Ты разворачиваешь шифр и вспоминаешь инструкции из романа.

Ты разворачиваешь шифр и вспоминаешь инструкции из романа.

Каждая третья буква, из конца в начало.

Расшифровать шифр, используя книгу «Группа крови: Гекатомба».

Ты смотришь на лежащие бок о бок шифр и книгу. Шифр короткий, хаотичный. А книга длинная и продуманная.

Теперь ты чувствуешь себя в водовороте черных отметин как дома. Тут почти уютно.

Ты просматриваешь книгу и находишь нужную главу, которая оказывается особо кровавой сценой в кульминации пятого акта.

Затем ты приступаешь к работе, принимая первую букву за номер страницы, вторую — за номер строки, а третью — за номер символа.

Первая буква — «Я».

Вторая — «П».

Продолжить расшифровку.

И вот ты уже углубляешься в дебри излюбленной ГОЛОЦЕНОМ книги, в ее истинный подтекст.

Это очень просто. Осталась лишь мрачная неизбежность и подступающее безумие.

Появляются первые слова: Я П Р Е Д А…

О нет.

Пока не время думать. Расшифруй.

ГОЛОЦЕН… Зачем ты так со мной…

Я П Р Е Д А Л Б А Н Д У М О Р Г С К О М П Р О М Е Т И Р О В А Н И З Н У Т Р И Д О И З В Л Е Ч Е Н И Я Д И Р Е К Т О Р Н Е Н А Д Е Ж Е Н О С Т Е Р Е Г А Й Т Е С Ь М А Л О Г О К О Н Т Р О Л Е Р А П Р О С Т И Т Е М Е Н Я

«Я предал Банду. МОРГ скомпрометирован изнутри».

«До извлечения директор ненадежен. Остерегайтесь Малого контролера».

«Простите меня».

ГОЛОЦЕН предал Банду…

По его словам. Точнее, по словам шифра.

Быть того не может. Он часть стаи. Кровный родственник.

Да и не сходится как-то… В «Изучении снов» EMTERR участвовала Каролина, а не он…

Может, кто-то сдал Каролину? Вот этого ты как раз не знаешь.

Абзац из красной папки ГОЛОЦЕНА вспыхивает в твоем сознании ярче любого алого цвета: «…ОБЛАДАЕТ ЧУДОВИЩНЫМ ИНТЕЛЛЕКТОМ, ОПИРАЕТСЯ НА ГАЛЛЮЦИНАТОРНУЮ ЛОГИКУ».

Нет, ГОЛОЦЕН… Это ты меня прости.

Зашифруй это сообщение и скинь его в шахту.

Один из наших… сдал братву? После всего?

Если он и правда это сделал, в чем я очень сомневаюсь, то его вынудили. Мы лишь пешки в этой извращенной игре.

Если так, все карты уже на столе.

Он предал нас… Нельзя оставлять его в живых.

Судя по всему, он уже наполовину мертв.

Думаю, это крик о помощи.

Больше похоже на шепот.

Он не поленился и зашифровал кусок с извинением?

Должно быть, это важная часть сообщения. По крайней мере для него.

Есть еще один способ связи, который по традиции заканчивается извинениями: предсмертная записка.

Внимательно прочитать сообщение.

Ты перечитываешь записку, а потом читаешь ее задом наперед — просто на всякий случай. Замысел бывшего дублера не становится понятнее ни на йоту.

Но ситуация становится еще более пугающей.

И чего он от меня хочет?

Вне всяких сомнений, ответ на этот вопрос ждет тебя на самом дне шахты.

Твой взгляд останавливается на предложении в середине послания: «ДО ИЗВЛЕЧЕНИЯ ДИРЕКТОР НЕНАДЕЖЕН».

«НЕНАДЕЖЕН», что значит «изменник». Крайне распространенный шпионский жаргон, обозначающий заражение, неблагонадежность или предательство.

А как насчет «извлечения»?

Вряд ли он имеет в виду физическое извлечение. Речь идет о чем-то более личном.

А кто такой этот «Малый контролер»?

Совершенно нетипичный шпионский жаргон. Пока что неизвестен. Следует его остерегаться.

Лучшее, что ты можешь придумать, — это крохотная Мелита, отчитывающая тебя за неудачи, как реальные, так и воображаемые.

«НЕНАДЕЖЕН»… Изменник. Среди нас предатель.

Что он подразумевает под «извлечением»?

Все приходящие тебе на ум варианты запятнаны кровью.

Этот «Малый контролер» и есть предатель?

Если так… то где же он?

Ты представляешь крохотную Мелиту, сидящую на краю пожелтевшей трубки телефона.

«НЕНАДЕЖЕН?»

Изменник.

«Извлечение?»

Сложно сказать точно… но что-то, что находится внутри, должно оказаться снаружи.

Может… Может, это просто розыгрыш?

Это было бы возможно, если бы ГОЛОЦЕН не славился тотальным отсутствием чувства юмора.

Почему он не мог сказать мне это лично?

Исключительно из-за страха перед прослушкой.

В разведагентстве, состоящем из одного человека?

Обычно одного человека более чем достаточно.

Единственной «ячейки» с фатальным умыслом.

Надо навестить ГОЛОЦЕНА. (Закончить.)

Шахта ждет тебя. Твой бывший дублер уже готов воплотить свои безумные идеи в жизнь.

Если они еще не превратились в вопящие кровавые массы.

Продолжать. До самого конца.

Если я не найду здесь ответов, то в шахте случится убийство-суицид.

И никто никогда об этом не узнает.

Разгадать шифр, используя кодовое слово «ЭСХАТОН».

Э С Х А Т О Н 31 . 19 . 23 . 1 . 20 . 16 . 15

Путем вычитания числового значения каждой из букв кодового слова «М» превращается в «О», «А» в «Н», «Ё» в «П»…

Ключ проскальзывает в замочную скважину. Штифты замка щелкают и встают по местам.

«П» становится «О»…

Буквы одна за другой сдаются под твоим натиском.

О Н П О Г Р У З И Л С Я В П Р И Я Т Н О Е О Ц Е П Е Н Е Н А Б Л Ю Д А Я К А К Т Р У Б К А Т В Е Р Д Е Е Т О Т Н А П О Л Н Я Ю Щ Е Й Е Е К Р О В И И В З Д Ы М А Е Т С Я П О Д О Б Н О Ш Е Р С Т И Н А П У Г А Н Н О Г О Ж И В О Т Н О Г О О Д Н А К О В Д Р У Г О Н О Щ У Т И Л Н Е Ч Т О И Н О Е С П Е Р В А Н Е О Ж И Д А Н Н О Е А З А Т Е М П О Р О Ж Д А Ю Щ Е Е У Ж А С П Р О Т И В О Т О К Ч А С Т Ь П О Т О К А У С Т Р Е М И Л А С Ь О Б Р А Т Н О В В Е Р Х П О Д О Б Н О К Л У Б К У К Р А С Н О Ч Е Р Н Ы Х У Г Р Е Й В О Т Ч А Я Н Н О Й П О П Ы Т К Е О С Т А Т Ь С Я В Т Е Л Е

Получилось! Я говорю на несуществующих языках!

Следует подчеркнуть, что ты добилась этого без медитаций. Ты вошла в утонченное царство языка, который известен лишь одному человеку.

В этом вся красота шифров.

На одном языке. Ты вошла в утонченное царство языка, который известен лишь одному человеку.

Расставить знаки препинания и прочитать расшифрованный текст. (Продолжить.)

«Он погрузился в приятное оцепенение, наблюдая, как трубка твердеет от наполняющей ее крови и вздымается подобно шерсти напуганного животного. Однако вдруг он ощутил нечто иное — сперва неожиданное, а затем порождающее ужас, — противоток. Часть потока устремилась обратно вверх подобно клубку красно-черных угрей, в отчаянной попытке остаться в теле».

Воспоминание обрывается… Это сцена из любимого романа ГОЛОЦЕНА, научно-фантастического произведения с элементами ужастика.

Это из книги «Группа крови: Гекатомба».

ГОЛОЦЕН будто знал, что ты на нее наткнешься.

И где мне искать эту книгу?

Там, где собираются все книги.

Стоит начать с «Честной книжной лавки» в Тусовочном переулке.

Как там называлась эта книга?

Ты так и не удосужилась прочитать эту книгу, но некоторые отрывки все-таки живут в твоей памяти. ГОЛОЦЕН беспрестанно ее цитировал.

«Группа крови: Гекатомба».

«Пусти мою кровь в катакомбах». Что-то похожее. Но не то.

Зачем ГОЛОЦЕНУ зашифровывать отрывок из популярного романа? (Закончить.)

Ответ кроется в книге. Текст был лишь частью шифра. Промежуточным звеном.

Или же ты тотально недооценила природу и всю глубину недомогания своего друга.

Только посмотрите! Новая ступенька лестницы «тяжелых психических заболеваний». Пора вниз.

Перечитать расшифрованный текст.

«Он погрузился в приятное оцепенение, наблюдая, как трубка твердеет от наполняющей ее крови и вздымается подобно шерсти напуганного животного. Однако вдруг он ощутил нечто иное — сперва неожиданное, а затем порождающее ужас, — противоток. Часть потока устремилась обратно вверх подобно клубку красно-черных угрей, в отчаянной попытке остаться в теле».

Текст становится до ужаса знакомым, он будто произносит сам себя.

Я всё равно заслужила титул победителя. [Уйти.]

Ты убираешь шифр, чувствуя себя так, будто только что одолела сильного врага. Или хотя бы вырубила его на время.

Найди книгу. Текст был лишь частью шифра. Промежуточным звеном.

Привет, триграмма. (Показать ей средний палец.)

Взломать шифр.

Шестеренки твоей внутренней машины для криптоанализа бешено вращаются, когда ты составляешь разные пары букв для каждой из семи колонок.

Периодически одна из них становится на нужное место, и в тексте появляются узнаваемые пары букв.

Буквы «У» превращаются в «Т», «Ц» в «Г»…

Шестеренки набирают обороты. С каждым новым открытием становится всё проще, и буквы одна за другой сдаются под твоим натиском.

Внезапно ты осознаешь, что семи найденных тобой смещений достаточно: ты нашла состоящее из семи букв кодовое слово, циклически шифрующее текст. Э С Х А Т О Н.

Закончить с шифром.

Странно, со временем становится понятней…

Шестеренки твоей внутренней машины для криптоанализа бешено вращаются, когда ты составляешь разные пары букв для каждой из двух позиций зашифрованного текста.

Исполнитель, это не ты взламываешь шифр, а он тебя.

Ты чувствуешь первые толчки эмбриона истинного безумия.

А вы с ГОЛОЦЕНОМ — любящие будущие родители.

Недоученная. Неподготовленная. Торчала в морозильнике пять лет. От всех специальных навыков, которые ты приобрела много лет назад, почти ничего не осталось.

Когда ты снова вглядываешься в разбегающиеся буквы, на тебя накатывает головокружение.

Ты не сможешь это сделать.

Не смогу… или не стану?

Исполнитель, это выше твоих сил.

Вот тебе шифр: НЕЦОЛОГ РЕХАН ЛЕШОП.

Непробиваемый, как обнесенная стеной крепость текст смотрит на тебя в ответ.

Вглядеться в иероглифы и помедитировать.

Буквы — это лишь черные мазки на бумаге. Они не сдвинутся с места, не изменятся и ничего тебе не скажут, сколько бы ты на них ни пялилась.

Я не пялюсь, а вглядываюсь. И я еще даже не начала.

Время растворяется вокруг тебя.

Я только время зря трачу. Это не сработает.

И всё же, когда ты осознаешь, насколько тщетны твои усилия, до тебя доходит, что пялишься ты вовсе не на буквы…

Это случилось за два месяца до того, как ваша сеть развалилась. Как-то ночью ты вернулась в конспиративную квартиру и застала ГОЛОЦЕНА, в одиночестве перелистывающего страницы книги в мягкой обложке с белым корешком.

Я еще его спросила, спит ли он вообще…

«Поговаривают, что да».

«КАСКАД, я тут подумал… Из книги выйдет идеальный ключ к шифру. В ней полно букв, а чтобы до конца понять смысл, понадобится личный подход».

«Криптограмма с душой. Мой способ communiqué».

Ты проследила за его взглядом и увидела обложку романа, который он держал в руках. Его самая любимая книга — «Группа крови: Гекатомба».

Роман — это и есть ключ.

Ответ кроется в книге. Текст был лишь частью шифра. Промежуточным звеном.

Найди книгу. Текст был лишь частью шифра. Промежуточным звеном.

Я тут не ностальгии предаваться пришла, а шифры взламывать!

Это не ностальгия. Это шифр.

Что я вижу?

Во что-то, что только что было здесь, но уже исчезло.

Присмотреться.

Ты замедляешь дыхание и сосредотачиваешь взгляд на буквах, и в тебе появляется какое-то новое сознание.

Сознание… гениального криптолога?

Нет, не сознание. Осознание.

В Опере есть скрытая камера. Через нее они наблюдают, как ты барахтаешься в океане непонимания. Наблюдают и смеются.

Они не могли ничего увидеть. Я просто смотрела на страницу.

Трудно было не заметить твою отвисшую челюсть и выражение лица, полное отчаяния. Ты еще и глазами по стенам шарила.

Ты поспешно принимаешь самый немедитативный вид, на который способна, и оглядываешься по сторонам.

Смейтесь, пока можете. Таких сцен возвращения, как моя, еще ни один канал не показывал.

Единственная и неповторимая сцена с бесконечными киноляпами и театральными злоключениями.

Сознание, понимающее несуществующие языки!

На самом деле я и правда мало чего осознаю.

Новый план… можно просто пялиться на шифр, пока я его не пойму?

Многие криптологи пытались обратиться к этой практике. Она никогда не работает.

ПЕРЧАТКА ПАДАЕТ НАЗЕМЬ. КАСКАД, КОТОРАЯ НЕ ИДЕТ НАПРОЛОМ — ЭТО УЖЕ НЕ КАСКАД.

Прочитать шифр.

Текст остается таким же бессмысленным.

МАЁПЦАВЁЫВТТСЮОЫХУБЮУМИ ЫРШЭУЛЫЫОУРЪЬЦЦА ЮПЩРГЙВЮПБАЧЖЕШФБМ ЕДБГЮЪЛСФЪШЩУГЭЖ ПХШЧАЪЪЬАПУРДХРВУЭЯАЕЩШААР ЫДБГГСЮАДПЦЮХЖФЕ УБЮСМБЪОУЪЭАЦЖФ ЦЮЬМЛЙУЬЫЬГЙИПЬЭ ЭГДЁЁДСОЛЧЕЗЬУО ЛАЕЁУЧ ОРЧГРВАЭЕЦЦЯМФУСЩ ЦТГАЭРЫШПЁЮЩХТЗУПЯ Э РББ БЖББОЧГЙЯП АЪБЧСУВЬМФШЁД ЕЮМЦЕВБЮЩЙЁЧЛЖЪЯЮДДПКФЯЛНЛФЦАУ ЗФЕУКПНЛАЕКГЮЮЩ ЕБЁВББЮЕТТТСБГЮЫ

Это… по сравнению с шифром Резеда от ПСЕВДОПОДИЯ это просто чудище какое-то.

Запатентованные бредни ГОЛОЦЕНА. У этого шифра наверняка и решения-то нет.

Но ты знаешь, что оно есть. Тебя тоже учили этим «запатентованным бредням». Достаточно заточить свои заржавевшие ментальные инструменты.

Элитное искусство старой школы шпионажа, теперь, увы, практически забытое перед лицом стремительно развивающихся технологий машинного криптоанализа.

Давай без романтизации. Криптоанализ — это точность и твердость. И ничего больше.

ОРИ НА НЕГО, ПОКА БУКВЫ НЕ ВСТАНУТ ПО МЕСТАМ ОТ СТРАХА.

Ладно, вспомним основы криптоанализа.

Большинство шифров — это шифры подстановки, разгадать которые можно с помощью кодового слова или фразы. Если у тебя есть это слово, то победа в кармане. Если нет… придется попотеть.

Биграммы, триграммы, частота повторения символов, анализ индекса совпадения. Таблицы, таблицы и еще раз таблицы.

Здесь, среди тайных рун, известных лишь избранным, ты чувствуешь себя как дома. Ты хорошо подготовлена.

Таблицы?

Несчетное количество таблиц.

Частота повторения символов?

В любом языке некоторые буквы повторяются гораздо чаще, чем все остальные; как сами по себе, так и в парах.

Знание того, какие это буквы, и умение определять закономерности даже тогда, когда буквы зашифрованы, — это основной принцип взлома кодов.

Анализ индекса… чего?

Индекса совпадения. Главный навык, необходимый начинающим дешифровальщикам.

Одно название в скуку вгоняет.

И как там этим пользоваться?

Это чуть более специфический метод измерения процента случайностей, чем обычный подсчет букв.

Если для создания полиалфавитного шифра используется кодовое слово, сравнение индексов совпадения различных массивов букв поможет узнать, сколько букв в самом кодовом слове.

Стоп, каким образом?

Потому что число букв в кодовом слове совпадет с длиной интервалов между одинаково закодированными буквами.

Допустим, в шифре используется кодовое слово из шести букв. Это значит, что каждая шестая буква будет сдвинута на одинаковую величину.

Поняла.

Теорию надо не понимать, а применять.

Проехали. Когда надо будет, вспомню. (Пропустить объяснения.)

Тут даже индекса не надо: вероятность этого крайне мала.

А если это не шифр подстановки?

Тогда, дорогая дешифровальщица, ты в жопе.

Поняла, буду пытать код, пока он не заговорит. (Закончить.)

Да нет же. Шифр хочет поведать свои секреты. Он орет их во всю глотку, просто ты глухая и ничего не слышишь.

Пока что.

Пора приступать. Я всё вспомню. (Вернуться.)

По крайней мере непонятнее текст точно не станет.

Я в совершенстве овладею несуществующими языками.

Пока что этот язык дуется и молчит. Но, если вспомнишь свое обучение, то вспомнишь и разговорный шифр.

Это элементарно. Все исполнители учатся криптографии.

Учатся-то учатся. А запоминают ли? Каждый исполнитель сам за себя.

С чего вообще начать?

Приступай к работе. Тебя посвящали в эту дисциплину, по крайней мере в теории.

Братва, а ну подтянулись. Нужен срочный мозговой штурм.

Нарисуй его говном на мягких стенах нашей камеры.

Сквозь время и огромную пропасть до тебя доходит искаженный сигнал.

Перечитать шифр.

Рассчитать частоту повторения символов.

Ты тридцать три раза проходишь по документу, машинально подсчитывая символы.

Ты попадаешь в ритм шифра, и каждая из букв по одной бросается тебе в глаза по мере того, как ты продвигаешься по тексту.

Наиболее часто встречаются буквы «Б» и «А», 18 и 17 раз соответственно.

К примеру, возьмем букву «Б». Она составляет примерно 6% от всего текста из 290 символов. Это в два раза больше, чем то число, которое ты получила бы, используйся эта буква в случайном порядке, а именно 1/33, то есть приблизительно 3%.

И всё же она встречается почти в два раза реже, чем самая часто повторяющаяся буква алфавита, «О».

И что это значит?

Две вещи. Во-первых, это практически наверняка не просто околесица…

…А во-вторых, шифр каким-то образом маскирует частоту повторения символов.

Значит, простые шифры перестановки и аффинные шифры отпадают. Скорее всего, это полиалфавитный шифр.

Шифр дрожит, как мираж. Он похож на список покупок безумца, в равной степени банальный и удивительный.

Теперь что, всё вокруг — шифр?

20 29 19 13 10 26 12 16 14 14 21 5 18 10 26 30 23 6 18 26 6 13

Да-да. Припоминаю курсы повышения квалификации.

Как бы там ни было, это точно не случайный набор букв.

Это связное послание, написанное несвязным языком.

Ты не имеешь ни малейшего понятия, что тебе делать с этой информацией.

Бесчисленный рой букв.

Тебе понадобилось семь попыток, чтобы посчитать почти все буквы. Наиболее часто встречаются «Б» и «А», 20 и 19 раз соответственно.

Поискать биграммы в шифре.

Две биграммы повторяются четыре раза: «БЮ» и «ББ».

Четыре раза от 145 пар букв — это 2,7%, что даже превышает частоту повторения наиболее используемых в текстах биграмм: «СТ», «НО», «НА» и «ЕН».

И что это значит?

Учитывая твой анализ символов, это доказывает, что по крайней мере части текста следуют внутренней структуре.

Например, «БЮ» вполне может быть «СТ». Если получится найти третью букву, ты найдешь «СТО», и шифр откроет перед тобой свои двери…

Теперь поискать триграммы.

Ты уже считала буквы и знаешь, что вряд ли всё будет так просто. Но попробовать стоит…

Слишком много повторяющихся триграмм, невысокая плотность повторов. Слишком много шума. Тупик.

Поискать триграммы, начинающиеся с «БЮ».

«БЮУ», «БЮС», «БЮЩ», «БЮЕ»… Не помогает. Тупик.

Структура есть, но ты как слепая женщина, которая может только ощупать ее контуры.

Хватит с меня биграмм. (Вернуться.)

Буквы на странице нечленораздельно орут «СТ, НО!, НА, ЕН!».

Посчитать длину слов.

Текст разделен на 19 блоков, длина которых варьируется от 1 до 30 символов.

Значит, медиана блоков равна шестнадцати.

Шестнадцати?

Шестнадцати.

Отлично. Процесс пошел.

Еще как. И его не остановить.

Что насчет слов? Я уже могу что-нибудь прочитать?

Слова? Нет. Ты всё еще на уровне медиан.