать с тобой так, будто она была написана специально для тебя. Она — проводник. Если ты не будешь осторожна, лу-поп застанет тебя врасплох».
Отличная память. Говорит на языке призраков. Общается со снами.
«Я предпочитаю музыку, которая пробуждает мою душу, а не оплакивает ее».
«Если хочешь пробудиться, сначала нужно уснуть, разве нет? Прикоснуться ко сну».
ПАРТИЯ НИКОГДА НЕ СПИТ. ОНА БДИТ ВСЕГДА. ПРОСЛУШИВАНИЕ МУЗЫКИ, ВЫЗЫВАЮЩЕЙ НЕГАТИВНЫЕ ЭМОЦИИ, — УДЕЛ УНЫЛОЙ БУРЖУАЗИИ.
Развилка
ПАРТИЯ НИКОГДА НЕ СПИТ. ОНА БДИТ ВСЕГДА. ПРОСЛУШИВАНИЕ МУЗЫКИ, ВЫЗЫВАЮЩЕЙ НЕГАТИВНЫЕ ЭМОЦИИ, — УДЕЛ УНЫЛОЙ…Разные версии дисков. Фирменные синтезаторы. Полные концертные залы. Вся эта тема с грустью окупает сама себя.Забей. «Тоска» в твоем деле не нужна. Только пистолет и твердая рука.Жизнь — боль. Вот и вся причина. Начинается грустно, со временем становится еще грустнее.Песни могут преследовать тебя дольше, чем люди. Вплоть до смертного одра, на бесконечной перемотке на…
«Пробуждение чувств приносит отличный доход».
«Это правда… Чеки не врут».
Разные версии дисков. Фирменные синтезаторы. Полные концертные залы. Вся эта тема с грустью окупает сама себя.
«Могу смело сказать, что это апогей творческого самовыражения».
«Но ты ведь почти ничего не слышала! — улыбается она. — В другой ситуации я попросила бы менеджера дать тебе все мои записи… Но в этот раз тебе придется выкручиваться самой».
Забей. «Тоска» в твоем деле не нужна. Только пистолет и твердая рука.
«Наверняка просто очередная мода. Жанры приходят, жанры уходят…»
«Я так не думаю. Лу-поп не зря так популярен», — пожимает плечами она.
Жизнь — боль. Вот и вся причина. Начинается грустно, со временем становится еще грустнее.
«Звучит как предупреждение».
«Нет, вовсе нет. Просто лу-поп… тяжелый. Это не увеселительная музыка. Если написать песню правильно, она цепляет».
Песни могут преследовать тебя дольше, чем люди. Вплоть до смертного одра, на бесконечной перемотке на задворках твоего сознания.
«Грустная музыка для грустных людей. Поняла. Можно проходить мимо».
«Херш, ты упускаешь самую суть. Грусть и тоска — это разные вещи. Похожие, да… но разные».
«Разве это не нормальное состояние человека? Счастье возможно. Тоска неизбежна».
«Да, конечно. Но становится легче, когда узнаешь ее получше».
«Как бы ты описала звучание лу-попа? В чем его изюминка?»
«Судьба. Томление. Одиночество. Ощущение утраты».
«В лу-попе только девушки?»
«Да, нас большинство. За все эти годы чего только не перепробовали… Группы, мужские дуэты, близнецы», — кривится она.
«Но главные звезды лу-попа, конечно же, девушки. От шестнадцати до тридцати».
«За такой срок особо не разгуляешься».
«Гори ярко, а потом выгорай. Девиз La Fábrica».
Развилка
«Спорю, в тридцать один вас сразу убивают».
«Большинство из нас становится менеджерами или хореографами. При всем уважении, на хер такое счастье».
«Наверное, все дело в присущей двадцатилетним девушкам печали».
«Думаю, это скорее связано с фанатами. Девочки-подростки устанавливают правила. Все остальные просто следуют им».
«О чем твои песни?»
«В основном о своей жизни. О чем еще можно писать?»
О сексе.
О неудачах.
О РАБОЧЕМ КЛАССЕ.
«О людях».
«Я обращаюсь к людям. В этом и есть весь смысл. Я как полупрозрачное зеркало».
«У меня работа такая — быть чистым листом. Я отдаю свои эмоции слушателям. А потом становлюсь пустотой — и они отдают их мне обратно».
Развилка
«У меня работа такая — быть чистым листом. Я отдаю свои эмоции слушателям. А потом становлюсь пустотой — и…«Когда не знаешь — интереснее». — Она мимолетно улыбается.«Ты про старых друзей с фотографии? Ты всё уладишь, Херш, я знаю».«Ты сильная, Херш. И крутая. Я рада, что ты со мной».«Из этого когда-нибудь получится хорошая песня. — Мимолетная улыбка. — Финальная в альбоме».«Только если от нее больно». — Она мимолетно улыбается.
«Обо мне».
«Я с тобой только недавно познакомилась, Херш, но никогда не говори никогда. Некоторые люди даже не подозревают, что я написала о них песни».
«А я хочу знать, если можно».
«Когда не знаешь — интереснее». — Она мимолетно улыбается.
«Я ношу в себе тяжелый багаж травм. Думаю, не стоит объяснять, что всё это очень грустно».
Развилка
«Ты про старых друзей с фотографии? Ты всё уладишь, Херш, я знаю».
«Ты сильная, Херш. И крутая. Я рада, что ты со мной».
«Значит, про парней и всё такое?»
«Про это стараюсь не писать. Отношения быстро рушатся, если их выносить на публику».
А тебе даже публика не требуется.
«Значит, дома у тебя никого не останется?»
«Нет. — Она смущенно потупливается. — Ну, есть один человек. Но я не знаю, насколько серьезно у нас всё было. Так и не научилась это определять».
Еще одно проклятье сногсшибательного успеха и ангельской красоты.
«Из этого когда-нибудь получится хорошая песня. — Мимолетная улыбка. — Финальная в альбоме».
«А про любовь поешь?»
«Только если от нее больно». — Она мимолетно улыбается.
«Что думаешь насчет Культурной блокады?»
«Думаю, я понимаю, зачем она нужна — многие боятся Ла-Луса. Но мне хотелось бы, чтобы лу-поп распространялся и дальше, по всему миру. Так далеко, как только возможно».
«Для музыки не должно быть никаких блокад. У искусства нет пределов».
Развилка
«"Скрой Луну, когда я умру" — про что она?»
«Я вдохновилась старым лусианским похоронным обрядом — когда кто-то умирает, там на три дня накрывают все зеркала саванами».
«Зачем?»
«Чтобы умерший не застрял в зеркале. В больших городах так теперь почти не делают, но вот в маленьких городах и деревнях… Помню, так делали, когда умерла бабушка. В детстве меня это очень впечатлило».
Шестилетняя девочка медленно приподнимает уголок тяжелой белой простыни с истрепанными краями. Под простыней зеркало. В комнате никого. Девочка замечает собственное отражение в зеркале и в ужасе отшатывается от него, выпуская простыню из рук.
«Ну, в общем, однажды мне приснился сон, что я оказалась заперта в Луне».
«Внутри Луны, да? Не на поверхности?»
«Внутри, да. Как в огромном зеркальном шаре».
«Если честно, это было больше похоже на кошмар. Так что я подумала, что, когда умру, кто-то должен будет накрыть Луну огромным саваном на три дня. Чтобы я не оказалась заперта внутри, как в ловушке».
Настоящий мрак. Ни единого луча света, только мертвые звезды.
«А потом я взяла этот образ и написала песню», — пожимает плечами она.
«Серьезная тема для мейнстримной попсы».
«Ну, многие находят в ней что-то близкое для себя. — Она сбивает что-то с рукава куртки щелчком пальца. — С чартами не поспоришь».
Развилка
«Ви, ты такая крутая!»
«Спасибо, Херш. Ты тоже».
Другой вариант реплики
«Спасибо, Херш. Ты тоже. Ну, когда не бываешь странненькой».
«Звучит как-то неправдоподобно».
«Я тебя услышала, Херш. В следующий раз подберу метафору попроще».
«Круто».
«На самом деле нисколечки не круто. Я всё оттуда видела, но там не было никаких звуков, ни музыки, ни голосов… мертвая тишина».
«Разве лу-поп не просто еще одно оружие Луса в идеологической борьбе?»
«В нем есть элемент пропаганды, да. Это неизбежно в государстве, которое ценит свою культуру».
Ты разговариваешь с самым опасным бойцом лу-попа. Его стеклянной пушкой.
«Здорово, что ты из этого выбралась».
«Спасибо. Но я не до конца выбралась. Одной ногой еще там».
Развилка
Ты можешь вытащить ее, а можешь пинком загнать обратно.
Развилка
Одной ногой в империи. Другой ногой в тени.
«У тебя кровь на руках, Ви».
«А ты шпионка, Херш. Давай не будем сравнивать преступления режимов».
Развилка
«Не ты ли говорила, что собираешься убить министра Рейеса? Это у тебя кровь на руках. В буквальном смысле».
ЭТА ГЛУПАЯ ДЕВЧОНКА ПУТАЕТ РЕВОЛЮЦИЮ С УБИЙСТВОМ.
«Ничего не знаю о Суперблоке, но помню по урокам истории, что коммунисты вечно плетут какие-то интриги».
ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ ЛЕТ ИНТРИГ. ИХ НЕ ОСТАНОВИТЬ.
«Ты же крупнокалиберный пулемет — ты должна идти в первых рядах и скашивать врагов очередью из пропагандистских хитов!»
«Ну, тогда считай, что я дезертирую. Снаряды закончились. С меня хватит, Херш».
«А что со статистикой суицидов? Эпидемия?»
«Не думаю, что кто-то за подобным следит», — резко отвечает она.
«Кто-то определенно следит, я тебе это гарантирую».
«Может быть. Нужно спросить в Министерстве массовой культуры».
Развилка
«Не верю, что никто не попытался превратить эту штуку в оружие».
«Если так, то это красивое оружие».
«Спасибо за краткое введение в лу-поп». (Назад.)
«Без проблем, Херш».
Развилка
«Еще несколько вопросов про лу-поп…»
«Слушаю», — кивает поп-звезда.
«Тут неподалеку трется парочка фан-шифтеров, Ви».
«Отлично. То, от чего я пытаюсь убежать, стоит прямо на пороге».
Другой вариант реплики
«Да, ты уже об этом упоминала».
«Они грубые, но веселые».
«Они немножко… помешанные. И не знаю, по-моему, они упускают часть смысла моей музыки. И неправильно ее понимают».
Ей некомфортно.
Развилка
«Каждый слышит в твоей музыке что-то свое».
«Да, ты права, Херш. С этим я ничего поделать не могу».
«Нет, на самом деле кое-что могу. — Она окидывает комнату взглядом. — Я могу убежать и никогда не возвращаться».
Развилка
«А они упоминали о суициде? Падших ультрас?»
«Для ультрас подобные акты самоуничтожения не редкость. — Она опускает глаза. — Не люблю, когда такое случается, но иногда бывает».
«А еще я получаю письма… В последнее время их просвечивают, чтобы уберечь меня от худшего…»
Еще одна вещь, от которой она пытается убежать.
«А может лу-поп довести до самоубийства?»
«Сама музыка — нет, не думаю. Но вот если она затронет душевную травму…»
«Здесь мы имеем дело с человеческой душой, Херш. А чужая душа всегда потёмки».
«А тебя когда-нибудь пытались убить?»
«У меня была пара сталкеров, но ничего серьезного. Обычно моя охрана с ними быстро разбирается».
Она на службе государства. Плачущее око не терпит внешних угроз. К ним у него нет никакой жалости.
«Но два года назад одна девочка убила себя на моем концерте. Застрелилась из пистолета».
«Жесть, Ви».
«Ага. На третьем ряду. Смотрела прямо на меня. — Она нажимает клавишу. — Леонор Соуза. Ей было пятнадцать».
Развилка
«Я после этого полгода концертов не давала».
Из дома тоже не выходила.
Развилка
«Пиздец. Я этого не знала, Ви».
Промолчать.
«А тебя когда-нибудь пытались вандануть?»
«Они, кажется, думали, что это круто. Какая-то статусная штука».
«А вот я, разумеется, не нахожу это крутым».
«Вот почему мне не нравится весь этот фан-шифтинг. Шифтеры заходят слишком далеко. А потом начинают подзуживать друг друга… Моя музыка про чувства. А не про то, что нужно перестать быть самим собой».
«Я бы сказала, что такова цена славы».
«Наверное, ты права. А я просто витаю в облаках».
«Они думают, что твоя музыка — это как удар в локтевой нерв. Они пытаются нанести друг другу такие удары».
Поп-звезда моргает, пытаясь осмыслить твои слова.
«Мне нечего добавить».
Развилка
«А что вообще значит "мунглоу"? Они все время повторяют это слово».
«Я его никогда не говорила. Это какое-то бессмысленное словечко, которое придумала пиарщица к выходу последнего альбома. К сожалению, оно прилипчивое».
«К осени они уже забудут, почему им нравилось это словечко. Мунглоу больше не будет мунглоу».
Развилка
«Яна пошла дальше всех остальных фан-шифтеров, да?»
Развилка
«В смысле?»
«Ну… она в буквальном смысле хотела стать тобой».
Развилка
«Не думаю, что Яна хотела стать мной. Мне кажется, она просто не хотела быть собой».
И в результате стала Темпо, гомосексуальным преступником средних лет.
Развилка
«Это другое, Херш. Я не хотела быть Ви. Я просто хотела стать кем угодно, только бы не быть собой. Да ты и сама это видишь, учитывая, что я перевоплотилась в ебаного Темпо».
«Я знала вас обоих, Яна, еще до импринтинга. Теперь ты не просто Темпо или Яна. Ты отдельный человек. Двухцветный калейдоскоп».
Девушка бросает быстрый взгляд на поп-звезду и едва заметно улыбается.
«Не ставь меня на одну доску с этими тупыми дурами, Херш».
«В смысле, Херш?»
«Ну хватит о фан-шифтинге». (Назад.)
«Согласна. Я не буду по ним скучать».
Развилка
«Если честно, у тебя с ними вообще ничего общего».
«Я таких много повидала. Они помешанные. Вроде как безобидные, но… кто их знает…»
«Они петь ни фига не умеют».
«Знаю. Иногда я слышу ультрас с первых рядов на концертах. Это очень мешает, они же даже ритм держать не умеют».
«Так какие у тебя планы на будущее?»
«Всё просто. Бежать. До самых Восточных Республик». — Она три раза нажимает одну и ту же клавишу.
«А что там такого в Восточных Республиках?»
«Развитая музыкальная среда. И далекий берег».
«Значит, ты выбираешь жизнь беглянки?»
«Я никогда о себе так не думала. Но да, беглянки». — Она пробует слово на вкус, впервые произнося его с новым смыслом.
Беглянки из одной империи в другую. Задумываются ли ангелы о том, мертвецы ли вокруг них или живые?
Развилка
«Это потребует от тебя больших жертв».
«Я не боюсь». — Девушка почти машинально играет быструю и нежную мелодию.
«Пока у меня под рукой есть что-либо, что издает звуки, я не боюсь исчезнуть».
Развилка
«Знаешь, ты не справишься».
«Ошибаешься. Справлюсь». — Девушка почти машинально играет быструю и нежную мелодию.
Развилка
«Справится». — Кивок и выдох.
«Зови себя не "беглянкой", а "отступницей". Так круче звучит».
«И несколько храбрее». — Девушка почти машинально играет быструю и нежную мелодию.
Кто-то слегка не вписывается в атмосферу в этой комнате.
«Никуда ты не бежишь. Ты застряла в этой комнате».
«Тогда я позволю свету унести меня прочь».
«Ты же понимаешь, что за тобой охотится вся мощь лусианского правительства, да?»
«О да. Готова поспорить, они в ярости. Контракты и всё такое».
«В настоящий момент я ответственна за 6,2% от ВВП Ла-Луса, так что ничего они мне не сделают. Сразу отвезут на какую-нибудь мегасцену».
«Работаешь над новым материалом?» (Кивнуть на синтезатор.)
«Да, пытаюсь. А ты знакома со старым?»
ОТСТУПАЯ, ВЫЖИГАЙ ЗЕМЛЮ. ОТРИЦАЙ «МОЛОДЕЖНУЮ КУЛЬТУРУ». ЧАРЫ НОВОГО — УЛОВКА ВРАГА.
«Неофашистские гимны».
«Не вся музыка — атрибут какого-то движения. Всё, что она должна делать, — это побуждать кого-то к движению».
«В любом случае лу-поп — штука довольно грустная, но не совсем уж плохая. Я написала пару-тройку довольно приличных песен».
«Не вся музыка — атрибут какого-то движения. Всё, что она должна делать, — это побуждать кого-то к движению».«Думаю, в заезженности и весь смысл. Ибо его спонсирует государство».«Да, он не отличается разнообразием».«Ладно, тогда, думаю, всё в порядке…»«Круто. Некоторые чудаки не приемлют отказа».Развилка 1324«Она же сказала "без странностей", Херш. Совсем, а не "возможно"».
И парочку таких, которыми она очень даже гордится.
«Погоди, они разрешали тебе сочинять собственный материал? А разве ты не… продукт той самой фабрики поп-звезд, которая работает на потоке?»
«Само собой, многие исполнители лу-попа проходят интенсивное обучение. Но все мы сами пишем себе материал. Это важная часть того, чему нас обучают, помимо танцевальных па: творческое самовыражение, свобода, решительность».
«В том, что создано какой-то комиссией, всегда будет некая фальшь. Которую ощутит каждый. То, что идет от души, всегда будет… с душой. Чем-то личным».
«И как новый материал по сравнению с лу-попом?»
«Он… неплох. Даже слегка пугает. Я больше не хочу писать просто грустную музыку, но я всегда работала только в этой стилистике. Пытаюсь открыть для себя новые оттенки».
Она играет несколько медленных фраз, в этот раз двумя руками. Бас переплетается с высокими частотами. Из ниоткуда возникает эмоция.
Она напоминает тебе последнюю строфу в некой поэме.
ПОХОРОННЫЙ ПЛЕЙЛИСТ. ГРОБОВАЯ КОДА.
Развилка
«Как по мне, то, что ты сейчас играешь, звучит очень приятно».
«Потому что это приятная мелодия. Я могу сочинить сотню таких, я играю на пианино с пяти лет. Не знаю… люди называют меня перфекционисткой».
«Будь перфекционистом, или будешь как все. Я так считаю».
Развилка
«Ты, главное, не останавливайся. Миру без музыки не обойтись».
«Я думаю, что в мире уже слишком много музыки. Она повсюду. В магазинах, ресторанах, кафе, на крышах, в лифтах… Яна говорит, что даже в аэротрамваях установили проигрыватели. Зачем?»
ОТВЕТ ОЧЕВИДЕН. МАССЫ ДОЛЖНЫ ПРЕБЫВАТЬ В ЛЕГКОЙ ДРЕМЕ.
«Вероятно, чтобы мешать людям слишком много думать».
«Да. Именно. Что-то вроде… анестетика». — Она решительно кивает.
«Полная противоположность тому, чем музыка должна быть».
«Да. Именно. Что-то вроде… анестетика». — Она решительно кивает.«Думаю, чтобы мешать людям чувствовать».«Да. Словно он уже махнул на себя рукой. И на всех, кто, возможно, будет его слушать».«Не думаю. Нет такой вещи, как подлинная имитация… лишь бесконечная череда куплетов-припевов, всё менее…«Значит, ты уже находишься на нужной им стадии. Безразличие к звукам».
Развилка
«Ведь жизнь гораздо веселее, когда у нее достойное музыкальное сопровождение».
«Думаю, чтобы мешать людям чувствовать».
«Культура при смерти, Ви. А люди просто проходят мимо».
«Возьми любой альбом — все обложки одинаковые. Включи его — вся музыка одинаковая. Словно это музыка для… призраков. Гимны, ничего не воспевающие».
«Я как-то работала с одним гитаристом. Он отвалил чудовищные деньги за один конкретный усилитель, который его любимая группа один раз использовала на записи. И он… гордился покупкой. Сказал, что так "аутентичней"».
Никакой презрительности, просто легкая грусть.
«Очень тупо».
«Да. Словно он уже махнул на себя рукой. И на всех, кто, возможно, будет его слушать».
«Иногда имитация кажется более подлинной, чем оригинал».
«Не думаю. Нет такой вещи, как подлинная имитация… лишь бесконечная череда куплетов-припевов, всё менее убедительных с каждым новым циклом».
«Ну, я настолько не углубляюсь. Музыка либо играет, либо нет».
«Значит, ты уже находишься на нужной им стадии. Безразличие к звукам».
«А ты свою старую группу хоть иногда вспоминаешь?»
«Я соло-исполнительница. У меня нет группы, только приглашенные музыканты».
«Соло»? А вот это уже гнилой базар насчет лабающей с ней братвы и их подгонов!
«Получается, братва для тебя ничего не значит?»
«Братва?..»
«Братва! Твоя команда! Приглашенные музыканты!»
«Мне важно лишь то, как они играют. Я многих уволила. Знаешь, как сложно найти достойных музыкантов? Большинство из них технически компетентны, но в их исполнении всегда чего-то не доставало…»
«Мне всегда были ближе девчонки из подтанцовки. Вот с кем дышишь в одном ритме на сцене. Аурелия, Мисти… Лулу. Марла. Я скучаю по ним. Надеюсь, у них всё хорошо».
Четыре молодые женщины в тесных камерах. На допросах пока избегают насилия, но проводят их с пристрастием.
Несмотря на слаженные усилия Плачущего ока, ни одна из четверых не дала никакой информации о внезапном исчезновении ведущей исполнительницы.
Развилка
«А разве те, кто с тобой работает, для тебя не важны?»
«Знаешь, раз уж на то пошло, я и сама вроде как соло-исполнительница».
«Тяжела корона, верно?»
«Не стоит так принижать свою же команду!»
«Я ценю хороших музыкантов. Но им не приходится по ночам сидеть на самом заднем сиденье гастрольного автобуса наедине со всеми этими проблемами».
«А вот это — моя старая команда». (Показать ей фото Банды.)
Поп-звезда наклоняется вперед и тщательно разглядывает каждого.
«Хорошее фото. В нем чувствуется эмоция. — Теперь она смотрит на тебя. — Вы были близки друг другу».
Так близки, что соприкасались тени.
Так близки, что теперь тебе больно.
«Нам было что вспомнить».
«И это всё, что мы по-настоящему получаем от жизни. Череду моментов, поддерживаемых непрочной нитью».
На фото непросто смотреть, но его легко можно коснуться. Когда твои пальцы находят краешки фотографии, их пронизывает некий импульс.
«Спасибо, что показала ее мне, Херш».
Развилка
Тебе не стоило хранить эту фотографию. Тебе стоило оставить ее там, где ты ее нашла: запертой за закрытой дверью, валявшейся на земле, испачканной кровью твоего союзника.
«На самом деле не очень».
«Думаю, что были. Смотри. — Она указывает на фото. — Смотри, как они тебя обступили».
«Единственные настоящие мои друзья».
«И их шестеро? Вполне достаточно. Больше, чем иные люди встречают за всю свою жизнь».
«А ты просто размышляешь о музыке?»
«Нет. По большому счету, я размышляю над ошибками».
«Какими именно ошибками?»
«Ноты, в которые чуть-чуть не попала. Песни, которым не помешал бы еще один куплет или чуть более длинный бридж. Названия альбомов, которые я утвердила, зная, что можно было придумать и лучше… мы слишком превозносим святость компромиссов».
«Порой я себя терпеть не могу. Свою слабость. Обыденность».
«Ну, не стоит быть к себе настолько строгой».
«Ненавижу, когда люди так говорят». — Она улыбается тебе.
«Узость взглядов. Вот что я не могу простить. Как себе, так и другим».
«Ненавижу, когда люди так говорят». — Она улыбается тебе.«Разумеется важно. Даже пингвины чувствуют, когда их что-то касается».«Да. Да, ты права, Херш. Должно. Самое непростое занятие в жизни».«Нет. — Она качает головой с неким вызовом. — Всё должно быть на отлично. А если нет, то я лучше брошу всё…
Развилка
«А разве это важно? Вся индустрия целиком и полностью управляется не разбирающимися в искусстве приодетыми пингвинами».
«Разумеется важно. Даже пингвины чувствуют, когда их что-то касается».
«Искусство и должно быть непростым».
«Да. Да, ты права, Херш. Должно. Самое непростое занятие в жизни».
«Иногда получается хорошо, а иногда — плохо. Одно не бывает без другого».
«Нет. — Она качает головой с неким вызовом. — Всё должно быть на отлично. А если нет, то я лучше брошу всё прямо сейчас и больше в жизни не сыграю ни одной ноты».
«О да, ха-ха. Ну, насчет этих я не в курсе». (Вернуться.)
«Повезло тебе».
«Как ты справляешься с критиками?»
«При помощи безразличия и равнодушия».
Поп-звезде больше нечего сказать по этому вопросу.
Развилка
«Искусство внушает страх. Недавно мне пришлось написать поэму. Тотальное духовное побоище».
«Значит ты, типа, автор стихов?»
«Нет, это было необходимо для одной работенки. В сжатые сроки».
«Это мне знакомо». — Она слегка поворачивает голову.
Развилка
«О да. Считай, вскрыла себе вены и писала всё кровью».
«Да, мне бы не помешал такой настрой, — одобрительно кивает она. — Кровь на клавишах. Что посеешь, то и пожнешь, верно?»
(Кивнуть, словно ты не прямо сейчас осознала себя «автором».) «Очень андеграундный автор».
«Кажется, это эвфемизм для "дилетанта", нет? Что ж, главное, чтобы ты была довольна».
«Хватит о музыке». (Вернуться.)
«Хорошо». — Она категорично играет легкую мелодию.
Эта девушка брошена на произвол судьбы и остро нуждается в коллаборации! Пора оставить свой след. В культуре.
Давно подавленные мечты о славе поп-звезды всплывают на поверхность твоего сознания, словно утопленники.
Развилка
«Ты можешь уйти из музыки. Заняться чем-то другим».
«Могу. Но тогда моя душа погибнет. Поэтому я этого не сделаю».
«Не думала, что в технофашизме столько романтики. Почему ты больше не занимаешься лу-попом, раз он так высвобождает?»
«Потому что не хочу».
«Рада за тебя. Давай обсудим что-нибудь другое». (Вернуться.)
«Хорошо».
Развилка
«Да, лу-поп крут. Слегка заезжен, но крут».
«Думаю, в заезженности и весь смысл. Ибо его спонсирует государство».
«Слышала, он довольно уныл».
«Да, он не отличается разнообразием».
«"Знакома"? Прослушала от корки до корки».
«Люди иногда начинают вести себя странно. Ты же не станешь вести себя странно, м?»
«Куда уж страннее…»
«Ладно, тогда, думаю, всё в порядке…»
«Мне уже доводилось общаться со знаменитостями. Считай, я сама невозмутимость».
«Круто. Некоторые чудаки не приемлют отказа».
«Возможно».
«У моего телохранителя работало правило "не ближе двух метров". Его здесь нет, но вот правило пусть будет».
Развилка
«Она же сказала "без странностей", Херш. Совсем, а не "возможно"».
«Ты состоявшийся музыкант. Мне бы хотелось узнать твое мнение насчет кое-какой музычки…»
«Хорошо. Однако оно может быть более категоричным, чем ты рассчитываешь».
Развилка
«Это же… не твоя музыка, верно?»
«Пока что нет».
«Ладно… тогда, думаю, сойдет». — Кажется, она испытывает облегчение.
Развилка
«Вряд ли ты с ними знакома, но… Что скажешь насчет Blood Golem?»
«Периодически запоем слушаю Големов».
«Серьезно?»
«Сто процентов. Они — идеальный противовес моей музыке. Тоскливая ярость против тоскливой опустошенности».
Времена года в цикле отчаяния.
«Иногда слушаю их прямо перед выходом на сцену. Они дают мне эмоциональный настрой… Странно, не знаю, как описать. Но это работает».
«У них есть душа».
«Да. Настоящие эмоции».
Развилка
«Да. Настоящие эмоции».«Хм-м… — Она задумывается на мгновение, затем радостно кивает: — Наверное, "Узы рояльных струн". Последний…Настоящая кувалда из меланхолии. Мир музыки внезапно ощутит, что совсем не готов к такому.«Скажем так, не совсем. Экстремально выраженной, если на то пошло. Хотя, говоря по правде… большую часть их…
«У тебя есть у них любимая песня?»
«Хм-м… — Она задумывается на мгновение, затем радостно кивает: — Наверное, "Узы рояльных струн". Последний трек на альбоме "Познаю тебя через грохот твоего коллапса"».
«Вам стоило бы замутить что-то вместе».
«Буду только рада. Точнее сказать, я была бы рада, но… Мой лейбл ни за что этого не допустит». — Она улыбается при этой мысли.
Настоящая кувалда из меланхолии. Мир музыки внезапно ощутит, что совсем не готов к такому.
«Они тоже работают с невыразимой тоской?»
«Скажем так, не совсем. Экстремально выраженной, если на то пошло. Хотя, говоря по правде… большую часть их лирики довольно сложно понять».
«Круто, Ви. Не ожидала от тебя».
«Я очень ценю всё, что идет от сердца. Всё, что не… коммерциализировано. А еще они — идеальный противовес моей музыке… тоскливая ярость против тоскливой опустошенности».
«Фанатеешь от Мими Серафины?»
«О да! Когда я была помоложе, у меня было полно плакатов с ней. Висели прямо над кроватью».
«Я очень ее уважаю. Ей был всего двадцать один год, когда она решила биться за право самостоятельно продюсировать запись. Каким-то образом ей разрешили. Но ее подход был настолько авангардным, что те, кто купил запись, решили, что со звуком что-то не в порядке».
Навязала системе свою волю. Неплохо.
«Даже и представить не могу что-либо круче».
Развилка
«Ты же слышала Un Deux, да?»
«Нет».
«Восходящие звезды говносинта?»
«"Говно…синта"?»
Ты наблюдаешь, как ее нос вздергивается кверху на пару градусов.
«Поищи "Бегом, бегом на пляж". Будущий мегахит».
«До чего ребяческое название!»
Развилка
«Да, мне тоже не зашло».
«Если тебе нравится, Херш… не смею переубеждать. Каждый имеет право на свой говносинт».
«Они, собственно, и изобрели это жанр».
«О, что ж… Очень за них рада. Я уважаю индивидуальность… даже если она обмазана говном». — Она улыбается.
«Слышала когда-нибудь песню "Суперблок, крошка"?»
«"Суперблок, крошка"… Нет, не думаю, извини».
«Песня коммунистическая, но с иронией».
«Прямо как ты, Херш, да?»
ГУЛАГ.
«Нет, я настоящий коммунист, кроме шуток».
«Это нормально, мы всё равно сможем дружить. — Она наклоняется к тебе и шепчет: — Я не настоящая технофашистка».
Развилка
ЭТО ОПРЕДЕЛИТ РАССТРЕЛЬНАЯ КОМАНДА. ОБРАТИМСЯ К НЕЙ.
«И как эта самая "Суперблок, крошка" звучит?»
Поехали. Спонтанное прослушивание, которое положит начало множеству коллабораций.
«Мне сейчас нужна тока, моя крошка из Суперблока»… (Спеть припев.)
В ответ поп-звезда напевает мелодию себе под нос, потом еще раз, но слегка медленнее.
Развилка
«Эта та мелодия, которую ты наигрывала на моем синтезаторе, да?»
Разве? Может, и так.
«Возможно».
«Не возможно, а так и есть. Я уверена, хоть ты слегка и не попала в тональность».
«Мелодия хорошая. Но над словами надо поработать».
Развилка
«Я лишь вместилище для культуры, Ви. Я не знаю, что именно при этом транслирую».
«Как и все мы. Хотя, как правило, я та, кто против культуры, если послушать популярных критиков».
Развилка
Сыграть ей мелодию на синтезаторе — это одно… спеть — нечто совершенно другое. Ни за что.
«Да, я как-нибудь принесу тебе диск…»
«Круто. Послушаю с удовольствием».
Петь… в присутствии мегаталантливой поп-звезды? Сбавь обороты, КАСКАД, такому тебя не обучали.
«Точь-в-точь как и я».
«Отлично».
Развилка
ГУЛАГ ОБЕИМ.
«Тебе стоит сделать на нее кавер-версию. Получится крутой такой бонус-трек».
«Не уверена насчет политических последствий, но, возможно…»
«Похоже, до Ла-Луса она не добралась».
«Похоже. На слух — чистая ересь».
«Благодарю за твое мнение». (Назад.)
«Без проблем, Херш».
Развилка
«Ноты мне не понадобятся, спасибо».
«О, ладно. Хорошо». — Кажется, ей полегчало.
«Поделись еще мыслями о музыке…»
«Конечно».
Коллаборация с психоделически популярной поп-звездой.
Эта девушка теперь не поп-звезда… она — артистка, застрявшая в промежуточной фазе и в промежуточном пространстве. Ей нужна помощь не с творчеством, а с самоидентификацией.
«Итак, какое у тебя будет новое сценическое имя?»
Развилка
«Сама задаюсь этим вопросом. — Девушка обращает свой взор на тебя. — У меня уже целый блокнот заполнен идеями, но ни одна из них мне… не подходит».
Развилка
«Как не подходит и "Ультра-Виолетта"».
«Верно. Она всегда была как-то не к месту».
Развилка
«И ты не хочешь использовать свое настоящее имя?»
«Не думаю. Его никто не использовал с тех пор, как мне исполнилось восемь. Оно тоже принадлежит кому-то другому».
«Мне тоже дали сценическое имя. Даже, скорее, антисценическое. "КАСКАД"».
«КАСКАД… — Девушка обдумывает услышанное. — Неплохо».
«Я попросила дать мне новое, но они не хотят».
«А почему ты захотела новое имя?»
Потому что ты опасаешься, что нынешнее отмечено проклятием. КАСКАД, посланница неудач, смерти и эпидемия межчеловеческой разобщенности.
«Потому что это моя попытка номер два. Я боюсь, что всё… повторится. По моей вине».
«Муки второго альбома». — Девушка кивает со знающим видом.
«Да у меня и первый-то не стал хитом».
«Что ж, сделай сейчас всё как надо, и, возможно, они чуть больше станут ценить первую попытку».
«Спасибо, Херш. — Поп-звезда смотрит на тебя слегка иначе, чем прежде. — Каскад…»
«На языке Империи просвещения "каскад" будет звучать как "слёзоток"… Поток слёз… Знаешь, в этом что-то есть».
Развилка
«Бывают имена и похуже».
«Это точно. В том году одна неудачливая дебютантка в лу-попе назвалась как Старла Старлайт. Предел достижений — 39 место в чартах. Второго сингла не было». — Ее передергивает.
«Разумеется, итогового решения пока нет, я еще в начале процесса. Но было увлекательно, Херш. Спасибо».
Развилка
«Не забудь, что имя нужно писать заглавными. Так брутальней».
«СЛЁЗОТОК. Да. Очень даже неплохо».
Другой вариант реплики
«СЛЁЗО ТОК. Да. Очень даже неплохо».
«Без обид, Ви, но придумай себе другое имя. КАСКАД уже занято».
«Поняла, Херш. Мне просто понравилось, как оно звучит. Остаётся при тебе».
Развилка
«Разве смысл этих шпионских сценических имен не в том, чтобы о них практически никто не знал?»
«Оставим это, Яна. Херш явно к нему привязалась. И ревностно его оберегает».
«Да. Совсем неплохо. Его даже можно разделить… "Слёзо Ток"».
«Да, можно… Совсем неплохо, Яна».
«Поток, полный слёз».
«Здорово». — Широкая улыбка направляется в твой адрес.
«В тот раз всё было сработано грубовато, но действенно. Не уверена, что мы сможем вновь воспроизвести то волшебство».
«Не попробуешь — не узнаешь. Но я думаю, что тебе стоит попробовать…»
«В первый раз было добротное демо. А сейчас у нас крутая студийная запись, с полным оркестром».
«Инструменты — всего лишь инструменты. Лишь твое сердце является константой. Всегда».
«Мне тоже поначалу нравилось. Теперь я сомневаюсь».
«Как так?»
«Херш, не будь стервой, я же просила вести себя в рамках…»
«Всё в порядке, Яна. Я сама задаюсь этим вопросом. — Девушка переводит взгляд на тебя. — У меня уже целый блокнот заполнен идеями, но ни одна из них мне… не подходит».
Ночью шпионка, а днем — певица. Ну, и ночью тоже. Сдвинь эту коллаборацию с мертвой точки и задорого продай. Ты можешь многое предложить в этом проекте.
«Может, мы могли бы с тобой как-нибудь "заколлабиться"?»
«О… — едва слышно произносит она. — Да, конечно».
«Ты и я, яркая знаменитая поп-звезда — и андеграундная поэтесса. Звучит неплохо, да?»
«Да, может круто получиться».
Помимо того что в твоей идее нет ничего крутого, нет никаких шансов, что эта «коллаборация» вообще произойдет.
Развилка
Стоп, вообще никаких шансов?
Чуть меньше нуля. Лучше вытрави эту идею из своей головы.
Развилка
«Да… круче некуда».
Развилка
«Угу». — Она осматривается, нет ли рядом кого-то, кого угодно, кто мог бы прервать этот разговор.
Развилка
«Угу». — Она искоса бросает взгляд на Яну.
«Херш».
«Вообще-то у меня уже есть парочка идей…»
«Отлично. Готова спорить, они все отличные».
«Планирую замутить что-то вроде цикла из трех частей. Суперамбиентного. Суперконцептуального».
«Концептуального, ясно».
Галактическая одиссея: в поисках педали энтропии. Вы с Ви в голографических накидках в окружении синтезаторов. Звучат синхронизированные соло на электролютнях…
«Все три альбома — на двойном диске. Все песни длятся больше пятнадцати минут. И разумеется, никаких радиоверсий. Это позиция принципиальная и не обсуждается».
«Звучит очень круто. — Она смотрит на Яну. — Мне нравится эта концепция».
Другой вариант реплики
«Звучит очень круто. — Она смотрит в пол. — Мне нравится эта концепция».
Развилка
Развилка
«В общем, Ви… У Яны есть мои контакты».
«О, буду иметь в виду». — Она беспокойно ерзает, избегая твоего взгляда.
Развилка
«Ты чего, Херш, тупишь, что ли? Никаких тебе "коллабов" с Ви».
«Отвали, это наша с ней коллаборация. Свои устраивай самостоятельно».
«Яна, ты же сказала, что она без закидонов…»
«Все, блядь, эту тему закрыли. Давай уже дальше».
«Да, как скажешь. Слушай, Ви, у Яны есть мои контакты…»
«О, буду иметь в виду». — Она беспокойно ерзает, избегая твоего взгляда.
«Ты не сечешь в культуре так, как мы».
«В смысле… я вполне врубаюсь в культуру». — Она беспокойно ерзает, избегая твоего взгляда.
Развилка
«Короче…»
Развилка
«Херш».
«И разумеется, никакого наложения звука. Это позиция принципиальная и не обсуждается».
«Полностью поддерживаю. — Она смотрит на Яну. — Суперкруто».
Другой вариант реплики
«Полностью поддерживаю. — Она смотрит в пол. — Суперкруто».
«Может, сделаем всё в минималистичной манере: только клавиши и гитара? Пишем всё вживую, ну, знаешь, комнатное звучание».
«Минималистично, да. Это круто».
«В общем, я как-нибудь к тебе загляну или…»
«Эм… конечно. В любое время, когда угодно».
«Никогда. Умоляю».
Развилка
«Ну, как бы я знаю, где тебя искать. Ты явно никуда не собираешься, ха-ха».
«Ага, точно, я буду здесь». — Она еле заметно кивает.
Развилка
«Я сейчас слегка занята, но, само собой, держи меня в курсе насчет этой крутой идеи».
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
«Херш».
«Ага. Ладно. Звучит круто, мы что-нибудь придумаем». (Закрыть тему.)
«Само собой».
Масштаб неудачи: колоссальный. Вероятность провала: грандиозная. Моральный ущерб: катастрофический, но вполне привычный.
Развилка
«Я просто считаю, что нам обеим есть что привнести в процесс».
«Да нет, я тебя понимаю. Теоретически идея очень крутая».
«По твоему голосу не скажешь».
«О нет, я реально так думаю. Очень круто звучит».
«Увидимся, Ви». [Уйти.]
«Приятных снов, Херш».
Развилка
«Приветик». — Прима лу-попа бросает на тебя беглый взгляд.
Развилка
«Классная футболка. — Второй взгляд падает тебе на грудь. — Она похожа на меня».
В ее поведении сквозит некий дискомфорт… медленная рябь на прибрежной воде.
Развилка
«Всё круто?»
«Вовсе нет, и довольно давно, Херш».
«Темпо сказал, что поможет мне сбежать… один его друг должен был раздобыть для меня пропуск или что-то вроде. Но уже прошло несколько недель — а от него ни слуху ни духу».
«Ты обсуждала это с Яной?»
«Она твердит, что всё будет, но никаких подробностей не дает. По факту ее слова становятся всё более расплывчатыми. Прямо как у моего первого менеджера».
«Думаю, тебе стоит поговорить с Яной».
«Да говорила уже. Не знаю. Я просто хочу снова увидеть небо».
«У тебя бывало такое, чтобы ты готова была сжечь дотла весь мир и всех его обитателей, будь у тебя такая возможность?»
МАСКА СБРОШЕНА. ТЕХНОФАШИСТКА С ДОБРЫМ ЛИЦОМ ЗАДУМАЛАСЬ ОБ ЭТНИЧЕСКИХ ЧИСТКАХ.
«Так вот какой твой финальный аккорд! Техногеноцид».
«Нет, это просто мыслительный эксперимент. А может быть, просто настроение плохое. Неважно».
«Я словно… в окружении, Херш. Словно стены сдвигаются всё теснее, когда я не смотрю на них».
«Нет, это просто мыслительный эксперимент. А может быть, просто настроение плохое. Неважно».«Очень окрыляет».Разумеется, ты говоришь так сейчас, в хладном свете рационального мышления. Но где-то глубоко внутри частица…Если бы у тебя в руках была спичка, а у твоих ног съеживался от страха пропитанный бензином мир, ты бы зажгла…На мгновение ее мысли порхают над идеей одной-единственной песни, уничтожающей всё живое. Коллективный…«Ясно. Надеюсь, я не превращаюсь в коммуняку…» — Она морщится на мгновение.
Развилка
«Никогда не было таких мыслей».
«Очень окрыляет».
«Ну… да, бывало. Но на самом деле я бы этого не сделала».
«Конечно нет. И я тоже не сделала бы, само собой».
Разумеется, ты говоришь так сейчас, в хладном свете рационального мышления. Но где-то глубоко внутри частица тебя ясно помнит такие моменты.
Если бы у тебя в руках была спичка, а у твоих ног съеживался от страха пропитанный бензином мир, ты бы зажгла ее и бросила вниз, не раздумывая.
«Помнится, такое называют "невыразимой тоской бытия". Привыкай».
«Это не тоска. Это что-то иное. Не то чтобы я пошла у этого на поводу, конечно же…»
На мгновение ее мысли порхают над идеей одной-единственной песни, уничтожающей всё живое. Коллективный трехминутный ритуал красоты и страха.
«Подруга, я годами живу с таким настроем».
«Ясно. Надеюсь, я не превращаюсь в коммуняку…» — Она морщится на мгновение.
«Это серьезная затея, Ви. Она требует времени. Ты сейчас не в той стране, где поп-звезды в почете».
«Я знаю. Но спасибо, что напомнила».
«Всегда что-то да происходит».
«Здесь я этого не замечаю. Наоборот, кажется, будто весь мир замер».
«Мой уж точно, как по мне».
«У вас с Яной разлад или что-то вроде того?»
«Нет. — Она слегка распрямляется. — А что, она что-то сказала?»
«Да она много чего говорит».
«Знаю».
«Нет, ничего такого».
«Это хорошо. Просто…»
«Должно быть, ты сочиняешь новую песню».
«Почему ты так решила?»
«Ты выглядишь грустной. Наверное, песня не движется. Или же… наоборот, в самом разгаре?»
«Не в разгаре. Ничего не движется. В этом-то и проблема».
«Кажется, творческий процесс тебя угнетает».
«Сложно что-либо сочинять в этих условиях».
«Ты выглядишь угрюмой. Прямо как твоя музыка».
«О. Спасибо. Нет, сейчас я ничего не пишу».
Развилка
«Херш». — Девушка отрывисто кивает тебе, словно подтверждая твое присутствие.
Развилка
Как только девушка поворачивается к тебе лицом, в воздухе словно повисает некий странный аккорд.
«Яна, кто это?»
Ее взор говорит, что она готова и защищаться, и атаковать. Потребовалось некоторое усилие, чтобы достойно его встретить.
«Это Херш. Она — подруга Темпо. И моя подруга. Возможно, она сможет нам помочь».
«А ты кто?»
Развилка
«Думаю, ты уже знаешь». — Она кивает на твою футболку.
«Это ты?» (Указать на свою футболку.)
«Это я». — Она тоже указывает пальцем на твою футболку.
«Я Ультра-Виолетта. Очевидно же».
«Ну как же, мегазвезда лусианского электро-попа? — Она в смятении смотрит на другую девушку. — Извини. Херш крайне далека от культурных трендов».
ЛУСИАНКА И ПОП-ЗВЕЗДА? ТРЕПЕЩИТЕ. ДВЕ ГЛАВНЕЙШИЕ РАКОВЫЕ ОПУХОЛИ ПУСТИЛИ МЕТАСТАЗЫ.
«Привет, Херш. — Девушка разворачивается на стуле и смотрит прямо тебе в лицо. — Приятно познакомиться».
ЛУСИАНКА И ПОП-ЗВЕЗДА? ТРЕПЕЩИТЕ. ДВЕ ГЛАВНЕЙШИЕ РАКОВЫЕ ОПУХОЛИ ПУСТИЛИ МЕТАСТАЗЫ.Итак, до своего обнуления ПСЕВДОПОДИЙ слушал записи этой девушки. Или кого-то, кто ее имитировал.«Я же сказала, веди себя в рамках».«Да, блядь, серьезно. Что тут сейчас несерьезного, в этой ситуации?»«Вообще-то это огромная проблема. А то и просто гигантская».«Всё хорошо, Яна. На самом деле мне нравится такой подход».«Всё хорошо, Яна». — Легкая улыбка.
«Взаимно, пожалуй».
Развилка
«Будь я сейчас на сцене, первое впечатление было бы получше. Опять же… Я никогда не любила быть в гуще толпы. Странно, да?..»
«Извини, мне говорили, что сперва я могу казаться несколько недружелюбной. — Девушка улыбается. — Зови меня Ви».
«Будь я сейчас на сцене, первое впечатление было бы получше. Опять же… Я никогда не любила быть в гуще толпы.…«А, понятно. Я думала, это смеха ради или что-то вроде этого».«Думаю, большинство из них уделяют внимание не тому. Опять же… кто я, чтобы указывать им, куда смотреть?»«Что ж, в таком случае… поздравляю. Некоторые люди платят чудовищные деньги за… — Она обводит себя рукой. —…«Справедливо. Так или иначе, дай мне знать».«О. — Она явно приятно удивлена. — Я очень рада, что ты так считаешь».«МИНОРНЫЕ НОНАККОРДЫ» — МЕЩАНСКИЕ МУТАЦИИ, КОТОРЫЕ ОСКОРБЛЯЮТ ЕСТЕСТВЕННУЮ КРАСОТУ ФУНКЦИОНАЛЬНОЙ ГАРМОНИИ.«Мать моя женщина…» — Она прижимает кулак к лицу.«И всё-то они ожидают, что я прям буду в полном одеянии».«Это меня вполне устраивает. Так меня не заметят, даже если будут смотреть на меня в упор».«Яна, всё в порядке. Я с таким уже сталкивалась».
«Хорошо, Ви. Договорились».
«Круто. Так мне больше нравится». — Она кивает, ее косая челка прыгает по лбу.
Тебя не покидает ощущение, что эта девушка по ходу разговора представляет себе твою гибель, в разных вариациях, но держит это при себе.
«Круто. Так мне больше нравится». — Она кивает, ее косая челка прыгает по лбу.«Ультра-Виолетта знаменита. Но сейчас она — кто-то другой. Ви может быть просто мной». — Она кивает, ее косая…«Согласна. Правильная философия». — Она кивает, ее косая челка скачет по лбу.«О, да. Еще как проводят». — Она кивает, ее косая челка скачет по лбу.
В ней, несомненно, есть что-то крайне зловещее.
Песни — новые, чары — старые.
«Что привело тебя сюда, Херш?»
Наверное, это как-то связано с чудесами хирургии для поп-звезд…
Существо перед тобой неуязвимо для времени. Условно говоря, ты умрешь через несколько секунд той вечности, которую проживет она.
Коридор с надписью «НА ПУТИ К СОРОКЕТУ» скоро схлопнется за твоей спиной, прямо как вход в волшебную горную пещеру.
Просто сияет.
«Прошу потерпеть. Просто ты исключительно знаменита».
Другой вариант реплики
«Прошу потерпеть. Очевидно, ты исключительно знаменита».
«Ультра-Виолетта знаменита. Но сейчас она — кто-то другой. Ви может быть просто мной». — Она кивает, ее косая челка скачет по лбу.
«"Немного недружелюбный" — это именно тот подход, которого заслуживает мир».
«Согласна. Правильная философия». — Она кивает, ее косая челка скачет по лбу.
«Я думала, что с вами, звездами, проводят медиатренинги?»
«О, да. Еще как проводят». — Она кивает, ее косая челка скачет по лбу.
«Стало быть, ты не из "ультрас"?» — Она извлекает из синтезатора одну-единственную ноту.
Ей плевать на собирательный термин.
Выразительно указать на футболку с Ультра-Виолеттой.
«А, понятно. Я думала, это смеха ради или что-то вроде этого».
«Ты не фанатка своих фанатов?»
«Думаю, большинство из них уделяют внимание не тому. Опять же… кто я, чтобы указывать им, куда смотреть?»
«Вообще-то я — ярая ультра. Свежее пополнение».
«Что ж, в таком случае… поздравляю. Некоторые люди платят чудовищные деньги за… — Она обводит себя рукой. — …это».
«Это пока под вопросом».
«Справедливо. Так или иначе, дай мне знать».
«Всё настолько же мейнстримное, как и ты, обречено разочаровывать».
«О. — Она явно приятно удивлена. — Я очень рада, что ты так считаешь».
«А что ты играла вот только что?»
«О, ничего такого. Небольшие вариации фа-минор нонаккорда». — Девушка снова находит этот аккорд, равномерно и деликатно расставляя ноты.
Единственное, что выглядит аккуратным в этом помещении, — это стойка сверкающей Hi-Fi-аппаратуры. Динамики покоятся прямо на шлакоблоках. Твой контакт нажимает кнопку воспроизведения:
_L3.webp){kind=icon}
«Такую хренотень днем с огнем не найти, Херш. Должно быть, свалилась за борт с какой-нибудь лодки», — хищно улыбается он.
«Только послушай, просто невероятный динамический диапазон. — Он повышает голос вслед за громкостью музыки. — Словно группа играет прямо здесь, в этой занюханной комнате».
Поп-звезда смотрит на тебя, как только затихают ноты.
«Звучит довольно грустно».
«Да. Это из-за минора».
«МИНОРНЫЕ НОНАККОРДЫ» — МЕЩАНСКИЕ МУТАЦИИ, КОТОРЫЕ ОСКОРБЛЯЮТ ЕСТЕСТВЕННУЮ КРАСОТУ ФУНКЦИОНАЛЬНОЙ ГАРМОНИИ.
«Очень… загадочно».
«Думаю, это из-за нонаккорда, который ты слышишь».
«Красиво».
«Это просто аккорд. Он сам по себе ничего не значит. Нужно еще несколько других аккордов, чтобы он обрел значение».
«Вообще-то мне не нравится музыка, которая вызывает у меня какие-то чувства».
«Это крайне печально. Для тебя».
Насладиться ее звездным сиянием.
«Херш? Ты выглядишь как моя бабуля, когда ее пробивает эпилептический припадок».
Другой вариант реплики
«Херш, у тебя снова припадок? Моргни, если меня слышишь».
«Такое иногда бывает с теми, кто видит меня впервые. — Она всматривается в тебя. — Ты в порядке?»
«Ага, ага. Я снова здесь».
«Ладно. Тогда, с возвращением».
«Мать моя женщина…» — Она прижимает кулак к лицу.
«Всё путем, просто немного засмотрелась».
«О, ладно. Без проблем. Не спеши».
«Яна, а откуда ты знаешь, что это действительно Ультра-Виолетта? Я видела двух других снаружи, они выглядят убедительней».
«Убедительней, чем она настоящая?»
«Ну да. На этой даже костюма нет».
«И всё-то они ожидают, что я прям буду в полном одеянии».
«Тут весь район кишит фейковыми поп-звездами».
«Это меня вполне устраивает. Так меня не заметят, даже если будут смотреть на меня в упор».
«Просто не разберешь, кому теперь верить».
«Поверить не могу, что ты уже ведешь себя так не круто. Просто пробиваешь новое дно».
«Яна, всё в порядке. Я с таким уже сталкивалась».
Итак, до своего обнуления ПСЕВДОПОДИЙ слушал записи этой девушки. Или кого-то, кто ее имитировал.
«О да, это я надела смеха ради».
«О. Не совсем понимаю юмор. Но ладно, круто, должно быть, я для такого еще слишком молода».
«Давненько мне такого не говорили. Меня зовут Ультра-Виолетта».
Развилка
«Ультра-Виолетта»? Так, может, "У" и "В" на красном диске ПСЕВДОПОДИЯ — это…
«Ты музыкант? Артистка, верно?»
«Да. Верно. Ты меня поймала».
«По-прежнему ни о чем мне не говорит».
«О, да, да. Ты попалась». (Солгать.)
«Погодите-ка, это же…»
Развилка
«Да, это я. Девушка с твоей футболки». — Она кивком указывает тебе на грудь.
Королева-Узурпатор Израненного Сердца Всея Мира.
«Мое сердце — суверенное государство. Прошу, будь милостива». (Преклонить колено.)
«Я же сказала, веди себя в рамках».
«Ты серьезно?»
«Да, блядь, серьезно. Что тут сейчас несерьезного, в этой ситуации?»
«Ладно, не проблема». (Притвориться, что всё в порядке.)
«Вообще-то это огромная проблема. А то и просто гигантская».
«Да, есть такое».
«Ну привет».
«Привет».
«"Ну привет"? Ты в одном шаге от величайшей мировой поп-звезды и это всё, на что ты способна? "Ну привет"?»
Развилка
«Я знаю, кто она. Просто решила вести себя нейтрально».
Развилка
«Блядь, да твоя футболка говорит об обратном». — Она кивком указывает на твою грудь.
«Всё хорошо, Яна. На самом деле мне нравится такой подход».
«Сомнительно».
(Прищуриться на новую девушку.) «Величайшая мировая поп-звезда, да? Не слышала про тебя».
Развилка
«Но напялила мое изображение». — Она указывает кивком на твою футболку.
«Ух ты, а ты умеешь запарывать встречи с фанатами, Херш!»
«Мне просто понравился дизайн».
«Так тут дизайн — это ее лицо, дура ты набитая».
«Всё хорошо, Яна». — Легкая улыбка.
«Да я ее напялила смеха ради».
«Вот это заявление! Культура затаила дыхание».
Развилка
Самое красивое лицо из всех, что ты когда-либо видела. Твои внутренности сжимаются от ужаса.
Внезапное видение… святилище, жрица и ангел, слившиеся в едином кадре.