Святилище Ротанева укрыто видавшим виды деревянным навесом.

Святилище Ротанева укрыто видавшим виды деревянным навесом.

Другой вариант реплики

Чтобы спрятаться от серого дождя, ты подходишь к святилищу Ротанева.

Другой вариант реплики

Чтобы спрятаться от пронизывающего морского ветра, ты подходишь к святилищу Ротанева.

Другой вариант реплики

Святилище Ротанева купается в холодном серебристом свете луны.

Осмотреть подношения.

Просители оставили фотографии магазинных витрин и ленты. Приглядевшись, ты узнаешь символические повязки на глаза — чтобы преследователи никогда не нашли тех, кто их оставил.

С виду обычный кусок древесины. В нем с трудом узнаются черты Ротанева: его мышиные уши, мешок, который он держит перед собой. Возможно, когда-то статуя выглядела лучше. На удачу люди засунули монеты в трещины в дереве.

Кто это всё оставил?

Суеверные предприниматели, беженцы, экспатрианты, истребители кабанов. Мальчики, которым нравятся девочки-недотроги.

И девочки, которые хотят, чтобы мальчики от них отстали.

Все нескончаемые циклы — разновидность охоты. Зависимость, тревожность, завоевание. Погоня и бегство.

ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ СЧИТАЕТ СЕБЯ ОХОТНИКОМ. ЭТО УЖЕ НЕ ПРОСТО ТОВАРНЫЙ, А ТРУДОВОЙ ФЕТИШИЗМ, КРАЙНЯЯ СТЕПЕНЬ ЗАБЛУЖДЕНИЯ.

Что еще здесь есть?

Святилище терпеливо ждет пожеланий.

Откуда оно тут взялось?

Когда-то здесь были дома, но их сровняли с землей, чтобы освободить место для космической программы Нестора.

Вот остатки фундамента. В доме две женщины средних лет молча пакуют мебель, которая досталась им от матери.

Перед отъездом они поставят в святилище свечу за ее упокой.

На алтаре смешались новые и старые подношения. Правда, первых гораздо меньше.

Взять немного пожертвованных денег.

Ветер подхватывает купюру в 5 соль, и ты ловко ловишь ее пальцами.

Богохульство.

И, пожалуй, еще одну-две монеты…

Ты вытаскиваешь монету из щели в деревянном идоле ангела.

Осквернительница. По твоему телу пробегает неприятный трепет.

Ветер крепчает, хлеща по жесткой прибрежной траве. На мгновение тебе чудится китовый зов далеко от берега.

Благодарю, Ротанев. (Назад.)

Преподнести Ротаневу космонавтский сухпаек.

Ты достаешь сверток. Пластиковая упаковка шуршит от прикосновения.

«Ротанев, прими это подношение…»

Ты кладешь свой дар между двумя рамками. В первой — фотография детей, с визгом собирающих ракушки на песчаном пляже, во второй — выцветший снимок, сделанный на фотоаппарат мгновенной печати: два улыбающихся мужчины держат тушу кабана.

Идеальное место.

«Пусть я наконец обрету прощение, за которым так давно гонюсь».

Ты чувствуешь, как потеплел ветерок, ласкающий твою щеку.

Вокруг тебя поскрипывают остовы брошенных построек — настоящий хор ржавого металла и ветра.

Где-то вдалеке на холме воет дикая собака. Твой нос улавливает запах заячьего страха.

«Пусть непредвиденные и необъяснимые трудности обойдут меня стороной на этом задании».

Ты чувствуешь чье-то присутствие, хотя рядом никого нет. Ты осознаешь: все живые существа поблизости знают о тебе и не сводят глаз.

«Пусть я сотру в порошок своих врагов».

Ты чувствуешь неожиданный прилив сил. Ты готова даже на многочасовой забег.

«Пусть я достигну своего пункта назначения».

Ты моргаешь. На секунду мир вокруг словно проясняется: ты видишь, обоняешь, слышишь.

Все-таки нет. [Назад.]

Ты убираешь вещицу обратно в карман.

Помолиться Ротаневу.

Ты переминаешься с ноги на ногу и водишь глазами, не зная, в какую точку смотреть. Сотни незнакомцев наблюдают за тобой с фотографий.

Пламя свечей играет на глянцевой поверхности навеса, его тепло разгоняет холод.

Запах пчелиного воска.

Помолиться за себя.

Твои слова уже не несут того значения, которое они имели в первый раз. Их смысл утрачен.

Ветер уносит твою тихую молитву.

Между тобой и звездой лежат световые годы — к тому времени, как она услышит твою мольбу, охота уже закончится.

«ГОЛОЦЕН…»

Что тут скажешь? Его охота увенчалась успехом, вот только он был своей же добычей.

«Я сожалею, что оставила тебя».

На мгновение тебе кажется, что серебристая луна, повисшая над Портофиро, засветила ярче.

Кровь высыхает на кафеле и коже, которая быстро холодеет. Пятно останется, а тело вернется обратно во мрак, будто его и не было.

Солнце проглядывает сквозь облака, на секунду ослепляя тебя яркими лучами.

«Подозреваю, что плесень стала исполнителем твоей организации. Пусть "МОРГ" процветает в новообретенной форме».

«Мастерство у тебя было, а вот удачи недоставало. Надеюсь, ты больше не потеряешься в зеркальном лесу».

«Где бы ты сейчас ни был, надеюсь, тебе больше не страшно».

Не знаю, как-то это неправильно…

«Банальщина, КАСКАД. — Его голос отдается эхом в голове. — В нашем деле этому нет места».

«Ультра-Виолетта…»

Не каждой добыче удается сбежать.

«Я не хотела жертвовать тобой. Мне жаль, что так вышло».

Ветер меняет направление. На секунду ты почувствовала запах океана.

На палубе корабля, направляющегося в Империю просвещения, молодая женщина раздумывает, не броситься ли ей в море. Вода за бортом чистая, холодная, темная.

«Я всё равно думаю, что ты была отвлекающим маневром».

«Не повезло. Надо было лучше выбирать друзей».

«Надеюсь, ты сможешь найти новый смысл в своем ремесле».

Это неправильно. Я не могу этого сделать.

Влажный воздух обволакивает тебя, как тяжелое одеяло.

Наверное, сейчас не лучшее время.

Ветерок шуршит бумажными деньгами.

Покинуть святилище. [Уйти.]

Ты уходишь из святилища под крики чайки.

Истерзанный непогодой деревянный навес защищает подношения для Ротанева: бумажные деньги, рядок потухших свечей, фоторамки. Пластмассовая радуга выцвела на солнце до такой степени, что все ее дуги стали почти одинаковыми.

Ротанев: звезда хищников и добычи, а также диалектики и инвестиций.