Развилка
Развилка
Он не обращает на тебя внимания — его взгляд прикован к девушке наверху.
Развилка
Конец ветки
Ты подходишь к дублеру. Тот коротко кивает тебе. Сверху на вас смотрит красивая девушка.
Другой вариант реплики
Ты подходишь к дублеру. Тот коротко кивает тебе. Сверху на вас смотрит Ультра-Виолетта.
Другой вариант реплики
Ты подходишь к дублеру. Тот коротко кивает тебе. Его волосы промокли и слиплись от дождя. Сверху на вас смотрит Ультра-Виолетта.
Другой вариант реплики
Ты подходишь к дублеру. Тот коротко кивает тебе. Его волосы промокли и слиплись от дождя. Сверху на вас смотрит красивая девушка.
Развилка
КАЛЕЙДОСКОП сказал, что здесь он отдал ему красный диск.
Прежнего страха как не бывало.
«Это она, да? — Он рассматривает плакат. — Мелита».
Развилка
Только с другим типом влияния.
Развилка
Посмотреть на рекламу.
Развилка
Над вами возвышается лицо королевы лусианского электропопа. Лампы, излучающие удивительное тепло, подчеркивают ее черты.
Развилка
Она стала его проводником, перенесла его в другой мир.
«Мелита…» — Дублер хмуро смотрит на рекламу.
Развилка
Мальчик, которого не должно было быть, смотрит на девочку, которую ты продала.
Тебе нужно поддерживать статус и не оставлять незакрытых дел. Разберись.
Развилка
Развилка
Они с ней похожи, да? Еще одна жертва технофашистского колдовства, оказавшаяся здесь не по своей воле.
Девушка смотрит на вас сверху. Лампы, излучающие удивительное тепло, подчеркивают ее черты. Под картинкой надпись:
УЛЬТРА-ВИОЛЕТТА.
Каждое пятнышко и каждая тень будто математически выверены для постера. Без всякого сомнения, она — лусианская поп-звезда.
Тот красный диск из «Фото 24», который ПСЕВДОПОДИЙ слушал в ночь перед твоим прибытием — вот что его сломало.
Развилка
«Ты слушал его, да?» (Показать ему красный диск.)
Он смотрит на тебя, потом на диск, потом снова на тебя и дергается от страха.
Развилка
«Не произноси имя "Мелита" в общественном месте».
«Как, если оно крутится у меня в голове? Постоянно. И очень громко. — Он смотрит на плакат. — Это не она, да?»
Развилка
«Это Ультра-Виолетта. Просто глупая девчонка, которая оказалась на удивление ценной».
«Ценной? — хмурится он. — Понимаю почему. Я хотел бежать дальше, но она остановила меня».
Развилка
Колыбельная смирения.
«Она что-то значит. — Он поправляет очки, не отводя глаз от девушки. — Кто она мне? Я будто ее знаю…»
«Это ее диск тебя обнулил. Какой-то странный новый вид оружия».
«Обнулил? Но… я же здесь. — Он оглядывает себя сверху вниз. — Хотя такое чувство, будто бы нет».
«Что бы ни случилось… это случилось со мной. Почему со мной?» — Он поворачивается к тебе.
Развилка
Развилка
Заключенный Данте предупреждал, что устройство работает крайне нестабильно, результат сложно предсказать до конца.
Развилка
«Я должна была быть здесь, с тобой. Прости меня».
«Ничего. Все мы ошибаемся. Я бы даже сказал, что я — больше всех». — Он закрывает глаза.
ХВАТИТ КОПИТЬ ОШИБКИ! ПОДГОТОВИТЬСЯ К ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЮ!
«Прости. Я правда не понимаю, что происходит. Я как будто вернулся из очень долгой командировки». — Он топает ногой от досады.
ХВАТИТ КОПИТЬ ОШИБКИ! ПОДГОТОВИТЬСЯ К ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЮ!Серая морщинистая рука держит красную ручку, рисуя круги и стрелки вокруг столиц Восточных Республик.«Шпионил? Но я же импортер. Я не шпион». — Он поправляет манжеты.Он поправляет манжеты, затем переводит взгляд на свои ноги.«Я… раскрыл торговую тайну Народных республик, что-то типа того. — На его лице появляется беспокойное…«То есть… мою фигуру убрали с доски». — Он смотрит на ноги.«О. Чтоб ты знала: меня эти вечные вопросы "почему" загоняют в тупик. Мне не нравится, что жизнь — это всего…
Его шаги не ведут дальше первого этажа «Фото 24».
«Из-за освещения я подумал, что эта девушка… это Мел. Совпадает с ее голосом в моей голове. Заставляет замереть, слушать. И только сердце продолжает биться», — улыбается он.
«Когда мы разговариваем по телефону, я наматываю шнур на палец. — Он тихо выдыхает. — Мне нравится, как он соединяет нас. Будто страховочный трос».
Развилка
Он тоже хочет нашу телочку?
«Хочу, чтобы она была рядом, чтобы наши тела соприкасались. — Он улыбается. — Откуда это чувство?»
Хрен ему. Борись. Защищай то, что принадлежит тебе.
Еще один ящик, который лучше не открывать.
Гораздо важнее, почему то же самое чувствуешь ты.
Развилка
«Потому что я люблю ее».
«Вот так незадача. А мне не нравится думать о том, что только у кого-то одного есть право любить ее». — Он кривит рот.
Развилка
Это уже заходит на поле психосексуальных девиаций. Нужно заткнуть его.
«У меня что-то не так с головой. Я чувствую, как меня всюду преследует это темное желание. Когда же я оборачиваюсь, то вижу… тебя».
Город погружается в тишину. Два миллиона свидетелей навострили уши.
Над головой собираются фиолетовые набухшие тучи.
Развилка
«Мне невыносимо грустно, что никто не думает о шерсти альпак. Почему я так сильно переживаю из-за этого? — Он смотрит под ноги. — Со мной что-то не так».
«Потому что ты — это не ты. Это я. Ты мой импринт».
Развилка
«Да? Не особо понимаю, что это значит. — Он бросает на тебя короткий взгляд. — Я вполне уверен, что я — это я».
Развилка
«Как думаешь, кто ты?»
«Я постоянно задаю себе этот вопрос. — Он поджимает губы. — Снова и снова. Только никак не приду к одному варианту ответа».
«Это сложный вопрос. Он у многих вызывает трудности».
Он закрывает глаза, будто хочет сосредоточиться на вопросе.
Развилка
Воспоминания делают тебя тем, кто ты есть, убийца воспоминаний.
Развилка
«Я Хершел Уилк. — Он поджимает губы. — Ведущий импортер Бюро импорта и экспорта Народных республик. Мое основное направление — чулочно-носочные изделия».
«Еще я вроде знаю, как достать антихолинергики и три класса нервно-паралитических веществ. Мне категорически не нравится автоматический пистолет OKR Strelets-71 — в нем всё время заедает затвор».
Господин Копия прав. Качество настолько отвратительное, что его вообще стоило назвать Strelets-Лучше-Купите-Нож.
«И зачем эта информация импортеру носков?»
«Международная торговля беспощадна. — Он поправляет галстук. — Очевидно, поэтому Народные республики готовят своих торговых посредников к любому развитию событий».
«Тебе не кажется, что на самом деле ты просто отыгрываешь роль импортера носков?»
«Я могу отличить на ощупь одиннадцать видов хлопчатобумажной ткани. Когда речь заходит про поглощение тепла, я могу бесконечно рассуждать о разнице между шерстью альпаки и викуньи. Вот ты знаешь, кто такая викунья?»
Информация не найдена. Может, разновидность колдуньи?
«Я разбираюсь в носках. В них моя суть». — Он морщится.
Исполнитель, пора закрыть тему.
Развилка
«Я принимаю твой ответ».
«Рад слышать, потому что мне пригодится любая помощь, чтобы разобраться с этим логистическим фиаско». — Он морщится.
«Или, может, ты неудачник, зачитывающий свои должностные инструкции?»
«Инструкции и технические характеристики — информационные сундуки с сокровищами. — Он качает головой. — Мне обиден твой тон».
Он не обиделся.
«Никакой ты не импортер носков, дружище. Ты шпион».
«Ты не знаешь меня. Ты не знаешь, кто я. Назови мое любимое плетение… Вот, не можешь». — Его рука подергивается.
Развилка
«Я Хершел Уилк. Шпион Оперы».
Развилка
«Я чувствую, что должен быть холодной и бездушной машиной, и мне больно от этого. У меня есть друзья, но я не знаю, что я такого сделал, чтобы они стали моими друзьями». — Он морщится.
«Я их не заслуживаю… Не знаю, что делать».
По его телу пробегает мелкая дрожь.
Развилка
«Я чувствую себя фигуркой в игре, в которой невозможно понять правила и условия победы. Надо мной будто нависла рука игрока», — он делает соответствующий жест рукой.
«Ты такая же, как я, или одна из них — еще не решил», — выдыхает он.
Мы братва, ПСЕВДОПОДИЙ.
Два пулевых отверстия в третьем автомобиле кортежа.
«Я здесь по работе. Всё. Самоанализ для мягкотелых неудачников». — Он тяжело смотрит на тебя.
Не останавливается не останавливаться.
«Только это просто имя и должность, я не чувствую к ним привязанности. Даже не уверен, мои ли они на самом деле. Буду ли я скучать по ним, если их не станет?» — Он смотрит через перила в темноту.
Это тоже тупик.
«Ничего страшного. Скажи, что приходит на ум».
«Это же простой вопрос».
«Мелита сказала "заткнуть тебя". Понимаешь, что это значит?»
Развилка
«Она… хочет, чтобы ты мне навредила?»
Его голос дрожит. Слышится биение разбитого сердца.
«Прости. Это я виновата».
«Я… понимаю. Как она…»
Он, кривясь, отворачивается.
Развилка
«Женщины, да?»
«Это… нормально? Я не понимаю. Как она…»
«Ты мерзкий. С этим ничего не попишешь».
«Но я же ничего не делаю. Я просто существую».
«Нет».
«С-спасибо», — запинается он.
«Я не могу тебя отпустить. Ты опасен».
«Я? Не думаю, что это так».
Он смотрит на плакат и тихо шепчет что-то сам себе.
«Скажи, что мне делать…»
«…Я сбился с пути».
Развилка
«Понимаю, и даже знаю почему. Со мной что-то не так. — Он делает круговые движения плечами, будто разминаясь. — Так что, исполнишь ее волю?»
«Тебе будто всё равно, что с тобой будет».
«Я просто не знаю, как правильно поступать в таких ситуациях. У меня нет подобного опыта, нет каких-либо ориентиров. Что мне еще делать?» — Он смотрит на ноги.
«Я исполню приказ Мелиты».
«Понимаю. Если бы она попросила меня, я бы поступил так же. Когда она пользуется тобой… это приятное ощущение». — Он смотрит на ноги.
«Нет».
«Что еще делать?» — Он поправляет очки и смотрит в сторону.
Скажи себе, кто ты.
Он — это ты.
«Ты знаешь, кто ты».
«Нет. Я хочу стать прежним, но не могу вспомнить, каким я был, не выходит…» — хмурится он.
Помоги ему понять. Прошлого не изменишь, да и у него уже нет никакого прошлого. Важно то, зачем вы здесь сейчас.
Развилка
«Мы не изменим то, какими мы были, но мы в силах изменить то, какие мы есть сейчас, в настоящем».
«То есть ради моих друзей. Наших друзей. Да?» — Он поправляет манжеты.
«Они нужны тебе».
«Я знаю, что они где-то здесь и что я причинил им боль».
Тем, кто дороже всего.
«Я знаю, что они где-то здесь и что я причинил им боль».«Да. Я должен сделать для них что-то хорошее».«Для игры такого масштаба и сложности требуется гораздо больше фигур, чем мы двое. — Он поворачивается к…«Это задание… Оно слишком сложное для двоих, да? Нужно больше людей…»«Да, кому-то от этого легче, наверное. Кстати, кто наши спутники в этом приключении?»«Хорошо. Я попробую иногда выпускать пар, — улыбается он. — Кстати, кто наши спутники?»
Развилка
Развилка
«Ты же знаешь, как их зовут, нет? Темпо… Каролина…»
«Эсти… ГОЛОЦЕН…»
«Рамзес… Веспар…»
«Шальная Банда. Это они, да?»
Он один из нас! Один из нас!
«И где я… там и ты…»
«Не хочу снова исчезать. Я останусь с тобой, каким бы ни было задание. На этот раз сделаем всё в лучшем виде, да?»
«Добро пожаловать на борт».
«Хорошо, спасибо. Я пока залягу на дно, а когда понадоблюсь… найдешь меня».
Развилка
«Хорошо, спасибо. Я пока залягу на дно, а когда понадоблюсь… найдешь меня».«Задание на первом месте. Я залягу в "Запотевшем зеркале", пока ты не придешь в себя».«Пока что залягу на дно. Ты узнаешь, где меня найти».Развилка 279«Но задание на первом месте. Я залягу в "Запотевшем зеркале", пока ты не возьмешь себя в руки».
Развилка
Ты смотришь, как его плешь, освещенная фиолетовыми огнями, направляется к «Запотевшему зеркалу».
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
Развилка
«Да».
«Да». (Солгать.)
(Показать ему фото старой команды.)
Он поглаживает стекло фоторамки большим пальцем.
«Ты им нужен».
«Да. Я должен сделать для них что-то хорошее».
«Закулисные игры зашли слишком далеко. Я устала быть пешкой. Думаю, ты тоже».
«Это скоординированная и отлаженная система, подавляющая нас. Как написано в правилах, которые нам никогда не дадут почитать, в этой игре невозможно выиграть».
«Значит, перевернем сраный стол».
Он смотрит через перила на канал внизу.
«Для игры такого масштаба и сложности требуется гораздо больше фигур, чем мы двое. — Он поворачивается к тебе. — Есть и другие, да?»
«Над всеми играми есть одна главная игра, ПСЕВДОПОДИЙ. В нее-то мы и должны играть».
«Неважно. Очисти свой разум. Есть только один вариант: шпионить или умереть».
«А что делать со снедающей и обжигающей пустотой в сердце?»
Побить и попинать что-нибудь, покричать.
«Это называется "результаты". Не останавливайся».
Он смотрит через перила на канал внизу.
«Это задание… Оно слишком сложное для двоих, да? Нужно больше людей…»
«Показатель того, что ты недостаточно усердно шпионишь».
«Каждый наш шаг уже прописан в сценарии, но мозг заставляет нас думать, что мы сами по себе поступаем тем или иным образом».
«Если это так, то тогда всё бессмысленно. Старт, финиш, путь между ними — какая разница».
«Если ничего нельзя изменить, то и бояться не имеет смысла».
«Да, кому-то от этого легче, наверное. Кстати, кто наши спутники в этом приключении?»
«Кайфуй от приключения, ПСЕВДОПОДИЙ».
«Хорошо. Я попробую иногда выпускать пар, — улыбается он. — Кстати, кто наши спутники?»
Детские игры кончились. Твоему дублеру требуется психологическая дефибрилляция.
«Даже не знаю, что сказать. Скорее всего, на твоем месте я бы выпилилась».
«Что?» — Он ошарашенно смотрит на тебя.
«Если у тебя нет прошлого, то есть ли ты на самом деле?»
«Мне кажется… Мне кажется, это у тебя нет прошлого».
«Ой-ой-ой. И что это значит?»
«Разве непонятно? Ты одержима мной, а всё потому, что ты — это я! Твоя психика слишком хрупкая, чтобы принять правду!»
О нет.
«Думал, сама догадаешься, но сейчас я вижу, что ты в гораздо худшей форме, чем я предполагал. — Он качает головой. — Нельзя было оставлять тебя одну».
«То есть мы… работаем вместе?»
«Задание на первом месте. Я залягу в "Запотевшем зеркале", пока ты не придешь в себя».
«Для меня главное, чтобы ты помог мне обнулить Великого Лича. А там верь во что хочешь».
«Взгляни правде в лицо, ПСЕВДОПОДИЙ. Ты — это я, только фальшивка. Подделка. Недо-я».
«Ты всё поняла наоборот, исполнитель, — говорит он холодным ровным голосом. — Ты — это я».
«Ты всё неправильно помнишь. Понятно, почему ты не знаешь, кто ты такой».
«Я-то как раз всё правильно помню. — Он напрягается. — А вот ты — нет».
«Даже не знаю, что сказать. Скорее всего, на твоем месте я бы сама увандошилась».
Напомнить себе, кто ты есть.
Развилка
Ты инициировала импринт. Покажи ему устройство, пусть оно всё объяснит.
«Ты утратил свое сознание, поэтому я вложила в тебя свое импринтом». (Показать ему устройство.)
Он инстинктивно отодвигается, с опаской поглядывая на устройство.
Как на бомбу.
Пусть теперь попробует отрицать силу бога-машины.
«Как это? А носки тут причем?» — Он поднимает взгляд на тебя.
«Не было никаких носков. Ты шпион».
«Но… как это доказывает, что я — это ты?»
Он должен сам убедиться.
«Смотри не на меня. Смотри на то, что сотворило тебя».
Никогда не предполагалось, что ты будешь одна. Вот твой дублер. В архивах полно подтверждающих данных.
«Мы шпионы, а не импортеры. Мы работаем на Оперу».
«Почему ты всё время повторяешь слово "Опера"? Что это? Операция, операбельный… оперантный…» — У него дергается бровь.
Второй этаж, отдел «Х».
«Мы целых пять лет были в морозильнике. Это наше первое задание после возвращения на сцену».
«В морозильнике? Ты про… спутниковый комплекс B?» — Он напрягается.
Ряд 16. Самый дорогой сердцу файл.
«Мы из Мирсеи. Нам пришлось уехать, когда монотеисты захватили власть. Вскоре нас завербовали».
«Протесты… Припоминаю. Выстрел?» — Он кладет руку на грудь.
«Мы должны были встретиться с одним из наших старых контактов. С Темпо дель Суром».
«Но с ним что-то случилось. Как и со мной…» — Расстроенный дублер отворачивается.
Пойми, твой дублер невосприимчив к фактам и материальным доказательствам. Остается подыгрывать ему. По-другому никак.
«Слушай меня, посредник: твои продажи были так высоки, а материалы так качественны, что конкуренты не выдержали и объявили на тебя охоту».
«Да, конкуренты… Логично, только которые из всех?»
«EMTERR, затянутая в полиэстер рука транснационального капитала».
«Теперь понятно, что со мной происходит в последнее время… Либералы ни за что не отстанут».
«Нельзя оставлять их в живых».
«Идем со мной. Мы убьем Великого Лича технотрикотажа».
«Можешь мне доверять. Он ни за что не услышит меня — мои хлопчатобумажные ткани дают бонус к скрытности».
Он так широко улыбается, будто нашел слабое место в броне бога.
«Пока что залягу на дно. Ты узнаешь, где меня найти».
«Лусианцы в одежде из высокотехнологичных смешанных тканей».
«Теперь понятно, что со мной происходит в последнее время… За мной охотятся технофашисты».
«Твои конкуренты внутри Бюро импорта и экспорта».
«Теперь понятно, что со мной происходит в последнее время… Это всё мои завистливые и озабоченные недоброжелатели».
Замолчать.
Два лидера на одном задании — это как собака с двумя головами. Слюнявое недоразумение. Поставь дублера на место.
Развилка
Не делай этого, Хершел! Мы же братва, он — это мы! Надо поддержать его.
Ударить его в голову.
Ошеломленный дублер смотрит на тебя с земли. Его взгляд затуманился, очки съехали набок.
«ПСЕВДОПОДИЙ?»
Он кивает. Не смотрит на тебя, но ты видишь ширящуюся улыбку.
Ударить еще раз.
Другое дело.
Кровь яростно пульсирует в венах, когда ты смотришь на свою грушу для битья.
Развилка
Зачем? Мы же братва…
По твоему телу пробегает дрожь.
Груша смотрит на тебя в ответ, но уже с другим выражением. Как в тот день, когда ты нашла его.
«Прости, ПСЕВДОПОДИЙ. Я не хотела, чтобы до этого дошло».
«…»
Развилка
Хершел… Он был одним из нас…
Он пожимает плечами, всё еще улыбаясь.
«Прости, ПСЕВДОПОДИЙ…»
Его идиотское выражение лица не меняется. Он просто кивает тебе.
Вот так. Больше не будет возникать.
КАСКАД И ФИКТИВНЫЕ ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ ЛЕТ.
«…»
Ты смотришь, как тело движется в сторону «Запотевшего зеркала».
Развилка
«Скажи что-нибудь».
«Нужно убить Лича. Готов выполнять приказы?»
«Не забывай: я главная».
«Бля, я хотела тебя убить».
«Бля, я хотела тебя увандошить».
Он больше не ты, и даже не он сам.
Не надо, Хершел! Он же наш! Он же мы!
Тело готово нанести удар, но ты боишься — он же ты. Это считается самоубийством?
Закрыть глаза и дважды ударить себя.
Ты бьешь двумя ногами: одной ногой саму себя, другой ногой — того, кто не ты. Наверное, приемчик из Оперы.
Тебе не на чем стоять, так что ты заваливаешься на спину, сминаясь, как бумага.
«Погоди, дай еще раз попробую».
Дублер смотрит на тебя. На его лице написаны замешательство и легкое отвращение.
Именно так ты выглядела, когда нашла его.
«Поможешь встать?»
«Это же печально известный "двойной удар кузнечика", впервые использованный исполнителем ВЕРОЯТНОСТЬ в 72-м».
Развилка
«Ты помнишь».
Его руки дрожат, на лице выступают крупные капли пота. Он выдыхает.
«Теперь ясно, почему Мелита назначила главным меня. Ты совершенно не подходишь для этого задания. — Он качает головой. — Нельзя было оставлять тебя одну».
«Но задание на первом месте. Я залягу в "Запотевшем зеркале", пока ты не возьмешь себя в руки».
«Откуда у импортера носков такая информация?»
«У меня всё бы получилось, если бы ты не был таким придурком».
«Опера. Ты помнишь».
«Стой ровно. Еще раз попробую обнулить тебя.»
Размахивать руками как беспомощное насекомое.
Закрыть глаза и дважды ударить другую версию себя.
«Вот как? — Он опускает взгляд. — Но откуда ты знаешь, что я — это ты? Почему ты думаешь, что не наоборот?»
«Я не должен быть таким, да? Я не должен быть…» — Он смотрит на тебя.
«Ты всё перевернул. Это неприязнь, ПСЕВДОПОДИЙ».
«Как скажешь». — Он поправляет очки.
Он не верит тебе.
«Мне всё равно, что у тебя там в сердце».
«Ясно… Почему ты такая? Будто назло ведешь себя так. Хотя бы сама замечаешь?» — Он грустно смотрит в сторону.
Оставь его наедине с мыслями.
У тебя есть выбор, Хершел?
«Проваливай, Мандашел. Она моя».
«Меня зовут Хершел Уилк. И никуда я не пойду».
Застрял на обитаемом острове имени тебя.
«Ты стал пешкой в игре сил за пределами нашего понимания. Как и я».
«Я всегда чувствовал, что дело в этом. Только вот подтверждение не избавило меня от тревоги. Даже наоборот, усугубило ее». — Он прищуривается.
Серая морщинистая рука держит красную ручку, рисуя круги и стрелки вокруг столиц Восточных Республик.
«Ты плохо шпионил».
Развилка
«Шпионил? Но я же импортер. Я не шпион». — Он поправляет манжеты.
Он поправляет манжеты, затем переводит взгляд на свои ноги.
«Тебя обыграл кто-то из EMTERR. Другой исполнитель».
Развилка
«Я… раскрыл торговую тайну Народных республик, что-то типа того. — На его лице появляется беспокойное выражение. — Дальше только лунные рудники, да?»
«То есть… мою фигуру убрали с доски». — Он смотрит на ноги.
«Произошедшее с тобой называется "причинно-следственной связью"».
«О. Чтоб ты знала: меня эти вечные вопросы "почему" загоняют в тупик. Мне не нравится, что жизнь — это всего лишь замкнутый цикл причин и следствий…» — Он смотрит в сторону.
Старик-заключенный предупреждал, что устройство работает крайне нестабильно, результат сложно предсказать до конца.
«Ты слушал ее песни в ту ночь, когда был обнулен».
«Я не был обнулен. Я же здесь. — Он оглядывает себя сверху вниз. — Хотя такое чувство, будто бы нет».
«Не знаю. Одно ясно точно — с тобой случилось что-то очень плохое».
«Но это случилось не здесь. Я знаю».
Развилка
Насчет этого…
«Ладно, пора увести тебя отсюда».
«Зачем? — Он смотрит через плечо на Тусовочный переулок. — Я не хочу назад в квартиру. Она не моя».
Заставь его.
«Это Ультра-Виолетта. Она поп-звезда».
«Странно. — В его взгляде чувствуется неуверенность. — Очень странно. Я хотел бежать дальше, но она остановила меня».
«Это Ультра-Виолетта, музыкант. Мы с ней работаем над одним коллабом».
«Коллабом? А я тоже над ним работаю? — Он хмурится. — Я хотел бежать дальше, но она остановила меня».
«Возвращайся в квартиру или умри».
«Почему ты так говоришь? Ты не станешь ничего делать со мной здесь. — Он смотрит на рекламный щит. — Она остановила меня».