Ничего не поделаешь.

Ничего не поделаешь.

Машина остывает. Она всё еще включена, но работает уже не на полную мощность. Редкие лампочки на панелях помигивают, напоминая огни города в предрассветный час.

Грустно.

Ты возвращаешься к пиратской аппаратуре Каролины. Она подергивается в кресле, не замечая, что ты здесь.

Посмотреть на нее.

Бледная кожа рук натянута на сухожилия. Она дергает пальцами. Губы шевелятся в беззвучном, несвязном бормотании.

Ее тело подстраивается под форму кресла, а кресло — под форму ее тела.

Если бы ты не знала, что это Каролина Абэ, то, скорее всего, не узнала бы ее. И всё же это она, поглощенная диалогом с машиной.

«Каролина, это я».

Она не отвечает.

Встряхнуть ее.

Ты кладешь руку ей на плечо и мягко встряхиваешь.

Твои пальцы чувствуют каждый выступ ее сустава.

Она не реагирует на прикосновение.

«Каролина, ты меня слышишь?»

Ноль эффекта.

«Проснись!»

Без толку.

Постучать по гарнитуре.

Твой бывший контакт вздрагивает от звука, но больше ничего не происходит.

Не выходит. Попробуй нажать что-нибудь на консоли.

Не выходит. Разберись, что это за машина.

Подергать какой-нибудь рычажок.

Классно. Только ничего не происходит.

Попробую что-нибудь другое… (Назад.)

Ты оглядываешься на машину.

Еще один коматозник. Это я виновата. Я проклята.

Нет, она не в коме. Она шевелится. Пусть слабо, но она осознанно двигает руками. Будто во сне.

Пение птиц — тревога. С лестницы слышатся шаги.

Она предала человеческую расу, чтобы стать аугментоидом.

Дышит медленно и легко, под кожей заметны голубые вены — она всё еще человек.

Она разлагается.

Блин, так от нее никакого толку.

По микродвижениям понятно, что она всё еще жива, только мышцы ее ослабели, а сама она мыслями совсем не здесь.

Не контакт. Мертвый груз.

Сознание исследует техномир, пока тело гниет в реальности. Заманчивый компромисс.

Ее пальцы подергиваются.

Если не идеальный. Блаженно не замечать, как твой пульс замедляется, облегченно растягиваясь в бесконечную прямую. В последний раз пожать плечами и покинуть сцену навсегда.

Медленное самоубийство.

Осмотреть машину.

Ты рассматриваешь этого франкенштейна из экранов, проводов и гарнитур. Взгляд цепляется то за один шильдик, то за другой.

О нет.

СОБСТВЕННОСТЬ ЛАБОРАТОРИИ «ИЗУЧЕНИЕ СНОВ», 91, ПОРТОФИРО. ВЫНОСИТЬ ЗАПРЕЩЕНО

Везде напоминания о том, что ты сделала. Словно кровавые отпечатки пальцев.

Эта штука умеет куда больше, чем переписывать пиратские фильмы.

На экранах крутится самый разный контент — фильмы, музыкальные клипы, арт-передачи, сериалы, повторы. Они проигрываются одновременно и сменяются так быстро, что у тебя нет ни единого шанса осмыслить увиденное.

Техника из «Изучения снов» странным образом соединяется с привычными глазу приборами. Вокруг мониторов насыпана соль, сварочные швы испещрены странными символами, а в проводах металл сплетается с человеческими волосами.

Неправильное. Безумное. Злое.

Какого хрена…

На одном из экранов воет мультяшный волк.

С самого начала было ясно, что здесь происходит что-то интересное! Давай поучаствуем!

Смотри, какая мощь, какая ослепительная энергия! Здесь точно готовится нечто офигительное!

Это Каролина сделала?

Пять лет назад я заставила ее украсть технику из лаборатории. Это она ее… такой сделала?

Ты наблюдала за ней через университетский двор, ждала, когда она отделится от друзей. Ты узнала ее по досье: дочь доктора Абэ, руководителя проекта по изучению снов.

Кому, как не ей, было проще всего забраться в его кабинет, чтобы помочь тебе с заданием?

В характеристике было написано: «Талантливая девушка с высокими моральными принципами». Не просто так Опера решила завербовать ее.

Она заметила, что ты на нее смотришь, и вопросительно улыбнулась. В ее руках была кипа книг по древним языкам, программированию и робототехнике.

«Привет! — Она посмотрела на часы и снова улыбнулась тебе. — Хочешь что-то спросить?»

Не стоило ее вербовать.

Сделанного не вернешь. Теперь она сидит здесь, окруженная аппаратурой, которую когда-то украла для тебя. Изображения на экранах меняются с невероятной скоростью.

Она выполнила свою работу, а я — свою.

Да. Теперь она сидит здесь, окруженная аппаратурой, которую когда-то украла для тебя. Изображения на экранах меняются с невероятной скоростью.

Тогда я решила, что она крутая и прекрасно впишется в Банду.

Что всё это такое?

Судя по наклейкам «Изучения снов», это аппараты стимуляции воображения и погружения в фазу быстрого сна. С другими, привычными нам устройствами и мониторами их связывают ритуальные узлы и символы.

Посмотри на светодиоды. Яркие, мигающие. Огоньки всегда привлекают взгляд.

Пересечение миров, технологического и символического порядков. Это против природы.

Посмотреть на мониторы.

Вспышки телешоу, вскрики музыкальных клипов, полосы белого шума. Сбивчивое свечение и какофония звуков. Центральный монитор произведен компанией MS6.

MS6 отозвали свой продукт, когда выяснилось, что свет от этих мониторов менял аксоны ганглиозных клеток в диске зрительного нерва, позволяя смотрящим видеть цвета, которые, как ранее считалось, недоступны восприятию Homo sapiens.

У этих цветов есть названия?

Нет. Вообще об этом инциденте сообщили ученые-медики. Сами телезрители уже ничего не могли сказать. Как выразился производитель, «потеряли дар речи от такого открытия».

Жесть.

Причем трансцендентная.

Осмотреть аппараты для исследования сна.

Консоль под названием «Регулятор снов» заключена в круг из соли. На гарнитуре написано «Стимулятор фазы быстрого сна», но кто-то вырезал руну на металлической поверхности прямо под надписью.

Этот символ означает «повторение», его часто рисуют на дверях магазинов и в святилищах. Возможно, она так пометила часть своего оборудования — как напоминание самой себе.

Ведьмовские штучки. Держись подальше.

«Каролина!»

Ее веки подергиваются. Экран над ее головой ненадолго темнеет.

Не обращай внимания на странный внешний вид. Она тут всё сломала и собрала заново. Модификация на модификации!

Похоже, ее сознание в фазе быстрого сна, когда мозг наиболее активен, когда он видит сны. Но она перенастроила систему управления снами, и потому кажется, будто она пытается предотвратить сам процесс сновидения.

Звучит нехорошо.

Только в том случае, если ты не готова жертвовать своим физическим и психическим здоровьем ради прорывов в технобиологической магии.

Раз она не видит сны, то что с ней происходит?

Ты смотришь на Каролину. Ее пальцы двигаются, но не по клавиатуре. Индикаторы на машине мигают точно в тот момент, когда она дергает большими пальцами.

Наверное, пытается посмотреть все пропущенные сериалы.

Долгий будет забег. Не меньше тысячи серий.

Что за идиотизм? Она пиратит. Видишь, сколько у нее экранов и форматов? У нее явно нет времени на бестолковые человеческие потребности типа еды и отдыха.

В этом есть и плюс: скорее всего, у нее уже настолько поехала крыша, что она и не вспомнит, что ты ее бросила.

Она всё здесь контролирует, управляет оборудованием.

Она тихо стонет. Ее голос осип и ослаб.

Если она остается в сознании во время сна, то никакой это не сон. Она так умрет от истощения.

Понятно, почему она такая хилая.

С помощью этого оборудования она делает что-то со своими снами…

«Повторение»? Значит, она повторяет фазу быстрого сна?

Это какая-то проклятая машина. Опасная и проклятая.

Наверное, это какое-то проклятие. Она тебя проклинает.

Посмотреть на обычное оборудование.

Ты различаешь в общей массе отдельные элементы. Консоли, дисковые проигрыватели — самые обычные пиратские инструменты.

Что это? Откуда-то из этой конструкции доносится странный скребущий звук. Знакомый звук.

Какая-то техническая неполадка.

Посмотреть на индикаторы.

Цветной мигающий хаос. Буйный карнавал форм и текстур.

Лампочки, на которые можно смотреть, и кнопочки, которые можно нажать, ух!

Что делают индикаторы?

Включаются и выключаются, включаются и выключаются. Восхитительная и удивительная радужная симфония светодиодов.

Что делают кнопки?

При нажатии утапливаются на полтора сантиметра, даря нажавшему приятное чувство удовлетворения.

Бесполезная информация.

Нажми одну. Большую.

Нажать.

Ты выбираешь квадратную и твердую. На ощупь она напоминает лист растения. Кнопка проваливается в свою выемку с четким щелчком.

Восхитительно.

Отвернуться и сосредоточиться.

Ты с видимым усилием отрываешься от индикаторов.

И как мне с ней поговорить? (Закончить.)

Септимус явно знает безопасный способ разбудить ее.

На хер Септимуса. Выдерни вилку из розетки и вытащи ее!

Попробуй потыкать консоль на другой стороне.

Пока хватит. (Назад.)

Мониторы гудят и моргают.

Посмотреть на аппаратуру еще раз.

Машина моргает светодиодами, застенчиво приглашая тебя подойти ближе.

Отключить ее от машины.

К ее голове подключен провод. Головной провод. Главный провод. Следуй за ним.

Проследить, куда ведет провод от гарнитуры.

Толстый кабель с вплетенными в него волосами, веточками и бусинами легко выделяется среди остальных. Ты идешь по нему до гнезда и берешься за конец.

Разумная ли это идея?

Вытащи ее! Сейчас же!

Потянуть на себя.

Ты тянешь за кабель, и он мягко выскальзывает из гнезда. Экран рядом вспыхивает, и на долю секунды на нем появляются буквы…

Теперь машина следит за тобой. Ее внимание целиком приковано к тебе.

Х-В-А-Т-И-Т

Экран гаснет, соединение разорвано. Каролина слегка ерзает в кресле.

Провода, трубки, индикаторы. Херня. Разбей это всё.

Ударить по проклятому компьютеру.

Ты бьешь по ближайшему экрану — и он покрывается трещинами. Из его ран сыплются электрические искры.

Электричество злое. Плохо!

Валим!

Война с машиной всегда заканчивается одинаково — мучительной болью, будто тебя разрывает изнутри.

Не думаю, что это хорошая идея… (Назад.)

Ссыкло!

Уйти.

Ты отворачиваешься от Каролины и ее оборудования.

Оборудование пищит и мигает, выдыхая тепло.

Перед тобой раскинулся пейзаж из механизмов, уходящий вглубь комнаты; все детали сильно модифицированы и восстановлены. Трубы гонят жидкости от сервера к серверу.

Это точно не обычное копировальное оборудование. Вся эта мощь и энергия намекают, что здесь готовится нечто грандиозное.

Охлаждающие насосы работают ровно и ритмично, с тихим шипением. Похоже на человеческое тело, только усиленное.

И в самом центре — Каролина. Она лежит, откинувшись в кресле, а ее голова подключена к машине.